Как объяснить ребёнку, что няня – это не мама. Говорит профессионал

Культ • Ольга Родионова
Персональные няни, гувернантки и дворецкие раньше были персонажами из романов о жизни дворянского сословия. В детских садах СССР функции нянечки были в том, чтобы виртуозно менять подгузники лежащим в ряд, как на конвейере, детям. Но сейчас няня – это, скорее признак не лишних денег, а большой загрузки родителей на работе. Алла Голубева – частная няня, которая сменила медицинскую практику на воспитание неродных детей. KYKY Алла рассказывает, как принимать няню на работу, должна ли няня бояться камер наблюдения и как разлучиться с ребенком, которого воспитывал с рождения.

«Когда спрашивают, сколько дней в неделю мне нравится работать, я отвечаю — всегда»

KYKY: Как ты решила стать частной няней?

Алла Голубева: Дети — это моё. Я всегда их любила, даже когда свои были, тискать мне хотелось и чужих. Подруги удивлялись: «У тебя свой такого же возраста!» А я говорила: «Ну твой же такой упитанный пухляш, трудно удержаться». После школы я хотела поступать учиться на воспитателя, но мама отговорила: «Зачем после работы писать еще какие-то отчеты?» Поэтому я пошла в медицинский и 16 лет отработала в психо-неврологическом диспансере Слонима, но всегда жила с мыслью, что надо что-то менять. Не каждый может каждый день работать с шизофрениками и алкоголиками, это тяжело. Там даже стены здания несут в себе сплошной негатив и боль. В какой-то момент пришло решение, что я не могу и не хочу здесь больше работать. Я продала имеющуюся там недвижимость и переехала в Минск. И просто закинула резюме по сайтам: очень люблю детей, хочу работать няней, имею такое-то образование, пусть не профильное, но если вы хотите, как бы громко это ни звучало, найти человека, который отдаст вашему ребенку частичку души — вот она я. Из достижений — двое достойных сыновей, воспитанных по обстоятельствам высшей силы без отца.

Были разные предложения, в том числе странные. Ты позиционируешь себя как няню, а работодатель хочет, чтобы ты еще и убирала ему коттедж и мыла окна. Или пишет подробнейшие требования к кандидату на три листа – пока дочитаешь, начинаешь сомневаться, стоит ли с такими педантами связываться в принципе. Когда мне позвонила теперешняя моя работодательница, мне сразу понравился ее голос. И она назвала свой район, который мне всегда был интересен. Я поняла: похоже, всё срастается. На тот момент эта женщина была еще беременна и хотела взять няню с момента рождения ребенка, так как планировала скорый выход из декрета на работу. Встретившись, мы как-то сразу поняли друг друга и договорились, что ни я, ни она не будем искать других вариантов. Малышке было два месяца, когда я вошла к ним в семью. И сразу оказалась на своем месте. Когда меня спрашивают, сколько дней в неделю вам нравится работать, я отвечаю — всегда. Подхожу к их двери, у меня невольно появляется улыбка, потому что ребенок — это всегда только положительные эмоции. Сейчас моей воспитаннице уже четыре года. Я бы могла найти другую работу, но я уже сердцем прикипела тут.

KYKY: А как выглядит твой рабочий день? И каковы сегодня расценки на услуги частной няни?

А.Л.: Поначалу, когда малышка была маленькая, я работала с полудня до девяти вечера. Теперь она пошла в садик, мой график сдвинулся ко времени, когда ее надо оттуда забирать. Если родители уезжают куда-то вдвоем на несколько дней, я остаюсь с проживанием. Изначально была договоренность о ненормированном рабочем дне с почасовой оплатой. И всякий раз, когда родители задерживались где-то, мне это было выгодно, так как в карман капала лишняя копеечка. До кризиса, имея один выходной день в неделю, я зарабатывала 800-900 долларов в месяц. Необходимо тем не менее понимать, что при таком графике у няни практически не остается времени для себя. Если заканчиваешь работу в девять, десять, а то и в одиннадцать вечера, в пятницу или субботу уже не пойдешь никуда развлекаться. Сейчас у меня не почасовая оплата, а очень достойная зарплата. Появилось свободное время, и я рассматриваю варианты подработки, но сегодня работодатели хотят найти «передержку» за два доллара в час. Не хочется тратить своё время (три-четыре часа занятости) за кофе и кусочек пиццы.

Вы берете няню не только для ребенка, но и для себя

KYKY: В каком возрасте лучше приглашать няню для малыша? Нет ли риска подмены родителей чужим человеком для ребенка?

