«Устраивать судилище – просто дикость». Беларуски о домашних родах и приговоре матери погибшего ребенка

Боль • Ирина Михно
30 августа в Витебске начался суд над Ольгой Степановой, которая потеряла ребенка во время домашних родов. Сегодня, 7 сентября, ей вынесли приговор: шесть месяцев в исправительной колонии в условиях поселения. учитывая, что Ольга уже провела в СИЗО четыре месяца, отбывать наказание ей придется два месяца. Приговор еще не вступил в силу и его еще можно обжаловать. KYKY поговорил с единственными, кто имеет «компетентность» обсуждать эту тему – беларусками, которые уже стали мамами – чтобы понять, как наши женщины относятся к родам в собственной квартире.

Владелица тайм-клуба «Семейный дворик», Наста Хомич-Базар: «Уже дважды я рожала дома»

«Уже дважды я рожала дома. Считаю, это абсолютно нормальный процесс, так как плюсов в нем намного больше, чем в «традиционных» родах. Например, знакомая обстановка, в которой тебе легче (даже акушерки в роддомах об этом говорят). Отсутствие незапланированных, неоговоренных с роженицей вмешательств типа стимуляции окситоцином, выдавливания ребенка «локтем» и прокола околоплодного пузыря. Отсутствие унижений со стороны акушерок и часто не нужных действий вроде бритья, надевания подранной ночнушки и заполнения анкет с вопросами типа «когда начали половую жизнь?» прямо во время схваток. Возможность выбрать удобную позу, громко кричать, лечь в ванну, послушать музыку, поговорить с близкими. Возможность сразу приложить ребёнка к груди, без битья по попе (так делают в роддоме), познакомить малыша с микрофлорой его дома вместо микрофлоры больницы. И, конечно, возможность прожить этот праздник с семьёй, что очень важно для старших детей, которым при домашних родах легче принять факт появления маленького конкурента. Единственное, мне бы очень хотелось, чтобы во время родов под моими окнами стоял реанимобиль, но, увы, такой услуги у нас все еще нет. Да что там, у нас даже акушерка не имеет права принимать роды дома: если кто-то докажет, что женщина не просто приехала попить кофе и заодно помогла, на нее заведут уголовное дело».

Актывістка Наста Дашкевіч: «Хатнія роды – гэта адказ нашай неуклюжай медыцыне»

«Я бы не стала нараджать дзяцей дома, бо нарадзіла ўжо двух, і ведаю, якія нюансы могуць узнікнуць. Напрыклад, Злучаныя Штаты: там ёсць магчымасць хатніх родаў, але тады рэанімабіль стаіць пад дзвярыма вашага дома і пры любых складанасцях дзіцёнку альбо жанчыне акажуць першую дапамогу. Калі ж ты нараджаеш дома, нават пад прыглядам высокакваліфікаванай акушэркі, вельмі шмат адказнасці на ёй і на табе. Ці паспее даехаць хуткая? Ці здолее акушэрка аказаць першую дапамогу? Шмат пытанняў. Менавіта таму я бы і не здолела ўзяць адказнасць за гэта. Але я ведаю з дзесятак мам, якія нараджалі дома, і, слава богу, усё ў іх цудоўна. Безумоўна, хатнія роды – гэта адказ неуклюжай нашай медыцыне, калі да цябе ставяцца, як да бройлернай куркі, якая ўжо дзесятая на гэтым канвееры. Пры родах у бальніцы роды рэдка бываюць ажно такімі натуральнымі, якімі яны бываюць дома. Там і шмат стымулюючых прыпыратаў, і абязбольваючае пры патрэбе, адпаведна працэс родаў працякае ненатуральна. Яны ў 90% вельмі прыспешваюць гэты працэс, і рожаніца не адчувае ў гэтых манімуляцыях сябе камфортна. Але пры гэтым ты ў больш надзейных руках.

