Мир обгонит вас слишком быстро

Фотография
Зачем нужны карта, фонарь, компас и где их можно взять, знает Андрей Дубинин — автор «Писем» мужества и боли, преподаватель Studio67, увлеченный путешественник и тот самый фотограф, который не любит говорить о фотографии.

 это все-таки разговор. И этот разговор у нас, определенно, состоялся.

*

 В рубрике «О себе» на сайте фотошколы ты представляешься просто и лаконично: «Мое имя Андрей Дубинин, и я фотограф». А кто за этим стоит? Каково это — быть фотографом в Беларуси?

Быть фотографом в Беларуси несложно, если только ты не хочешь зарабатывать этим на жизнь. У нас обычно приходится совмещать какую-нибудь основную специальность — как источник денежного дохода и фотографию — как источник денежных затрат. В Беларуси нет регулярных изданий с хорошей полиграфией и большим тиражом, нет потребности в хорошей фотографии и у белорусской рекламы, а это основной доход фотографа за рубежом. Продавать творческую фотографию тоже некому: культуру потребления предметов искусства упразднили при Советском Союзе, а возрождается она медленно. Однако работают фотографами и у нас, для существования хватает, но разбогатеть на этом не получится. Благо совсем недалеко до Европы, Москвы и Киева, где съемки оплачиваются в несколько раз выше. 

 Сфера твоей творческой активности достаточно широка и на первый взгляд может показаться несовместимой по жанрам и подходу. Как уживаются преподавание в Studio67, съемка свадеб, бесконечные путешествия в такие неблизкие края, как, например, Алтай, и работа над серьезными социальными проектами в одном человеке, который, как и все мы, имеет лишь 24 часа в сутках?

Свадьбы — явление сезонное. Многие фотографы работают все лето, зимой отдыхают или возвращаются на основную работу. Я много путешествую, почти половину года, где-то сам, где-то вожу фототуры, а свадьбы всего несколько раз в год успеваю снять. Фотошкола — вот мой заряд энергии на всю холодную половину года. Бывает, что над заданиями работают не только учащиеся, но и я сам. Сетка занятий непостоянна и меняется от курса к курсу, так что я могу подстраивать ее под свои путешествия.

Что касается фотопроектов, это пока самое важное, это возможность высказаться в полной мере. Не только обозначить тему, но и разработать ее, выразить свое отношение, может быть, даже сформулировать мораль. Мои проекты долгосрочны: несколько месяцев уходит на изучение темы и своего отношения к ней, еще какое-то время — на подготовку, выбор средств, налаживание контактов, а затем уже съемки, анализ, выбор. Это происходит как бы между занятиями в школе, путешествиями, но на самом деле все подстраивается именно под проекты.

 Проект «Письма: мужество и боль», снятый после событий на Октябрьской площади и рассказывающий истории семей и близких тех, кто был арестован по политическим мотивам, вызвал наибольший резонанс и выставлялся во многих европейских городах. В какой-то степени в этой серии ты смог сочетать внимание Европы к политической ситуации в Беларуси и интересную самому тебе документальную фотографию. Можешь рассказать, каково было работать с такой сложной и неоднозначной темой?

Проект я снимал без надежды, что его увидит кто-нибудь, кроме участников. Просто не знал, что еще можно сделать, а это была возможность высказаться, выплеснуть свое отношение. Мне эта работа тогда сильно помогла. Снималось все второпях. Сейчас бы многое переделал, но разница в том, что сегодня у меня есть время подумать, выбрать место съемки, а тогда — коридор времени в 15–20 минут — и снимай, где оказался, и то, что успеешь. Да и сама тема такая, от которой всем закрыться хочется, спрятать чувства. Это как делать серию про людей, которым в нынешнем году руку, например, оторвало. Как будто приходишь к ним и говоришь: «Покажите-ка мне, что там у вас теперь вместо руки». Только слова другие…

Многие тогда вообще никого видеть не хотели. И я прекрасно их понимал. У меня с этим пониманием большая проблема: я в каждую историю вникаю, в каждого человека, насколько могу, и все переживаю с ним вместе. На фотографиях этого не видно, но когда-нибудь научусь, наверное.

