Мой челлендж. 21 день без «ночных дожоров»

Жизнь • Алиса Петрова
перед вами текст о том, каково это – когда все время хочется кушать. По прочтении вы испытаете одно желание – обнять нас и заплакать. «Несколько раз было совсем невмоготу, поэтому я пробиралась к холодильнику и рассматривала блинчики или сыр», – выбирая из списка редакционных челленджей, Алиса Петрова остановилась на этом испытании – не есть на ночь в течение трех недель.

Когда редакция разбирала челленджи, я сразу решила: отказываться надо от того, что действительно мешает жить. Основных вредных привычек у меня три. Первая – избыток кофе, вторая – опоздания (да, я патологическая копуша). Третья привычка мне не нравится больше всего – еда по ночам. Мои отношения с едой непростые: я из тех, кто от стресса может съесть три пирожных подряд и со скуки жевать бутерброд. К сожалению, я не эктоморф, который «жрет и не толстеет», поэтому привычка отражается на фигуре, что огорчает.

Диетологи давно доказали: классическое «не ем после шести» вредно. В идеале последний прием пищи должен быть не позднее 3-4 часов до сна. Прикинув, что обычно ложусь спать в полночь-час, я решила не есть после 20:00. Понятное дело, это не означает налет на сладкое и углеводы в 19:55, а здоровый второй ужин из творога или овощей. Торжественно пообещав себе перед зеркалом начать новую жизнь с 6 декабря, пошла на кухню и в начале одиннадцатого съела салат и три сырника с вареньем. Сегодня еще можно!

Неделя первая. Легкость и ощущение себя суперженщиной

День первый. Просыпаюсь с ощущением новизны: класс, сегодня буду испытывать себя! Легко продержалась на позитиве первые три дня – до первого вечера после спортивной тренировки. Пришла (вернее, приплелась), как обычно дико уставшая, и что уж там, с пустым желудком, который еще больше прилип к позвоночнику после упражнений на пресс. Вспоминаю старый добрый совет всех худеющих: хочешь есть – пей воду. Всадила стакана два. Еще через полчаса – ромашковый чай.

Вроде заполнила желудок, но голод не отступал. Понимая, что хожу по тонкой грани (кухня и гостиная в квартире совмещены), решила лечь спать от греха подальше. В отличие от других коллег, которые каждый божий день сталкивались лицом к лицу со своими челленджами, я могла схалтурить и заснуть – чтобы наутро нормально позавтракать.

Три вещи, которые спасали меня на протяжении этих трех недель: ромашковый чай, вода и жвачка.

Когда хотелось чего-то пожевать, сначала пила чай, потом ела жвачку. Сначала мятную, а потом, чтобы заменить «вечерние углеводы» перешла на фруктовые. Откровенно говоря, получался ерундовый самообман, тем более, жвачка только усиливает желание поесть, потому что вырабатывается слюна и желудочный сок. Зато на следующий день чувствовала себя суперженщиной. Во-первых, потому что нет тяжести по утрам и дурацкого чувства вины за вчерашние грешки. Во-вторых, потому что повышается самооценка, мол, «эге-гей, смотрите-ка, я могу»! Первая неделя челленджа прошла успешно.

Неделя вторая. Прощайте, зуб мудрости и мотивация

Вторая неделя началась в кабинете хирурга-стоматолога: мне удаляли зуб мудрости. Первые два дня после этого мне было сложно нормально открывать рот, а до конца недели я ходила с припухшей щекой и была похожа на Дона Корлеоне. К челленджу на тему невозможности ночных дожоров добавилось еще пару ограничений: до конца недели не пить алкоголь, не есть горячую и твердую пищу.

Пока я питалась исключительно йогуртами и кашами, мотивация собрала вещи и сказала «пока». Задор прошлой недели вообще ушел. Я осталась один на один с припухшей щекой и словом «надо». Заметила, что стала больше есть по утрам: просыпалась очень голодной, поэтому сильно тянуло на быстрые и вредные углеводы вроде мучного или сладкого. Спасал творог с вареньем. На тренировки не ходила – после них риска сорваться было еще больше.