Хатнія роды – гэта сяброўкі, муж, раслабленая атмасфера, цябе ніхто не падганяе. Ты выбіраеш любую зручную позу, змяняеш іх, шукаеш розныя варыянты. Было б добра, каб у нас былі платныя паслугі, падобныя да ўмоваў, якія шукаюць у варыянце нараджаць дома. Тады быў бы мір і шмат прыгожых малюпасаў».

Главред Pret-A-Portal Ольга Жадеева: «Я считаю кощунством судить женщину, которую настигло такое горе»

«Я не сторонник домашних родов, своих детей рожала в роддомах. Но почему женщины боятся этого учреждения, я знаю – пришлось столкнуться с грубостью и хамством, когда рожала четвертого ребенка. Врач, с которой у меня была договоренность, уехала в отпуск, и я угодила в руки дежурной бригады. Эти врачи совершали болезненные манипуляции, чтобы ускорить роды, хотя в этом не было никакой необходимости, так как дело было ночью, я была единственной роженицей, и все само собой проходило быстро. У меня до сих пор в ушах звенят слова «родишь урода, будешь сама виновата». В тоже время я убеждена, что такой сложный процесс, как роды, должен проходить под наблюдением специалистов и при наличии необходимого оборудования. Я в этом плане, как примерная отличница: вовремя становлюсь на учет, сдаю все анализы, выполняю рекомендации, от прививок детям не отказываюсь. Но это мой выбор, моя степень ответственности, и я не вправе навязывать свои взгляды кому-то еще. У меня есть знакомые, которые рожали дома, и у них все прекрасно – они могут привести 150 доводов в пользу домашних родов, это их выбор.

Я слышала об истории Ольги из Витебска. Бесконечно ей сочувствую как матери: потерять ребенка – во время беременности, в родах или после – страшная трагедия на всю жизнь. Я считаю кощунством и жестокостью держать в заключении и судить женщину, которая перенесла беременность и роды, и которую настигло такое горе».

Мама 14 детей Виктория Онохова-Журавлева: «Даже договоренность с хорошим врачом не дает уверенности, что тебя не обхамят»

«Суд над Ольгой – это не совсем про умершего во время родов ребенка и не про домашние роды. Это про утрату контроля над действиями гражданки, которая осмелилась отказаться терпеть унижение, психологическое давление, безразличие и отношение, как к куску мяса, которое повсеместно транслируется в роддомах. Даже договоренность с хорошим врачом или акушеркой не дает уверенности в том, что тебя не обхамят в приемном покое и не будут унижать во время схваток «ноги раздвигать было не больно, а тут больно», а во время родов на тебя не придет глянуть стайка студентов. Женщина имеет право хотеть комфорта и поддержки, когда приводит в этот мир нового человека. Хоть и Ева рожала своих детей в муках, и хоть «бог терпел и нам велел», мы не обязаны продолжать эту цепь насилий над собой, когда совершаем очень важную и тяжелую работу. В этот миг женщина – творец, и чудо, происходящее с ней, требует особого отношения, уважительного и интимного. Но нет, роды – это потоковое воспроизводство населения для улучшения демографической ситуации. И пока здравоохранение будет растаптывать, раскатывать людей (обоих полов), пользуясь своей мифической властью, все чаще будут происходить такие сбои в системе. Люди хотят управлять своими жизнями. И нас все больше.

Наверное, я могла бы рожать дома при условии, что беременность протекает легко, и не стала бы этого делать, если бы были какие-то проблемы со здоровьем.

Мне нравится практика родов в Нидерландах, когда госпитализация беременной происходит только по показаниям, а в нормально протекающей беременности женщина рожает дома с доулой.

Это нормально – не перекраивать на неделю свою жизнь для родов, и отсутствие ненужных контактов с посторонними людьми тоже успокаивает женщину и всю семью в целом. У женщины должен быть выбор, как лучше для нее и ее ребенка. Такие трагедии, как с Ольгой, происходят и в роддомах, но и там в этом «виновата мать».

