Бронзовые девочки Андрея Осташова

Герои • Диана Вашкель
Скульптор Андрей Осташов родом из Лиды. Создает изящные фигурки с названиями: «Девичий дозор», «Русалка» или «Фея с сердечком». когда-то преподавал в Глебовском училище, потом ушел работать в салон сантехники. Диана Вашкель поговорила с Андреем Осташовым о возвращении в искусство, путешествии в Камбожду за вдохновением и переменах, которые приносит в жизнь творца участие в международных выставках.

Скульптор Андрей Осташов потратил десять лет на академическое образование, после чего решил уйти из искусства. К счастью, вернулся – если бы Осташов не творил, мы не смогли бы гордиться единственным соотечественником, который принимал участие в таких серьезных международных проектах, как выставка современного искусства в Вене – VIENNAFAIR 2015. Если бы Осташов не творил, не было бы единственного белоруса, имевшего персональную ретроспективу в Государственном Русском Музее в Санкт-Петербурге. Если бы Осташов не творил, то не было бы серий скульптур прекрасных девушек, которые заставляют с нетерпением ждать следующей выставки, чтобы увидеть, какой еще может быть девушка, созданная руками скульптора.

KYKY: Начну, пожалуй, с вопроса, который вам, наверняка, задавали очень часто. Расскажите немного о той девушке, чей образ является героиней ваших работ. Кто она? Образ ли это идеальной девушки? И откуда в ней эта экзотичность?

Андрей Осташов в мастерской

Андрей Осташов: Вы говорите, что она экзотичная, а для меня это не экзотика. Возможно потому, что художник зачастую – самый слепой зритель. Он, как мне кажется, меньше всех замечает яркие особенности того образа, который создает. Возможно, в силу того, что у него во время работы «замыливается глаз». А вообще, я не знаю, кто эта героиня. В ранних работах пытался повторить черты лиц своих дочерей или жены. Сейчас я думаю совершенно по-другому. Глядя на произведения искусства греков, замечаешь, что любая композиционная вещь не должна быть портретной. Если я слеплю соседку Машу на единороге, то это будет слегка смешная попытка соединить два мира: мир реальности и мир фантазий. Во-первых, это дурной вкус, а во-вторых, это не даст возможности погрузиться в тот мир, который я пытался изобразить. Задача каждого художника – найти свой пластический язык и знак, которым он мог бы выражать свою идею. Девушка в моих работах – это не чей-то портрет, это образ, задача которого – передать зрителю мое послание.

KYKY: Пробовали когда-нибудь посчитать, сколько работ вами создано?

А. О.: Знаете, да, пытался. За 16 лет было создано и отлито около 250 композиций. И они сейчас живут своей отдельной жизнью. Поверьте, для скульптора это достаточно много.

KYKY: А Вы позитивно настроены к жизни?

А. О.: На самом деле, я большой самоед, постоянно неудовлетворенный собой и находящийся в самокопании. Таково свойство характера, и с этим приходиться мириться.

KYKY: Я знаю, что очень скоро вы презентуете новую серию работ «Маленькие левитации», на которую вас вдохновило большое путешествие на Восток. Расскажите об этом путешествии. Что вам как художнику удалось там отметить?

А. О.: Самое важное в путешествии – самому строить маршрут. Мы с женой выбираемся куда-то на месяц или чуть больше. Путешествие начинается в одной точке и заканчивается в другой, но все, что происходит по дороге между ними – случайно. Основной смысл моих путешествий – это знакомство с людьми, которые живут в других странах. Памятники культуры, конечно, тоже являются стимулирующим фактором, особенно для художника, но в большей степени интересны обычаи и взаимоотношения.

Исходя из этого опыта и понимаешь: полюбишь ты страну или нет? Как бы она ни была прекрасной, если люди к тебе там неприветливы или предвзяты, то впечатление останется плохое. Как художнику мне важны все взаимоотношения, жизненные наблюдения. Порой незначительные события или образы, которых ты не заметил сразу или не сфотографировал, откладываются в сознании. И потом через месяц-два начинаешь вспоминать, и понимаешь, что впечатлений осталось гораздо больше, чем показалось в начале.

KYKY: А почему вы отправились именно на Восток?

