Министерство правды и скульптуры

Арт
Константин Мужев известен и своими скульптурами, и перформансами – например, «No Porno», «Социальный проект 1. Латентное насилие» и «Инвалиды морали». В интервью журналу КУ он рассказал, когда начнет есть только соль, почему белорусские художники хотят всех сажать и что отвечать врагам.

Константин Мужев – это ученый. Я занимаюсь развитием искусства. С каждой работой, с каждым перформансом искусство меняется. Некоторые застряли в своем мирке, они там что-то делают. Я не занимаюсь одним и тем же никогда – все время делаю что-то новое. Есть и второй ответ: Константин Мужев – это безработный со всеми вредными привычками. Секс, наркотики, рок-н-ролл и много алкоголя.

Чего можно ждать от тебя?

Сейчас мы занимаемся новой версией нашего творчества. Собираемся совместить разные современные штуки: перформанс, видео-мэппинг, видео-арт. Получится какое-то новое искусство! Видео-мэппинг – это когда идет проекция на стены и здание как-то меняется. Это последние фокусы!

А если на этот вопрос по-другому ответить?

Детей не будет! Я уже точно понял, что не будет. Недавно приключение было. Что-то с социальной жизнью не складывается у меня, нужно переехать куда-нибудь. Ладно, когда на тебя гонит какой-то определенный человек, а если еще какие-то непонятные люди, родственники и пятое-десятое! Пройдет какое-то время, и, как я люблю говорить, их прах с моей книжки сдует просто, вот и все. Каждый раз возникает какой-нибудь вопрос, наводящий на то, что я занимаюсь ерундой абсолютной или говном. А все остальные носками торгуют, они молодцы! Я им говорю: «Ну и где вы на карте планеты? Где ваше место? Вы никто! Ветер подует – и вас не станет». А меня уже в книжках напечатали, я в этом году дал больше интервью, чем все художники, вместе взятые!

m

Какие книжки?

Одна – про современное искусство Беларуси, потом еще какая-то, я не слежу за этим, мне и так нормально. Я знаю, что меня много уже давно, только толку никакого от этого. Потому что обществу насрать!

Ты учился в Академии искусств по специальности «скульптура». Это помогло тебе или наоборот все усугубило?

Там мне это не очень помогало. Знаешь, говорили: «Нам тут талантливые люди не нужны. Нам нужны покорные, те, которые слушают и делают, что им говорят».

Трудолюбивые?

Ну я тоже трудолюбивый, но труд бывает разный. Если камни из одной кучи в другую переносить, то это не труд. Нужно делать что-то полезное. В своей жизни я больше всего не люблю бесполезных действий. Я лучше посплю тогда, это полезнее.

Но все же – помогло или нет?

Помогло: я могу трансформировать одно в другое. Конечно, меня там чему-то научили. Хорошо, кстати, что факультет скульптуры закрывается. Или переносят его? Что-то с ним делают, короче. Но я бы его закрыл!

Однажды достал меня Владимир Иванович Жбанов на каком-то собрании. Я пошел в библиотеку за энциклопедией Советского Союза. Принес ее, открыл на букве «М», а там написано: «Мужев – академик истории кавказских народов». Говорю: «Вот мой родственник! Где ваши?» Мне поставили двойку.

Расскажи про объединение скульпторов «Блок».

Собралась группа когда-то, хотели делать что-то хорошее. Получилось так, что некоторые личности обосрали все – и нет больше «Блока» этого. Это было белорусское объединение, в нем состояло 10 или 11 человек. Мы успели сделать пару выставок.

Ты один из немногих скульпторов, кто занимается перформансами. Почему ты выбрал именно эту форму? 

Я в Беларуси единственный скульптор, который делает перформанс. Не два-три раза, а около 30 проектов уже было, а на бумаге еща больше! Когда ты делаешь перформанс, то реально можешь увидеть, что происходит. Мне как ученому интересно увидеть реакцию людей. Я начал заниматься этим 11 лет назад. Тогда еще были старые выставки, когда люди ходили просто, смотрели на работы. А я смотрел за их реакцией, видели они что-то или нет. Когда сделали пару первых перформансов, я увидел, что реакция у людей другая. Это как на рок-концерте: ты энергию ловишь и получаешь. Это ощущение намного интереснее, чем долбить камень. Да и вообще я интересуюсь самыми современными вещами. Все остальное – это архаика, вся эта живопись, вся эта чушь! Кому нравится, пускай делает. Я продолжу скульптуру делать. Пока, чтобы всем этим заниматься, нужны бабки, а у меня их просто нет. Особенно на то, чтобы выпускать коллекции скульптур, я не делаю по одной.

А спонсоры?

Какие спонсоры в Беларуси? О чем ты! Я как-то хотел найти деньги для одного перформанса, мне нужна была тысяча долларов. Тысячу долларов я просрал в Венеции за три дня на биеннале. Я вообще пришел к выводу, что надо валить отсюда. Ничего не могу тут делать. Я дошел уже до такого уровня, до какого они никогда не дойдут. А мне уже мало, нужно посерьезнее дела начинать.

Тебе было бы интересно работать с городским пространством, заниматься перформативным искусством? Может, ты уже делал что-то подобное в Беларуси?