Фотографии из серии Андрея Дубинина «Письма: мужество и боль»

Мой интерес к теме понятен: было где размахнуться по форме и содержанию. Времени только не оказалось, чтобы так снять, как размахнулся. Или сил душевных… Но сделал как смог и доволен, что взялся. Про интерес Европы разговор отдельный. Выставка много где повисела за полгода. Я был на открытии в Европарламенте, про остальные читал или слышал от тех, кому удалось там побывать. Всем занимались белорусские правозащитные организации и альтруисты, такие как Николай Халезин. А Европа... нет там никому до нас дела, как, впрочем, и многим нашим правозащитным организациям. Но это уже политика, а о ней ни говорить, ни думать не хочется. Меня во всем этом социальный момент интересовал, о том и проект.

Собираешься ли ты дальше работать с подобными социально острыми проектами?

В дальнейшем такие работы, конечно, тоже будут. Все, что касается человека, его переживаний и надежд, переломных ситуаций, среды обитания и внутреннего мира — это очень меня интересует. Эта фотография почти всегда о проблемах, столкновениях и конфликтах на разных уровнях. Такой материал не для стен белорусских выставок, но там можно увидеть другую мою фотографию, более красивую, понятную, простую, ведь творческой рефлексии я посвящаю большущее количество времени.

А что и кто, собственно, «для стен белорусских выставок»? В Европе самая яркая визитная карточка нашей страны — по-прежнему диктатура, радиация и не меняющаяся уже сколько десятилетий деревня с лошадьми, колодцами и туалетами на улице. Мы обречены на репутацию «последней европейской диктатуры»? Как показать всему миру, что у нас есть и другие достойные внимания как в культурном, так и в социальном плане темы?

Сейчас в Беларуси бум, все хотят быть фотографами, на улицах людей с «зеркалками» больше, чем туристов в Париже. Надеюсь, эта волна оставит не только след на песке, но и вынесет на берег редкие жемчужины. А пока проблема белорусской фотографии в отсутствии Белорусской школы. Здесь просто негде воспитать таланты, и Министерство культуры не торопится делать шаги в нашем направлении. В общем, процесс небыстрый, но я надеюсь, что хотя бы об учениках наших учеников уже будут знать и говорить за пределами Беларуси не как о единичных случаях и исключениях.

Поначалу все падки на экзотику, все стараются «снять интересный сюжет», а не «интересно снять обычный сюжет», поэтому не замечают свое привычное окружение. Беларусь за границей увидят другой, когда мы сами станем видеть и показывать Беларусь другой, а не искать в ней экзотику.

«Балетная школа в квартире номер 6» и «Le caractere momentane», фотограф — Андрей Дубинин

Давай остановимся подробнее на твоей преподавательской работе в Studio67. Каков сегодня человек, интересующийся фотографией? И должен ли существовать некий минимум визуальной грамотности человека, который берется за фотоаппарат?

В студию приходят все: от школьников до пенсионеров. На базовые курсы можно идти, впервые взяв в руки камеру, научиться основам, а на спецкурсы лучше записываться, когда обращение с техникой не вызывает вопросов, там уже разговоры про общение с Фотографией. Базовые курсы длятся один-два месяца, на которых можно узнать о возможностях камеры и принципах съемки в основных жанрах. Дальше нужно много практики, стадия технического развития фотографа длится год-полтора. На это время полезно найти группу единомышленников для идейной подпитки, походить на курсы по каким-нибудь конкретным жанрам (пейзаж, портрет, натюрморт...). Затем, когда человек перестает думать о настройках камеры, он сосредотачивается на объекте съемки. «Инструментами» становятся не только железки, но и весь визуальный материал. Еще несколько лет занимают эксперименты и осмысление того, что происходит перед камерой, все больше внимания уделяется мелочам, растет визуальная грамотность, в работах автора проступает почерк. Ну а дальше — самое интересное. Когда инструментарий изучен и нет проблем делать снимки любой сложности, «техникой» становится уже вся Фотография.