А. О.: Мне давно хотелось посмотреть Камбоджу, ее храмы и то, как там живут люди. У них прошло буквально 25 лет, как закончилась война. Что удивительно: те дети, которые раньше бегали с автоматами, теперь занимают высокие посты, и в принципе, верхушка власти осталось такой же, как и была.

Но сами по себе люди добрые, отзывчивые. Остаться без крова, еды и каких-то жизненно необходимых вещей там невозможно. Люди все равно идут к тебе на встречу, готовы помочь… Вы спрашивали, почему Восток. Восточная культура меня всегда интересовала больше, чем европейская. Последнюю мы много изучали и в Академии, и в училище. В годы юности, после открытия железного занавеса, появилось очень много эзотерической литературы, стали приезжать прямые последователи духовных учителей, и мы провели большое количество времени, увлекаясь и изучая этот опыт. Он стал для меня свежим дыханием в той перестроечной, постсоветской атмосфере жизни. Поэтому это давняя мечта – лично познакомиться с Востоком.

KYKY: Вы вернулись, вы полны эмоций. Сразу садитесь и начинаете творить? И как происходит процесс создания скульптур: начинаете с эскизов или же сразу берете материал в руки?

А. О.: Я сразу не берусь за пластилин. Должно пройти время, чтобы эти впечатления переосмыслились, превратились во вдохновение. На это может уйти и месяц, и полгода, прежде, чем начинает формироваться общая идея всей серии работ. Насчет эскизов – да, они сначала зарисовываются. Это тоже иногда бывает непонятно: есть один элемент, и ты хочешь его зафиксировать, чтобы он остался в памяти. Потом начинается работа над эскизами в пластилине, на основе предыдущих зарисовок.

Как говорил Леонардо, художник должен мыслить с карандашом в руке. Основа всего изобразительного искусства по-прежнему – рисунок.

KYKY: А как много времени занимает весь процесс с момента создания эскиза, до момента появления скульптуры?

А. О.: Если эскиз в пластилине завершен, то создание готового произведения из бронзы может занять от трех до шести месяцев. В то время, пока отливается работа в бронзе, я начинаю лепить в пластилине следующую композицию. Одновременно корректируя нюансы в литье, определяю будущую тонировку. Получается непрерывный цикл ежедневного труда. И когда завершается работа над всей серией, проходит почти год.

KYKY: Как случилось так, что на время вы ушли от искусства и стали работать в компании, которая занимается сантехникой?

А. О.: Да, было такое в моей жизни. Академический период был очень трудный, и в какой-то момент я решил, что не буду заниматься искусством, что это не мое. Полтора года я вообще не занимался творчеством. Считаю, что этот период мне был необходим как своеобразное обнуление.

Наверное, четыре года училища и шесть лет академии без перерыва, то есть десять лет занятий обучением – для меня было очень много. Когда мозги закипели, я уже не понимал, что есть правда, а что вымысел. Академическая среда диктует свои ценности, а они немного отличаются от того, что происходит в реальной жизни в современном мире. Они разные. Мне до сих пор становится немножечко грустно, когда художники после окончания Академии по-прежнему ставят перед собой академические задачи. В искусстве важно говорить о том, где ты находишься, живешь, в какое время живешь, что интересует тебя, сверстников, что происходит в мире – то есть быть актуальным и интересным зрителю… Я считаю, что в моей жизни все не случайно. Однажды сложилась ситуация, что я стал преподавать. Вернулось осознание себя художником. Я начал лепить маленькие композиции, отливать их в бронзе. Одна галеристка в Москве, Карина Шаншиева, заметила их и предложила поучаствовать в выставке у нее.

На выставке были продажи, там же одну из работ приобрел Константин Эрнст (генеральный директор ОАО «Первый канал» в Москве – KYKY). И это было очень вдохновляюще. Я решил дальше продолжить свои эксперименты именно в сказочно-фантазийной тематике.

Многие коллеги говорили, что просто не узнают мои работы, но со временем именно эти темы, пластика и тонировка определили мое творческое лицо. Мои работы стали настолько узнаваемы, что где бы они не появились, все могут с точностью сказать, кто их автор.

KYKY: Вы всё еще преподаете?

