Как заставить людей меньше сраться и больше работать

Деньги • Саша Романова
Давайте начистоту: обиды, срач, желание насолить могут быть очень полезными, если ты работаешь в журналистике и используешь писанину как психотерапию. У твоих статей будет больше просмотров. Если же твоя цель – продукт, созданный в коммуникации с другими людьми, то склочный характер и желание тратить время на споры могут стать нехилой помехой в работе.

Сраться во имя качества продукта – благое дело. Плохо, когда срач становится самоцелью. Это как пытаться убедить Солодуху выступить на концерте в честь БНР – бессмысленное и беспощадное усилие, целью которого является толстый троллинг. Он не меняет мир, не делает лучше ни вечеринку БНР, ни Солодуху лично. Меня много лет мучит эта тема: почему вместо реально полезного действия беларусы тратят время на обсуждение парадов клоунов? Почему раньше была дико популярна «Белпомоечка» в ЖЖ (журнал, целью которого было показать на фото, насколько уродлива и нелепа страна), а теперь подписчиков набирает паблик «Какая страна – такие селебрити» (по задумке язвительный, на деле – занудный и однообразный)? Если мы считаем ближнего бесполезным, унылым и бездарным, то зачем тратить на него собственную жизнь? Это как упасть в канаву в белом пальто, вымазаться с ног до головы и сидеть довольным от того, что окружающие так нищи духом. Когда ты понимаешь основы профессии (речь про журналистику), тебе банально жаль тратить время на срач (ох, если бы из срачей рождалась истина, но нет, они забивают твои мозги пустотой).

Мне запомнился самый первый срач в KYKY. Это был ноябрь 2013 года. Мы сделали смешной текст-розжиг под рабочим названием «Почему беларуские мужчины так плохо выглядят». Поскольку Рогатко ещё училась на первых курсах журфака, и ее с нами не было, я подбирала картинки сама. Поставила на обложку бразильского манекенщика в трусах. Учредительнице KYKY Даше Матявиной он страшно не понравился. Она весь день писала в общий чат страшные сообщения вроде: «Я не хочу, чтобы наш журнал ассоциировался с этим мужчиной, он ужасен». Я вяло отбрыкивалась, понимая страшное: хочу, чтобы сайт ассоциировался с этим мужчиной. Да и на журфаке нам рассказывали про такой прием, как контрапункт – если делаешь репортаж про бомжа, ставь видеорядом мажора в белых брюках, чтобы публику торкал контраст. А теперь представьте: текст про мужчин – это всего лишь треть твоей работы за сутки, потому что сайт нужно обновлять несколько раз в день. Ты ломаешь голову, какой текст пустить следом, чтобы набрать трафик, а твои коллеги ругаются из-за бразильского манекенщика, потому что он чересчур сексуален и оскорбляет чувства женщины. И тебе хочется послать этих эстетов, потому что ты придумала самый крутой сайт, на который должны прийти все читатели мира, и мечтаешь, чтобы тебе не мешали. Самый первый способ борьбы – искать союзника. Один в поле не воин, и вам непременно нужен человек на вашей стороне, который понимает, что именно вы делаете. Собирайте заговор, переманивайте на свою сторону и старайтесь задавить количеством. Что делать, если против вас все? Упорствовать до предела. Так было и с бразильским манекенщиком.

Тот самый «бразильский манекенщик»

Примерно неделю мы каждый день меняли его фотку. Даша зайдёт в админку – поставит интеллигентное занудство. Зайду я – поставлю бразильца в трусах. Через неделю ей надоело, через месяц она об этом забыла, и как думаете, кто сегодня стоит в статье? Бразильский манекенщик. Человек, готовый биться за свою идею и выходить с одиночным пикетом, всегда побеждает. Даже если идея дебильная, ему дадут высказаться – потому что настоящих буйных мало.

