Как телевизор меняет отношение белорусов к России и Евросоюзу

Боль • Мария Войтович
Политические конфликты последних трех лет поссорили не только целые народы, но и членов семей, которые, сидя у телевизоров, сражаются в красноречии за правоту России перед ЕС и Штатами. Специалисты лаборатории NOVAK провели национальный опрос, который доказал, что российская пропаганда действительно работает в Беларуси. Объясняет на примерах политолог Андрей Елисеев.

«В Беларуси все спокойно и нет войны» – мы давно привыкли к этому посылу, который несет в себе практически каждое выступление Лукашенко. Многие из граждан уже и сами транслируют этот посыл в личных беседах с близкими и коллегами. Ну а что? Повсюду теракты, гибнут люди, а у нас – тихо. На самом деле, ситуация в Беларуси обостряется, и это вызывает тревогу. Связано это с очень быстрым ухудшением отношений между Россией и Западом. Мы как будто и пытаемся отстраниться, занять нейтральную позицию, но делать это с каждым разом становится все труднее. В первую очередь потому, что Беларусь является военно-политическим союзником России. НАТО проводит масштабные военно-политические учения, и Россия пытается подтянуть на нашу территорию военные базы. И хотя белорусские власти отпираются, но, учитывая масштабы политического и экономического влияния России на Беларусь, при значительном ухудшении ситуации решение этого спора может стать просто разменной монетой. Вот и всё. Учитывая, как резко ухудшаются отношения России и Запада, желание россиян разместить военную базу на территории нашей страны будет не уменьшаться, а только увеличиваться.

1200 белорусов и каверзные вопросы исследователей

Несмотря на этот неспокойный и, казалось бы, очевидный факт, за последние три года позитивное отношение белорусов к России выросло в несколько раз. Это доказало исследование, которое весной 2016-го провели специалисты лаборатории NOVAK среди жителей Беларуси. Нам было важно разобраться, что представляет собой белорусское геополитическое сознание, а также проверить гипотезу: действительно ли СМИ практически полностью формирует общественное мнение. В апреле и мае 2016 года были проведены репрезентативные опросы, в которых приняли участие около 1200 респондентов разного пола, возраста, социального статуса. Такая выборка позволила получить общенациональную картину с ошибкой плюс-минус несколько процентов.

Вопросы, которые задавали специалисты лаборатории, касались геополитики, отношения белорусов к России и ЕС, причин их изменения за последние годы, отношения общественности к таким важным региональным событиям, как, например, аннексия Крыма. Кроме того, ряд вопросов касался доверия к СМИ. Между опросами мы изучали, какими новостями особенно интересуются в данный момент белорусы, и как за короткое время меняется их мнение.

«Вы предпочли бы интеграцию с ЕС или с Россией?»

Национальные опросы необходимы для понимания общественных ситуаций. Например, их анализ может подсказать политикам, какие ошибки совершаются в управлении государством, что можно изменить, в каком направлении взять новый курс. Особенно интересно и полезно сравнивать мнения респондентов на одни и те же темы с разницей в несколько лет. Так, еще в 2013 году за проевропейскую интеграцию выступало около 43% опрошенных белорусов, и только 32-33% склонялись к интеграции с Россией. Тогда эти данные практически не отличались от данных результатов аналогичного опроса, проведенного в Украине. Спустя три года картина кардинально меняется. Причем, у белорусов в одну сторону, у украинцев – в другую.

Сегодня на вопрос «Вы предпочли бы интеграцию с ЕС или Россией?» только 16% опрошенных украинцев склоняется к России. В Беларуси – 72%. Вот что случилось за последние три года.

Война в Украине коренным образом изменила настроения людей. Разумеется, ответы зависят от возраста, образования, социального статуса респондентов. Чем выше уровень образования, тем выше проевропейский вектор. Только около 6% белорусов в возрасте 65+ симпатизирует ЕС.

«Присоединение Крыма к России – правомерное действие или незаконное?»