Адвокат Екатерина Забелло: «Я бы не рожала дома»

«Я думаю, что домашние роды – индивидуальное решение каждой женщины, да и вообще каждого человека: когда, по каким поводам и куда обращаться за медицинской помощью, и обращаться ли вообще. В случае с детьми – новорожденными или уже почти совершеннолетними – такое решение за них принимают родители, и тут возникает момент ответственности не только за себя, но и за другого человека. Я бы не рожала дома, вернее, не планировала бы сознательно рожать дома, потому что, по моему личному мнению, преимущества от этого гораздо менее ценны, чем преимущества экстренной медицинской помощи при её необходимости. Но я не исключаю, что кто-то может совсем по-другому оценивать преимущества и недостатки, исходя из своего личного опыта, знаний и даже мировоззрения».

Журналiст Анастасiя Шамрэй: «У роддоме мне спачатку далі нейкія паперы, а потым прыклалі дзіця да грудзі»

«Я думаю, я б магла асэнсавана прыняць рашэньне нараджаць дома. Гэта заманлівая перспектыва, калі родныя падтрымліваюць і здароўе дазваляе. Ніхто не будзе калоць без твайго ведама ў вену няведама што, а ў роддоме, мне, прынамсі, не адказвалі на пытанне, што колюць. І ніхто не будзе моцна хвалявацца, каб ты нешта падпісала: сур'ёзна, у роддоме мне спачатку далі нейкія паперы, а потым прыклалі дзіця да грудзі. У паперах магло быць нават прызнаньне ў забойстве Кэнэдзі, прачытаць іх я не магла ніяк. На гэта проста не было сілаў.

Але мне такое рашэньне не прыйшлося прымаць. Маё рашэньне ў маім рэальным жыцьці стаяла іначай. Ці можна мне нараджаць самой натуральным чынам, ці прыйдзецца рабіць кесарава. Рызыка страціць зрок, ведаеце, не моцна матывуе абыйсціся зусім без дактароў. Прыходзіцца выбіраць з іншых варыянтаў, якія па кішэні (паехаць у іншую краіну нараджаць, мне было не па кішэні). Але выбіраць! Я наўмысна падкрэсліваю гэтае слова. Гэта было маё, хоць і цяжарнае, цела. І маё дзіця, за якое я штодня ў адказнасьці: з таго самага моманту, як я пачала лопаць шакаладку ўпрыкуску з салёнай рыбай і здагадалася схадзіць за тэстам на цяжарнасьць.

Фото: Александр Лядов

Можна напісаць многа-многа розных жахаў, колькі розных цяжкасцяў і праблемаў ёсць у нашай медыцыне. Сістэма пабудавана так, што ты можаш патрапіць да цудоўнага доктара, які не будзе мець на цябе часу. Ці да найвыдатнейшай прафесіянальнай стомленай медсястры з маленькім заробкам, якая ператворыць за 15 хвілін твой дзень у пекла. Можа быць, нават не са зла, а проста ад стомы ці неразуменьня, што можа быць іначай. Ну напрыклад, што можна пусціць бацьку дзіцяці ў першы дзень родаў да маці, і ўсім стане лягчэй, прасцей і спакайней жыць у гэтым страшным свеце.

Мне шчыра шкада сёння цяжарных, якія штодня чытаюць навіны. Бо выглядае так, што нараджаць у Беларусі даволі страшна.

Бо замест таго, каб выпраўляць хібы ў медыцыне, развівацца і пераймаць вопыт іншых краінаў, закупаць лекі, плаціць дастойныя заробкі дактарам і прывіваць ім этыку і павагу да пацыентаў, практыкаваць партнёрскія і хатнія роды, арганізоўваць роды бяспечнымі і сапраўды ўсім камфортнымі, у нас пакуль уводзіцца больш кантролю, суды разглядаюць і разьбіраюцца з няшчаснымі мамамі, роддамы становяцца ледзь не сакрэтнымі аб'етамі, з уласнай аховай і відэакамерамі. І я нешта не ўпэўнена, што гэта правільны шлях».