Как происходит хэдхантинг для KYKY

Честно говоря, никак. Единомышленники приходят один раз и остаются (пока не свалят от нас в айти). А все остальные ходят в офис некоторое время, потом начинают медленно исчезать с планерок, и через пару месяцев отсутствия проявляются в комментариях к статьям: объясняют, что мы делаем не так. Теперь по поводу корпоративного уклада. Есть офисы, где вас дрючат за опоздание в пять минут. Потому что начальство покупает в первую очередь вашу свободу, и ему нужно быть уверенным, что в любой момент, когда приспичит, все пару десятков физиономий будут на местах. Но как опоздания связаны с выручкой компании? Если это не экспресс-доставка картриджей, то никак. Работать можно хоть с Филиппин, куда пару недель назад уезжал smmщик (честно: никто не заметил его отсутствия, потому что человек ответственный – все статьи репостились в срок). Мне хочется донести до работников мысль, что оплачивается продукт – мы требуем в первую очередь конкретного результата. Не отчета о промежуточных усилиях.

Нельзя говорить «я корячился над задачей 30 часов, и у меня не получилось» – за это не похвалят. У нас хвалят за инициативу: за что, что знаешь, как сделать быстрее, лучше и сильнее.

Свободный человек имеет свою голову на плечах и не должен выполнять только поставленные задачи по пунктам, как в госконторах. Понимаете ли, работа в медиа – это мясорубка, где тебе нужно год-два, чтобы пережить смерть от переутомления, тахикардию и алкоголизм, чтобы научиться работать быстро и эффективно.

Скорость – всего лишь опыт. И то, на что ты тратил тридцать часов год назад, сегодня должно получатся за час. Да, в гонке за трафиком легко потерять остатки такта и человечности, примеров много. Но в истории остаются киборги, умудрившиеся сохранить нормальную эмпатию в сочетании с адской работоспособностью. Те, кто отвечает за продукт и его качество, не являясь черствой сукой с рогами. Для всех остальных есть семь смертных грехов. Рассмотрим подробно каждый из них.

Грех первый. Презрение

Это бич примерно половины беларуских журналистов, которые презирают читателя и считают заказчика рекламы тупее себя. Такое отношение нужно выжигать каленым железом. Самое обидное, что человек при этом может быть невероятно талантлив. Но он мизантроп в самом плохом смысле, он вертел тебя с твоими идеалами, и перевоспитать его ты не сможешь ничем. На заре времен в KYKY была девочка. Переманили с сайта, где она писала про недвижимость. После первого текста ее стал хвалить писатель Виктор Мартинович за вкус, талант и стиль. Она чуть оргазм не испытала в момент такого триумфа, а потом так и не смогла полюбить ни одного читателя, кроме Виктора, и вернулась на прошлую работу писать про недвижимость. Где она сейчас и как ее зовут? Черт возьми, никто не помнит. На самом деле, читатель умнее тебя, а мудак главред укажет тебе все косяки, которые ты сам не заметил. Нужно принять это как данность и уметь совершенствоваться.

Грех второй. Тщеславие

Есть работники, помешанные на образах. Для которых работа в KYKY – как марка и знак качества, который делает тебя в компании друзей немножко более продвинутым. Сперва кажется, от таких будет толк, потому что тщеславие – великая вещь. Правда, проходит время, и хочется выставить позёра на мороз, потому что ты, черт подери, не айфон. Ты забываешь уйти на обед и жрешь шаурму из доставки прямо в офисе, а сок из бомжпакета капает прямо на клавиши ноутбука. Твои работники косячат, и ты периодически жестишь во всю ивановскую, не отрываясь от рабочего процесса – иногда просто бесит тот факт, что окружающие находятся в расслабленном режиме. В этот момент ты нифига не культовый образ, ты делаешь дело и ищешь таких же одержимых – и засуньте куда подальше ваши понты!

Грех третий. Скандальность

Что чувствует руководитель, если его работники скандалят между собой, пока он пишет отчет? После минутного желания уволить вообще всех к чёртовой бабушке ты, естественно, выделяешь в рядах протестующих самого громкого и пытаешься макнуть его мордочкой в его же косяки. Что у него есть орфографические ошибки (недавно написали на доске в офисе, что ошибки делают только ватники), слабые статьи, и вообще кто он такой, чтобы учить других?