Неделя третья. Кусок домашнего торта размером с седьмой айфон

Третья неделя была самой сложной. Мотивация так и не объявилась, но зуб зажил. Я стала решать вопрос радикально. Чтобы вечером не чувствовать желание что-то пожевать, приходилось наедаться перед «дедлайном». В ход пошли углеводы: сладкое, мучное, каши. Честно говоря, помогало не всегда. Несколько раз было совсем невмоготу, поэтому через угрызения совести пробиралась к холодильнику и, рассматривая блинчики или сыр, трясущейся рукой тянулась к творогу или кефиру. Творог даже овсяными хлопьями посыпала (бунтарка, ну). Но самое страшное было впереди.

До конца челленджа остается три дня. Около семи вечера мне нужно ехать на день рождения к тете. Что такое праздники у родственников, объяснять не нужно: стол завален едой. А когда тебе наливают мартини – ты ж не дурак отказываться! – про всякие челленджи думаешь: «Ай, вернусь к этому завтра». Диетологи не рекомендуют пить алкоголь, когда худеешь – он повышает аппетит и отключает запреты, которые есть в голове. Квинтэссенцией вечера и моей безоговорочной капитуляцией стал большой домашний торт «Колибри» с шоколадными коржами и сливочным кремом. Я уплела кусок размером с седьмой айфон. Зато оставшиеся два вечера прошли так же легко и задорно, как первые дни челленджа: с блаженным ощущением счастья – пытка же заканчивается!

Вывод: надо слушать организм, но не идти на поводу у слабостей (если бы все было так просто!)

Каждый раз, когда мне хотелось открыть холодильник, я спрашивала себя: «Почему ты хочешь это сделать, если не голодна?» До сих пор не знаю, как на него ответить. Еще один риторический вопрос: «Почему ты не можешь взять и перестать делать то, что тебе мешает?» Наверное, если бы все было так просто, не было бы алкоголиков, заядлых курильщиков, созависимых отношений и прочей белиберды – все люди мира были бы счастливы и здоровы. С привычками тяжело расстаться, потому что они – часть тебя, ты психологически прикипаешь к определенным действиям. Я не хочу оправдываться. Я хочу сказать, что если вы не биоробот с железной силой воли, «просто» не получится. Будут ошибки, будет желание все бросить, будут срывы и последующее чувство вины. Но это не значит, что надо забить и не делать себя лучше.

Моя привычка поесть по вечерам появилась не за раз. Ей-богу, я вообще не заметила, как это произошло. Челлендж был стержнем, который меня сдерживал, когда своя мотивация закончилась. Что я поняла за это время? Надо слушать свой организм, но в то же время не потакать своим слабостям. Пример – несколько срывов на третьей неделе. Первое время было за них стыдно.

С окончания челленджа прошло 1,5 месяца. Я хотела бы гордо сказать, что не подхожу к холодильнику в темное время суток, но это не так.

Да, я все еще могу сделать себе бутерброд в двенадцать ночи, но это происходит реже. А когда нервничаю, меня вообще желательно связывать и вставлять кляп, чтобы не опустошила полхолодильника. Но я хотя бы чаще задаю себе вопрос «зачем?» – и бессмысленность ответа останавливает.

Полкабана как символ нации. Предельно честный фоторепортаж из деревни

Жизнь • Антон Суряпин
Журналист Антон Суряпин отправился в одну из тысяч деревень Беларуси, где люди до сих пор на собственном подворье растят свиней и затем их бьют. Он снял весь процесс на фото и вспомнил литературу, воспевающую эту многовековую деревенскую традицию беларусов. если вы уже сомневаетесь, что хотите видеть эти фото – лучше не открывайте текст.