А.Л.: Тем, кто собирается брать няню с практически первых моментов жизни малыша, я скажу: лучше, чтобы ребенок привыкал к ней сразу. В возрасте до года ему очень важен тактильный контакт. И он должен чувствовать, что няня — свой человек. При этом и контакт с мамой должен быть постоянно. Тогда возникает четкое разделение: вот — мама, вот — няня, вот — мы вместе. А не так, что он везде был с мамой, а потом вдруг пришла какая-то тетя, а мама пропала. Удивительно, но ребенок никогда не путается, где кто, какая бы няня ни была замечательная.

KYKY: А есть ли какой-то кодекс няни, инструкции, что, когда и как делать?

А.Л.: Я не понимаю, когда родители выдвигают перечень требований, что и когда надо сделать. Например, прийти с улицы, помыть руки, не давать подбирать что-то. У моей коллеги была работодательница, которая запрещала ей уходить дальше двора, чтобы она могла видеть их в окно. И заставляла в течение часа ребенка кататься на самокате. А эта форма активности малышу совершенно не нравилась, до дрожи. Не удивлюсь, если во взрослом возрасте он возненавидит всё, что даже издалека похоже на велосипед...

Фото: Тоби Биндер

Мне кажется, няня должна сама понимать некоторые вещи, иначе она откровенно глупа. Мы с моей воспитанницей гуляем всегда долго, несмотря на погоду. Но мне даже в голову не придет кормить печеньем ребенка, если близится время обеда. У меня в рюкзаке всегда есть вода, яблочко, антисептик, два вида салфеток, детские варежки на всякий случай. Это априори. Хотя, с другой стороны, я могу понять и родителей, которые некогда обожглись с подбором воспитателя для своего малыша, это всегда огромный риск. Бывают ведь и няни, которые дадут ребенку планшет в руки и считают, что он занят и вполне себе развивается. Или на детской площадке сидят на лавочке в смартфоне, а дети гуляют сами по себе. Я не считаю, что надо прописывать какие-то интуитивные вещи, они сами собой входят и остаются, не вызывая отторжения сторон. Если мы поиграли с ребенком в комнате (а мы можем сделать это очень активно), то даже не обсуждается, что после себя необходимо убрать игрушки. У нас обед готовит мама, потом она уезжает, а ужин зачастую готовлю я – ничего сложного, это как-то естественно так случилось. И я не уйду, оставив после себя грязную плиту и посуду. Опять же, ко всему этому можно привлекать малыша и в игровой форме развивать мелкую моторику, учить считать и просто показывать бытовые нормы поведения.

KYKY: Возникают ли конфликты между няней и родителями? И как их решать?

А.Л.: Надо понимать, что вы берете няню не только для ребенка, но и для себя. Будь няня с высшим педагогическим образованием, знанием всех возможных методик и с иностранными языками, но если нет контакта с мамой, то последнюю всё будет раздражать. От манеры няни одеваться до ее шуток. Поэтому стоит, особенно в самом начале, четко договариваться. И не оспаривать мнение родителей, а выполнять то, что сказано. В процессе работы и общения взаимопонимание и доверие приходят сами — мама делится своими переживаниями и наблюдениями, а ты понимаешь, что спрашивают твое мнение. Решения принимаются родителями, няне не стоит лезть со своим уставом.

У меня никогда не возникало конфликтов. К примеру, малышка как-то увидела у меня на шее крестик и заинтересовалась им. Я спросила у мамы, как она отнесется, если я подарю ребенку маленький православный серебряный крестик, купленный в Жировичском монастыре. Католическая мама ответила, что совсем не против, ведь бог один. Ребенок до сих пор с удовольствием носит на ленточке зеленого цвета мой подарок. К тому же мы смогли обсудить с ней «недетские» вопросы отношения к религии и смерти.

Все мои действия по отношению к малышке всегда согласовываются с родителями. Равно как и я не скрываю того, если что-то случилось незапланированное. Был случай, когда малышка упала с самоката и очень сильно поранилась. На месте мамы, я, наверное, в порыве обругала бы последними словами безрукую няню. Мне же ничего не сказали – видимо, на лице у меня было написано, что я к тому моменту уже сто раз сама себя отчитала. Методом проб и ошибок мы прощупывали друг друга на взаимопонимание и отношение к тому, как ребенок познает этот мир. Но я до сих пор считаю, что родителям стоит говорить всё, что происходит в их отсутствие с ребенком.

«Я разграничиваю, что это не мой ребенок, но очень привязалась к ней»

KYKY: То есть ты считаешь, что никак не воспитываешь ребенка, оставляя это родителям?