Твоя задача – обеспечить людям комфортные условия, всем без исключения. Тот, кто орет, явно не брал остальных людей на работу (главреду орать можно) и не имеет права приближать их скорый уход (работать в нервной обстановке может врач скорой помощи, журналисту нужен покой, как в библиотеке). Правильным здесь будет не Армагеддон на местах, а тихое, аккуратное стукачество. Если с тобой несправедливо поступили, а коллега, по твоему мнению, работает меньше, чем ты, – вызывай директора на разговор по душам и изливай душу. Если он адекват (а в нашем случае это так), он разберется. А если дело в личной неприязни с коллегой, попробуйте выпить вместе в пятницу вечером, высказать друг другу в лицо все претензии и сделаться добрыми союзниками. Все равно вам этого человека в офисе приходится видеть чаще, чем любовников, друзей и семью – налаживайте контакт!

Грех четвертый. Прокрастинация

У нас работал Паша Свердлов, самый высокооплачиваемый комментатор в Беларуси. Он великолепно, со вкусом и знанием дела, срался с читателями. Я, конечно, переживала и часто говорила ему, что тратить время на ответы критикам в его случае – все равно, что забивать гвозди смартфоном. Но писать серьезный текст намного сложнее, чем отвечать на комментарии и вести соцсети. Мы, как молодая компания, сделали все возможные ошибки, в том числе, проблемы с дисциплиной сотрудников и отсутствием системы постановки задач. Да и с критикой по-хорошему работать надо. Есть приёмы, позволяющие уесть критиков так, что вас ближайшие двадцать лет будут бояться.

Но гавкаться в комментах вместо того, чтобы делать своё дело – слишком дорого для стартапа.

Ты все равно не заставишь всех мыслить, как ты. Потому забудь о комментаторах и делай своё дело. Что делать с сотрудниками, которые тратят рабочее время на ерунду? Можно проводить ежедневные планёрки-пятиминутки с отчетами за день. Что сделано? Что просрано? Где трубку не подняли? Если сил на это нет, можно сразу искать мотивированных (я лично люблю приезжих ребят, которым каждый месяц нужна фиксированная сумма на оплату жилья в Минске). Хотя и это не избавит вас от сотрясания воздуха во имя результата. Каждый день.

Грех пятый. Чинопочитание

Самое мерзкое, что можно себе представить – это заискивание перед начальством. Наемный работник думает, что видимость хороших отношений позволит ни черта не делать, крутить всех на причинном месте и бесконечно долго оставаться в штате. Даже в такой либеральной институции, как «Минт Медиа», такие фокусы не проходят долго. Панибратство в работе – дно (как и желание подсидеть или унизить коллегу, забрать клиента, настучать знакомым, чтобы не давали коммент). «Камон, я тебе не подружка», – любит говорит Рогатко авторам, которые способны идти с бутылкой алкоголя к ней под подъезд и кричать: «Настя, выходи, мы на качелях».

Мы в редакции строим крепкую горизонталь и больше всего ценим людей, которые без истерик и дрожи в голосе могут объяснить директору и редактору, в чем он не прав. Вот эти ребята на вес золота, а жополизы пусть идут в государственные СМИ. И еще. Нужно понимать, что директор каждый раз покупает своему сайту и компании ещё немножко времени на существование. Бизнесмен работает не на себя – а на людей, за которых однажды взял на себя ответственность. Издатели, как сумасшедшие, ищут дополнительные источники существования. На этом поле все средства хороши: и зарабатывать на каталоге, и монетизироваться за счёт нативной рекламы, и организовывать оффлайн-мероприятия, и делать медиа-школы. Что угодно, лишь бы платить зарплату сотрудникам. И меньше всего хочется, чтобы, глядя на твои усилия, одни работали, а другие лизали тебе задницу.

Грех шестой. Мастурбация на продукт, который никому не нужен

Представьте: вот сидит рядом с вами человек. Он уверен, что смысл жизни – делать зануднейший продукт. Пусть у него не будет просмотров, это лишь докажет ему лично, что люди тупые и убогие и им нужны только сиськи, гранты и Анна Бонд. Как реагировать? Пытаться объяснить, что даже про классическую музыку и искусство можно написать так, что у читателя поднимется артериальное давление и он побежит скачивать Людовико Эйнауди. Объяснять, что тексты, которые не читают, нафиг никому не нужны. Ну или набрать светлых ребят за три штуки долларов зарплаты, которые знакомы с понятиями kpi. Но поскольку речь про стартапы в медиа, тут нет таких денег. К сожалению, мы реагируем на аутсайдерство перекрикиванием и переходом на ненормативную лексику. Даже если ты в душе поэт, будь добр познакомиться с основами маркетинга – ты должен заставить весь мир (а лучше – четко выбранную аудиторию) полюбить свой текст, идею и продукт.