Менеджер Илона Монид: «Если врач, в котором я уверена, скажет рожать дома, я соглашусь»

«Роды – это не плановая операция, и не один врач не даст гарантию, что они пройдут легко и быстро, и не будет никаких осложнений. Поэтому для меня был очень важен персонал, который принимал моего ребенка. Мне нужно было знать, что он сделает все, чтобы спасти и его, и меня. Так что, если врач, в котором я уверена, скажет рожать дома, в поле, воде и так далее по списку, я на это соглашусь».


Сооснователь «Студии Сорокина и Кулинкович» Тамара Кулинкович: «Почти у каждой женщины есть травматические воспоминания о роддоме»

«Я против домашних родов: когда рассказывают о том, что раньше было нормой рожать в поле, редко упоминают о смертности младенцев и женщин в те времена. Медицина развивается быстрее эволюции, и рожать без присмотра специалистов – это все еще большой риск для мамы и малыша. Но по своему недавнему опыту пребывания в роддоме я могу понять, почему все чаще высказываются идеи о домашних родах, распространяются петиции против «насилия в родах», и люди уезжают рожать в соседние страны, чтобы избежать посещений местных родильных домов. Почти у каждой нашей женщины есть травматические воспоминания, связанные с женской консультацией, или роддомом. На фоне хорошего поведения врачей в моей участковой поликлинике отношение персонала в роддоме меня удивило. Иногда мне казалось, что я в колонии или на скотном дворе. Но и в роддоме иногда встречались врачи и медсестры совсем другого склада: образованные, деликатные и заботливые. И я никак не могла понять, почему именно они не задают тон отношения к женщине, почему роды у нас часто – это не радость и помощь, а стресс, стыд и боль.

Поэтому мне неприятно осознавать, что такие трагедии, как случилось у Ольги из Витебска, приведут к еще большему укреплению старой системы.

Хорошо бы, чтобы люди в медицине задумались о том, что толкает женщин избегать роддомов. Ведь в деле улучшения этой ситуации вопрос стоит не в покупке дорогого оборудования, а в обучении персонала эмпатии, уважению и помогающему поведению.

Насчет того, обоснованно ли обвинили Ольгу, я не могу судить. Были ли роды внезапными, действительно ли она проявила легкомыслие и оставила ребенка в опасности – до нас доходят только версии. Но меня удивило, что до суда женщину в тяжелом горе не отпустили к семье, к мужу и маленькой дочке. В моем представлении в заключении до суда стоит держать людей, представляющих опасность для общества, а не маму маленького ребенка, переживающую большое горе».

Владелица модного бренда KrasA Анна Кулакова: «Если бы я рожала дома, даже акушерка бы не спасла»

«Считаю, женщина имеет права на сознательный выбор: рожать ей дома или нет, однозначно принимая ответственность за подобное решение. Устраивать судилище – просто дикость. Что касается лично меня, на домашние роды я бы точно не решилась. И моя история – тому подтверждение. У меня, как и у Ольги из Витебска, случились стремительные роды (два часа с момента первой схватки), и в какой-то момент из-за слишком быстрого прохождения родовых путей ребёнок начал терять сердцебиение. Это помогли установить датчики. Пришлось экстренно доставать ребёнка, счёт шёл на секунды. Так что, если бы я рожала дома, даже акушерка нас бы не спасла. Сейчас даже страшно подумать».

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Терпят все. Истории домогательства от школьницы и преподавателя

Боль • Евгения Долгая
Преступления на сексуальной почве очень сложно доказать. Даже человека, совершившего изнасилование, не так просто усадить на скамью подсудимых, потому что всегда есть много «но». Что уж говорить про сексуальные домогательства? Пока американские поп-звезды судятся с обидчиками даже за нежелательные прикосновения, наш человек о подобных вещах молчит и терпит. Причем терпят домогательства все: и испуганные школьницы, и даже преподаватели вузов. Два героя этого материала оказались по разные стороны баррикад, но задело их одинаково.