Очень высокая доля белорусов считает, что все произошло правильно. Это при том, что официальная внешнеполитическая линия Беларуси довольно нейтральна. Лукашенко и МИД не говорили, что это все оправданно. Каких-то четких и явных заявлений в поддержку присоединения Крыма к России не было. Отсюда можно сделать вывод: цифры возникают из-за того, что белорусы получают информацию из российских СМИ, а Беларусь свою позицию громко не доносит. Также ситуация связана с тем, что сейчас снижается западная помощь белорусским независимым СМИ, которые еще способны подавать какое-то альтернативное мнение. Им приходится выживать самостоятельно. Такой вот двойной удар.

Что касается формата белорусско-российских отношений, то в апреле всего лишь 7,4% респондентов высказались за отношения с закрытыми границами, как сейчас – со странами ЕС. Для сравнения, украинцев – половина. Абсолютное большинство белорусов предпочитает быть независимыми дружественными странами с Россией. 16,5% выступает за Союзное государство, и буквально 2% – за то, чтобы Беларусь стала частью России.

Как работает пропаганда российских СМИ

Любопытный момент: в принципе, белорусы в курсе, что уровень жизни в ЕС выше, чем в России. Когда мы просили оценить его, самую высокую оценку российскому не дал никто, Евросоюзу – давали часто. Пожалуй, самыми интересным в исследовании оказались ответы на вопросы: «Если бы вы выбрали союз с Россией, то почему» и «Если бы вы выбрали союз с ЕС, то почему». Среди проевропейских предпочтений преобладают рациональные, в то время как у приверженцев союза с Россией превалируют абстрактные и ценностные категории, и только за ними следуют рациональные и прагматические.

Известно, что в ЕС продвигают идеи, касающиеся демократии, соблюдения прав, исторические и культурные ценности – казалось бы то, чего так не хватает нам. Тем не менее, когда белорусы отвечают, почему выбрали бы союз с ЕС, этот пункт играет третьестепенную роль. Про права человека и демократию говорит 2,6-2,7%. Основной аргумент: «В ЕС выше уровень жизни, стабильность». При этом, касаясь России, белорусы практически не вспоминают фактор «сильная экономика» или «проще перемещаться, отсутствие виз». Большинство говорят, что «Россия – близкая нам страна по духу и по культуре». Безвизовый режим в качестве плюса называют около 0,5%. Среди других ответов: «Богатая и сильная страна», «Братский народ, славяне», «Мы едины, мы всегда вместе». До 50-60% белорусов верят именно в эту идеологическую концепцию, транслируемую через экраны телевизоров и других СМИ.

Еще один хороший показатель того, как российские источники влияют на формирование общественного мнения белорусов – тот факт, что люди в своих ответах дословно транслируют основные меседжи пророссийских СМИ. Например, на вопрос о причинах изменения их личного отношения к России, большинство респондентов отмечают: «Россия показала свою мощь, подняла политический авторитет в мире», «Гордость за Путина, Путин – герой», «Россия спасла Сирию от ИГИЛ», «Россия всегда права, все правильно делает».

Такие меседжи вроде «Путин – герой», да и высокая оценка России как военной державы – результат пропаганды СМИ. В обычных разговорах такие обороты не используются.

Посмотрим примеры ответов, касающихся изменения отношения к ЕС в отрицательную сторону. Тут также прослеживается четкая трансляция меседжей российских СМИ: «ЕС – американские подхалимы», «Глупая старая Европа», «Извратили все ценности», «Жалко Европу»… Ретрансляция российских СМИ – свидетельство того, что белорусское общество и государство бессильно в плане предоставления четкого медиаответа. В итоге под воздействием российских СМИ, белорусы воспринимают ЕС как объединение, которое проводит неразумную внутреннюю и внешнюю политику.

Исходя из ответов респондентов, очевидно: многие белорусы доверяют именно российским источникам информации, считая респектабельными именно российские каналы. А у некоторых вообще не установлены какие-то иностранные каналы, так что и сравнивать не с чем.