 В чем особенность фотографии с большой буквы? Что ты вкладываешь в это понятие?

 Прежде всего это фотография как своеобразный язык общения со зрителем, а важным становится лишь то, о чем именно ты «говоришь». Тогда уже все равно, фотографию ты выбрал, режиссуру, музыку или любой другой способ передачи своих мыслей — главное, чтобы форма общения соответствовала выбираемой теме, если есть чем поделиться с миром. Дальше нужно расти над собой, развивать в себе Человека.

 Смею предположить, что, как и настоящих профессионалов любого дела, таких людей немного…

 Действительно, редкие люди доходят до этого этапа. В конце концов, большинству нужно уметь писать письма, а не книги. Такой переломный момент, после которого даже небольшой рост — результат долгой и большой работы над собой. Это уже не развлечение, это образ жизни, который не всем подойдет. Конечно, такой длинной и запутанной дорогой можно пройти самостоятельно, но любой путь покажется короче, если рядом человек с картой, фонарем и компасом, да еще и ходивший здесь раз пятьдесят. Для этого и нужны фотокурсы.

Дороги к настоящей большой Фотографии хоть и схожи, да у всех свои, и то, куда и как ты дойдешь, через какие волшебные страны и темные подворотни поведет проводник, здорово зависит и от него, и от тебя.

 

 

«Ultra» и «Без названия», фотограф — Андрей Дубинин

 Studio67 учит не съемке уверенных шедевров после первого же занятия, а хотелось бы надеяться, что мы учим дороге к себе, к своему собственному Великому Фотографу. У нас очень уютная фотошкола, отличный коллектив и свобода действий, но для всестороннего развития советую побывать во всех доступных школах и в Беларуси, и за ее пределами. Нельзя переставать учиться: если вы не развиваете в себе что-либо, оно угасает. Нельзя научиться фокусу и показывать его всю жизнь: мир обгонит вас слишком быстро. Возможности остановиться нет ни у кого — ни у вас, ни у меня.

А есть ли сегодня фотографы, за деятельностью которых ты следишь, так скажем, с интересом и гордостью? 

 В Беларуси много интересных мне имен. Первыми вспоминаются Веледимович, Шумилин, Войнов, Алхимович, Батюкова, Гапанович, Карачун. На самом деле я легко назову два-три-пять десятков интересных мне авторов. У редких людей мне нечему было бы поучиться.

В своих интервью ты часто говоришь о «драйве» и «рок-н-ролле», которые для тебя неразрывно сочетаются с фотографией. Откуда ты черпаешь свой персональный «рок-н-ролл»? Это люди, окружающие тебя? Это Алтай и другие нехоженые белорусами места? Или просто чашка утреннего кофе, вдруг невиданно красиво освещенная ленивым солнечным лучом?

Знаешь, дело не в людях, вещах и пространствах — дело в твоем отношении к ним. Это следствие самоидентификации: если ты понимаешь себя, то и проявления мира понимаются адекватно. Даже когда ты с чем-то борешься — получаешь от этого радость. Ну а когда создаешь — тем более!

«Ноябрь», фотограф — Андрей Дубинин

 

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Острова

Фотография
Для фотографа Михаила Лещенко берег Балтийского моря — своеобразное «место силы» с отстраненной и пустынной атмосферой. Там время останавливается, и современный ритм жизни кажется бесконечно далеким. Долгие прогулки в дюнах и наблюдения за островами сложились в небольшую серию фотографий, которую дополнили заметки из дорожного блокнота.