А. О.: Нет, я уже лет девять как не преподаю. Выпустил один курс, потом набрал другой, а потом выиграл стипендию Gaude Polonia. Уехал в Польшу стажироваться в Краковской Академии искусств у известного мастера тонировки, профессора Кшиштофа Нича. У меня было в планах познакомиться с традиционным европейским литьем в бронзе. Когда я вернулся я решил, что буду в свободном плавании, тем более, что мне есть, что сказать и показать. И работать я начал как уже творчески свободный человек: искал заказы, лепил что-то для себя, для выставок.

KYKY: А если бы так вышло, что вы не смогли стать скульптором, чем бы Вы хотели заниматься?

А. О.: Творчество существует в каждой профессии. Важно нести в себе это и отдавать другим.

KYKY: Сегодня вас узнают, о вас говорят и пишут. Вы принимаете участие в крупнейших международных выставках. Вас называют лучшим в своем деле. Что вы при этом чувствуете?

А. О.: По этому поводу я ничего не чувствую. Моя жизнь от этого никак не меняется. Участие в международных выставках дает возможность увидеть свое творчество со стороны. Это очень личное – переживать себя в контексте другой культуры. В студенческие годы нам говорили, что человеку из Минска в питерскую Академию поступить не удастся. Мы с детства не имели возможности общаться с произведениями искусства. Это действительно так, ибо и сегодня попадая в насыщенную искусством культурную среду, я, как художник, получаю ответы на многие профессиональные вопросы, которые меня волнуют.

KYKY: Участие в крупных международных проектах – это ведь и повод немного покормить свое эго, разве нет? Не каждый ведь может туда попасть?

А. О.: Мое эго от этого не растет, потому что я отлично понимаю то, что эти выставки – заслуга работы целой команды людей, а не только моя. Без их участия не было бы всего этого результата. Меня подпитывает обратная связь со стороны зрителей, приносит мне удовлетворение и желание трудиться дальше.

KYKY: Знаете ли вы судьбу ваших работ? Следите ли за тем, что с ними происходит, где они находятся?

А. О.: О судьбе всех работ я знал тогда, когда сам занимался продажами. Сейчас я работаю с продюсером, по контракту, поэтому со многими своими покупателями я не знаком. Судьбу некоторых работ знаю, судьбу многих – нет.

KYKY: А можете сказать, сколько стоит ваша самая дорогая работа?

А. О.: Ну, мне она точно не по карману. Стоимость работы зависит от многих факторов: в этом и стоимость литья, и стоимость моего труда, а главное, ее уникальность.

А. О.: Любой человек в своей профессии стремится к чему-то большему. Каждый журналист мечтает стать редактором хорошего издания, строитель – открыть собственную строительную компанию. А о чем мечтает скульптор?

KYKY: У скульпторов тоже есть такая иерархия: есть скульптура станковая, есть скульптура парковая, есть монументальная. В кругу моих коллег считается, что наиболее высокое в скульптурном творчестве – это монументальная скульптура, то есть большие памятники, которые воздействуют на большое количество людей. Я с этим хотел бы не согласиться, потому что, на самом деле, от величины работы величина идеи не зависит. Самым важным для художника и скульптора, я думаю, является самопознание, саморазвитие и желание сделать настолько прекрасную вещь, которая была бы наполнена зрелостью, мышлением, пластикой. Самое главное – это самореализация и развитие себя.

KYKY: Определились, куда отправитесь в следующий раз за вдохновением?

А. О.: Я человек не планирующий. Я соглашаюсь с тем, что происходит со мной в жизни, и мне нравится это. Планировать что-то не имеет вообще никакого смысла, все происходит по другому плану. А задача человека – принимать это и получать удовольствие от происходящего, получая свой бесценный опыт.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Фильмы Эльдара Рязанова, которые стыдно не знать

Герои • Ася Поплавская
В ночь на 30 ноября не стало культового кинорежиссера и сценариста Эльдара Рязанова. Ему было 88 лет. За свою кинокарьеру он снял около 30 картин, почти все становились кассовыми. Мы собрали для вас подборку из десяти фильмов Рязанова, которые обязательно нужно посмотреть, если вы еще не сделали этого. Или пересмотреть.
Популярное