Пустыня общественных мнений

Понятно, что СМИ в любой стране формируют общественное мнение. Но в Беларуси, во-первых, нет реального политического процесса, в отличие, например, от Молдовы, где провалились проевропейские партии и были бешеные коррупционные скандалы, когда из страны вывезли кучу валюты. На этой волне сразу активизировались пророссийские настроения. В отличие от Молдовы, в Беларуси нет никаких реальных политических процессов. В Парламенте нет пророссийских или проевропейских групп. Получается, что цифры в исследовании никак не связаны с внутренним политическим процессом. Вдобавок в Беларуси практически нет опинион-мейкеров – людей, которые влияют на общественное мнение, качественно интерпретируя какие-либо события. Выходит, что СМИ воздействуют на общественное мнение напрямую.

Для сравнения: в той же Украине сейчас много людей, которые в социальных сетях имеют десятки тысяч подписчиков. Если эти люди зарекомендовали себя как эксперты, им доверяют больше, чем газетам или телевизору. Когда есть эксперты, которые подают новости качественно, не просто для сбора лайков, это очень классно. У нас, к сожалению, медиасвободы меньше. Во многих белорусских независимых СМИ работают профессионалы, но охват их аудитории – всего лишь несколько процентов всего населения республики. Зато в последний состав Рады вошли ряд украинских журналистов. Чувствуете разницу? Вдобавок, в Украине есть реальные политические процессы, да и доступ к информации у людей значительно больше. Молодые украинцы пошли работать в министерства за небольшие зарплаты, чтобы наблюдать за ходом событий и переменами изнутри. Появляются какие-то новые технологии, организации, вроде ProZorro. С её помощью общественность может контролировать госзакупки, это классный инстумент для искоренения коррупции в тендерах.

Всего 15% придерживаются проевропейского вектора

Национальные опросы в Беларуси и во многих других странах проводятся где-то с 90-х годов. Я привел пример в сравнении с 2013-м, потому что после начала войны в Украине отношение белорусов ко многим событиям колоссально изменилось. И телевизионная пропаганда сыграла здесь главную роль. Любопытно, что в 2011 году, когда у наших людей спрашивали «Вы предпочитаете вхождение в ЕС или интеграцию с Россией?», большая часть выступала за вхождение в ЕС. Тогда на это повлияла внутриполитическая ситуация. На протяжении 2010 года у официальных белорусских СМИ была достаточно четкая позиция. Энергоспоры, Россия давила на Лукашенко, чтобы тот подписал пакет документов о едином экономическом пространстве, урезали энергетические дотации Беларуси, в медиа обсуждалось распределение пошлин на нефтепродукты не в белорусскую сторону… Именно тогда белорусские официальные СМИ постоянно транслировали президента, который дотаточно жестко говорил, что Россия, которую мы всегда считали другом, так вот поступает и хочет нас прижать. Это очень сильно сказалось на том, что к началу 2011 года пророссийские настроения поутихли. Сейчас в Беларуси проевропейский вектор составляет всего около 15 %. Цифры радикально изменились.

На самом деле, отказ многих белорусов поддерживать проевропейскую интеграцию – это довольно тревожная ситуация. Речь идет о высоком уровне жизни, технологическом, экономическом и культурном развитии, которые отмечают даже те белорусы, которые выступают за интеграцию с Россией, приписывая ей штампы, навязанные СМИ. Если говорить про национальные интересы, то желание интеграции с Россией здорово откатывает нас в своем желании развития назад.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Комбуча, бейгл и митбол. 14 пафосных слов хипстерского новофуда

Боль • Ангелина Герус
Заимствованные названия привычных блюд порой звучат настолько глупо и пафосно, будто в меню кафе и баров их внесла Эллочка Людоедка. Разбираемся, зачем называть кексы капкейками, а бублики – бейглами, и почему беларусы готовы променять родной драник на хашбраун?
Популярное