А.Л.: Я до трех лет практически всё время была с ребенком. Поэтому то, как я воспринимаю этот мир, конечно, передается ему. Иногда я беру малышку к себе домой с ночевкой. И в один из таких визитов мой младший сын сказал: «Узнаю воспитание и манеры своей мамы». Они вместе во что-то играли, бесились, и Тимофей говорит: «А ты так можешь?» На что четырехлетняя девочка, подумав, ответила: «Нет. Но у меня обязательно получится!» Мои сыновья, безусловно, знакомы с моей воспитанницей и очень тепло к ней относятся. Этим летом мы уезжали на неделю в другой город, к моей маме, она давно хотела посмотреть на мою «работу». Да и девочке очень понравилось на природе, где столько нового и неожиданного. Конечно, я постоянно отсылала ее маме фотоотчеты о наших приключениях по вайберу, чтобы та не волновалась, но на вопрос, не пора ли поехать нам в Минск, моя воспитанница отвечала: «Неааа... Няня, а завтра поедем куда еще?»

KYKY: Складывается ощущение, будто ты считаешь, что у тебя трое детей. И сама уже часть этой семьи.

А.Л.: Был такой случай, у малышки был день рождения и мама по телефону с кем-то говорила: «Нет, мы чисто своей семьей в ресторане посидим, хочешь – подъезжай». Я про себя подумала, ну класс, сегодня пораньше освобожусь, мы выходим из подъезда, я говорю: «Ну, до свидания, до завтра». На меня так посмотрели... «Как? Вы не с нами?» Для меня это было самой лучшей оплатой, скажу честно.

Фото: Бирк Томассен

Мне не интересно сидеть на детской площадке, пока ребенок лазает по турникам. Мне интересно провести ее по дороге из садика по тем дворам, где мы раньше не ходили. Я заговорщицки говорю, забирая ее: «Знаешь, у меня есть план!» У ребенка сразу загораются глаза. Его ждет приключение. И когда она видит что-то новое, радуется с детской непосредственностью этому, я чувствую в очередной раз, что я на своем месте.

Мне предлагали и лучшие места в плане зарплаты, но зачем? Чтобы мне выдавали одноразовые тапочки на входе и требовали доходящей до психологического расстройства чистоплотности от ребенка? Если малыш испачкался на улице, то надо думать не о чистке дорогих вещей, а о том, что нового о мире мы вместе сегодня узнали. Дети падают, пугаются, плачут. И я готова дать затрещину тем мамам, которые начинают орать на детей: «Опять ты испачкался, сколько можно!» Гораздо эффективнее сказать: «Солнышко! Тебе больно? Иди сюда, я тебя пожалею. Потерпи немного, не кричи уж так. А то мне так страшно, когда ты кричишь. Давай погладим твои коленки, давай я понесу тебя на ручках. Не переживай, всё хорошо, ничего такого нет в том, что ты испачкался или упал». В нашем менталитете есть странное желание – заставить ребенка замолчать. А ведь у него есть свои переживания. Только он пока не знает, как их озвучить. И иногда им даже надо поплакать из-за того, что кому-то в детском садике дали больше красных цветочков в «блокнотик поощрений». Выслушать обиду и боль ребенка, а потом объяснить, что не всегда мы побеждаем, но завтра у тебя обязательно всё получится, нужно стремиться, не падать духом — по-моему, это единственно верно. Дети хотят быть лучшими, это не надо пресекать.

У мамы и няни должен быть тандем с одинаковым восприятием и подходом к воспитанию. У ребенка обязательно надо спрашивать, чего в первую очередь хочет он, а не такие важные и большие взрослые. Дети должны чувствовать, что в первую очередь, няня — их друг, но с границами. Был момент, когда моя воспитанница начала говорить «мама» и мне, и своей маме.

И тогда я сказала: «Мама у тебя — одна.  Лучше мамы никого в мире нет. Я тоже тебя люблю, но я мама Тимофею, а тебе — близкий человек».

KYKY: Ты же осознаешь, что настанет момент, когда придется расходиться с воспитанницей. Как это будет для тебя и для нее?

А.Л.: Для меня, наверное, это будет очень сложно. Я разграничиваю, что это не мой ребенок, но очень привязалась к ней. И пытаюсь уже объяснять на ее уровне четырехлетки, в мировоззрении которой я всегда рядом, что придет время, она станет взрослой и самостоятельной, будет ходить в школу и я ей буду уже не нужна. Но мы будем разговаривать по телефону, встречаться по выходным дням и дружить и дальше. Она внимательно слушает и говорит: «А... Ну, дя». Детям нужно всегда говорить правду. Правду, приемлемую для их возраста. Но не врать ни в коем случае.

KYKY: В семье есть еще старший ребенок. У него была или есть своя няня?