Грех седьмой. Обиды

Самое крутое качество профессионала – умение соблюдать формальные отношения. Никаких грустных взглядов, игры на нервах и манипуляции коллегами. Ты просто делаешь своё дело. Если не получается ни хрена – злишься, но переделываешь с начала. Если на тебя наорали, не надо обижаться и поджимать губы. Нужно быть немного роботом, как в научно-популярных заметках о будущем человечества, которые мы так любим писать (несмотря на то, что их как раз мало кто не читает). Пока роботы не заменили половину профессий, нужно деликатно перенимать их черты, а заменят – придумаем новую форму существования. Да, работнику KYKY можно посочувствовать. Редактор хочет объемных текстов трижды в неделю. Директор хочет хороших просмотров и сразу. Вроде как перемыл ему кости с коллегами – и жить проще. Но пожалуйста, увольте меня в рабочий день от жалостливых взглядов, символизирующих тот факт, что ты не можешь сделать свою работу. Если на тебя наорал главред, ты, сука, не можешь надуть губы и остаток дня не общаться с ним. С мамой – да, с Рогатко – нет.

Тебя не будут любить за то, что вкалываешь. Тебя будут любить за то, что у тебя получается

Иногда кажется: господи, да мы же аморальные уроды! Нас никто не полюбит такими, какие мы есть. Новые работники у нас так и будут появляться по чайной ложке в год, смотреть на все это безобразие и уходить. Потому что мы нарушаем все возможные правила субординации, мы равнодушны к офисным печенькам, устраиваем жестянку в переписках и терпеть не можем чинопочитание. Только тронутый сможет ужиться с такими агрессивными дикобразами. Тем не менее, мы хотим, чтобы к нам приходили лучшие менеджеры и журналисты. Первым мы дадим возможность заработать хорошие деньги (при наличии работоспособности), вторым – свободу, славу и известность.

В официальных средствах массовой информации есть негласное правило – репортер не дай бог не должен стать популярным. Ни одно лицо не может быть показано каждый день, потому что влияние его может стать больше, чем у сами знаете кого. Нам пофиг. Если человек пишет ежедневно, его фамилия ежедневно появляется на сайте.

Он просит (и получает) повышение в зарплате, становится звездой, и мы просто счастливы сгрузить на его плечи хоть немного ответственности: за рубрику, за новости, за соцсетку.

Хочется как-то на начальном этапе отметать людей, которым КYKY нахрен не нужен, которые его не потянут. Мы мечтаем о тех, кто может выбрать собственную зону ответственности и взвалить ее на себя, полностью отдавая себе отчёт в том, что если не получится – будут ругать. А если всё выгорит, и ты красавчик – тебе подарят ящик шампанского.

И последнее: журналист может заработать хорошие деньги (если не считает, что два текста в месяц – это его предел). Толковый менеджер может обеспечить себе достойную жизнь, поверьте. Итак, сейчас нам нужны:

· Менеджер-акула, который не робеет перед холодными звонками, умеет держать удар и хочет продавать нативку в наших лучших в Минске нишевых журналах.

· Робот-новостник, которому противно переписывать чужие новости и кто не считает, что фотографии Лукашенко необходимы в новостях про законы.

Если вы тот самый человек, напишите на адрес kyky@kyky.org. Или мне в личку. Нас вместе ждет масса приключений.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«Отвяжитесь от неудачников». Почему «добиться успеха» – очень плохая идея

Деньги • Алиса Альта
В нашем обществе так расцвел модный вирус «достигаторства» и так распространился культ успеха, что от него порой тошнит. Давайте смотреть правде в глаза: не всем нужно становиться топовыми бизнесменами или художниками, которые продают картины за сотни единиц криптовалюты. Пока каждый человек из огромного социума пытается добиться крутого статуса, половина ломается в депрессии, еще четверть просто проживает жизнь в ненужной гонке, десяток процентов не могут наслаждаться успехами, потому что вечно оглядываются по сторонам. И только оставшиеся «последние герои» становится «успешными». Но надо ли им это?
Популярное