Делал, и не один раз. У меня было несколько перформансов в городе, я бы еще поработал, но все упирается понятно во что. Упирается в то, что те люди, которые со мной работают, не хотят бесплатно вламывать. Я сам бесплатно жить уже не могу! У меня еда уже заканчивается. Скоро перейду просто на соль.

А как реагируешь, когда твое творчество не понимают?

Никак! Недавно показывал творчество свое в одном приличном месте, но не скажу в каком. Секретная информация! Я ходил встречаться с людьми, чтобы протягивать себя дальше. Показал я перформанс, и один человек там задал мне два вопроса. Первый – «что вы курите?», второй – «о чем это и зачем?».

И что ты ответил?

Вы знаете, есть фильм Тарковского, называется «Сталкер». Там у писателя спрашивают: «А о чем вы пишете, писатель?» Ха-ха. О читателях! Вот и все.

ва

Тебе нравится шокировать людей?

А кому не нравится? Серой мыши не нравится. Серая мышь тоже шокирует сверчка, когда доедает его. Он тоже в шоке: «Так это серая мышка!» А это Костя Мужев. Хотя есть такой момент: вот эта вся слава, которая про меня разошлась, подпорчивает местами жизнь, потому что мне никто не доверяет ничего на выставках. А потом сами х..йню порют на фоне моей работы! Работнички!

Ты расстраиваешься?

Я расстраиваюсь, что люди не знают меня и судят, исходя из разных СМИ. Они думают, что я у..бок, что ли? Идет такая теория, что я неадекватный, неконкретный и вообще не человек!

Состоишь в Союзе художников?

Нет, конечно, неадекватных туда не берут. И никогда не возьмут.

Почему?

В Союзе художники адекватные. Приходят на работу и работают на ней. А я живу, как в кино снято и в книжках написано. Да и потому, что те учителя, которых я посылал в Академии искусств, сейчас там председательствуют. Я председателю предлагал бутылки собирать.

А кто там сейчас?

Савич. Моя мать его ногами под стол загнала, в Союзе прямо. Туда чтобы вступить, справки нужны о выставках. Я прихожу туда, а они мне говорят: «Ой, вы знаете, ваши справки от две тысячи какого-то года у нас не сохранились. Поэтому вы не можете вступить, у вас не хватает выставок». Отлично, да?

Ладно, я прихожу туда, в секцию скульптуры, пишу бумажки, заявление. Там смотрят мои работы, все всех устраивает. А завсекции скульптуры и меня не знает, и в чем весь замут. Мы с ней и ходатайством идем к Савичу. Я ей говорю: «Будет весело!» А Савич так культурненько: «Это же Константин Мужев. Вы что, его не знаете? Ему же не к нам надо, ему в международный Союз надо! У него международных выставок больше, чем белорусских». Спасибо, ну я пошел. Для белорусского Союза художников участие в международных проектах, международные премии и медали не имеют никакого значения.

Как ты думаешь, о чем сейчас мечтает молодой белорусский художник?

Стать молодым юристом в Беларуси. Сажать всех и получать за это деньги.

Ты серьезно?

Ладно, тогда по-другому. Белорусский молодой художник мечтает один раз уснуть и больше не проснуться никогда. Как я, например.

Можешь в 2011 году выделить местные проекты, выставки или художников, которые отличились?

Местные? Ничего не зацепило. После Венецианской биеннале сложно даже что-то сказать, честно! Потом побывал на биеннале в Москве, уже не так впечатлило. Хотя была одна комната – заходишь в полумрак, там висит много старых динамиков на проводах. Может, их там 300, а может, и 500! Они все бухтят, разговаривают. Вот это нормальная тема.

перф

В Венецианской биеннале ты не участвовал?

Кто меня туда возьмет от белорусов? Знаешь, у нас принцип какой? Не профессиональный! Звучит он так: «Мы сейчас возьмем чего-нибудь и привезем». Неважно, что мы обосремся и в говне будем. Все решается в министерстве культуры.

А чем в 2011 году отличился ты?

Полгода шла работа над проектами. Потом были лекции в политехе на архитектурном отделении, в галерее «Ў» и в институте современных знаний про свое творчество. Должен был делать перфоманс в Вильнюсе в мае, но в последний момент литовцы все отменили.Сами позвали и отменили. Потом был перфоманс в музее Азгура «Архаика и вечность». Потом была четвертая Московская биеннале с перформансом «1=1». И в Национальной школе красоты был показан эксперимент под названием «Линия», где Паваротти в диалоге с Малевичем. А 13 декабря открылась выставка видео-арта в Музее современного искусства «…начало продолжение…». Выставка продлится до 24 декабря. Спешите! Уже много людей ничего не поняли. Класс!

 

Больше видео смотреть здесь

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«Музей» Руслана Вашкевича: незавершенное прошлое, нераскрытое настоящее, неопределенное будущее?

Арт • Альмира Усманова
Альмира Усманова рассказывает, почему так важна выставка «Музей» Руслана Вашкевича и какие скользкие вопросы могут возникать у посетителей Национального художественного музея Беларуси.
Популярное