А.Л.: Старшая девочка уже школьница, я с ней, конечно, общаюсь. Но скорее по-дружески. Есть «серьезные» моменты, вроде первой влюбленности, которые с мамой не обсуждают. А со мной можно. Конечно, зачастую я рассказываю маме, на что стоит обратить внимание, если ребенок переживает слишком сильно – с просьбой не выдавать меня. Вообще, в семьях, где несколько детей, такие моменты оговариваются сразу. Редко семья себе позволяет двух нянь, да и не нужно это. Основное время и внимание уделяется младшему, а старшие по мере необходимости — встретить, покормить. У них уже другая степень самостоятельности и круг интересов.

За что няню нужно увольнять

KYKY: Как ты думаешь, может ли няня прикрикнуть на ребенка или ударить, если он, к примеру, засовывает столовую вилку в электрическую розетку?

А.Л.: Наказывать детей физически, тем более чужих, ты не имеешь никакого права. Еще во время моей работы в психоневрологии мы на тренингах по повышению квалификации обсуждали эту тему с детским психологом. И я тогда сказала, что считаю, что если неоднократно озвучено, что в розетку нельзя засовывать вилку, потому что это опасно, можно и прикрикнуть и даже немного подшлепнуть по попе. Когда ты понимаешь, что ребенку угрожает реальная опасность, а он ее намеренно игнорирует и никак не хочет усвоить то, что ему говорят. Дети ведь прощупывают и твои границы, и вообще то, что можно и что нельзя. Даже могут назло что-то делать.

KYKY: Не боишься ли ты, что за тобой могут следить с помощью видеокамер?

А.Л.: За четыре года я ни разу не задумывалась об этом. Да и скрывать мне нечего. Пожалуйста, лицезрейте, как мы бесимся: и на кровати можем вместе попрыгать, и подушками покидаться, и мы вживаемся в «тигра, который сейчас съест того, кто любит съесть много конфет», и книжку разными голосами читаем. Даже и нормально, по-моему, если родители принимают меры предосторожности по отношению к незнакомому человеку в доме: мало ли он не занимается с ребенком, а сидит пьет. Хотя, был момент, что сработала сигнализация, когда мои работодатели были на отдыхе, а мы остались на неделю одни дома. Нас попросили посидеть какое-то время на диване – наверное, чтобы не попадать под какие-то датчики. Но, я, правда, не зацикливаюсь на этом.

Фото: Йохан Йелбо

KYKY: Финансовый вопрос. А если вы заходите в детский центр или «Макдональдс», то как решается вопрос детских «хотелок»?

А.Л.: Поначалу я приносила чеки, но не прижилось: на них никто не смотрел и они сразу летели в мусорку. Но мне неловко тратить чужие деньги, даже себе на чашку кофе. А мои работодатели всегда оставляют на мелкие расходы, особенно если уезжают. Я иногда сижу и думаю, ну зачем это? Хлеб-молоко не так дорого стоят. А потом малышка затягивает меня в какой-нибудь торговый центр и – вжух! – куда это столько денег делось? Там же соблазны и качели-карусели. Я всегда маме рассказываю, где мы были и что видели, сколько потратили. Я это делаю скорее для себя, а не для нее.

KYKY: А за что могут уволить няню?

А.Л.: За неаккуратность и нечистоплотность: и сама ходит чумазая, и после себя оставляет «выжженую землю». За вредные привычки. Я сама курю, но только после работы, дома и в одежде, которую без последующей стирки не надену. А кто-то может идти с коляской в руках и сигаретой в зубах. Общаясь с мамами, знаю истории, когда няни позволяют себе приходить на работу с перегаром, да ещё и из хозяйского бара потягивают алкоголь. Ну, ладно, один раз такое можно простить, но не систематически. И, конечно, уволить можно за воровство.

В принципе, человек, который не любит детей, а пытается зарабатывать на них, на позиции няни долго не сможет продержаться. На этой работе нужен другой стандарт адекватности и восприятия мира. Когда мы переехали в Минск, я сказала своему старшему, уже очень взрослому сыну, что обязательно стану здесь самой лучшей няней. А он вздохнул: «Только об этом, надеюсь, буду знать только я!»

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Литература на уикенд. Хулиганская история беларуского искусства для детей. Хаим Сутин

Культ • редакция KYKY
Книга «Мастацтва Беларусi ХХ стагоддзя. Парыжская школа» – это 110 страниц с 60 иллюстациями, сказками, стихами и играми. Зачем? Чтобы дети узнавали искусство и оно не ассоциировалось у них с пыльными залами скучных музеев. Книжка «Творчых майстэрняў» в коллаборации с современными писателями и галереей «Арт-Беларусь» рассказывает о беларуских художниках, которых нельзя забывать. ПРоект сейчас собирает средства на краудфандинге, и вы можете заказать книгу себе – ссылка есть в конце текста. А KYKY публикует главу про Хаима Сутина.
Популярное