Кто разрушил церковь 1760 года постройки под Брестом

Места • Павел Свердлов
От памятника архитектуры 1760 года осталась куча строительного мусора. Антон Астапович из общества охраны памятников обвиняет инициаторов демонтажа в варварстве. А отец Валентин, в чьём приходе стоял ветхий храм, негодует: «Проблему нужно было решать, а не табличку на стену вешать».

«В Беларусь пришёл Талибан»

11 августа историки из общества охраны памятников забили тревогу.

«В Каменецком районе, в Малых Муринах уничтожен памятник. Уничтожена церковь, историко-культурная ценность 2-й категории, которая, согласно Госсписку, датируется 1760-м годом. Сколько гневных отзывов, когда талибы или боевики Исламского государства разрушают памятники. Про это пишут в газетах, показывают по телевидению, в том числе по нашим государственным каналам. А тут уничтожена церковь. А сколько памятников, которые находятся в юрисдикции РПЦ, уничтожено раньше или испорчено по инициативе церковников — и молчание. Буквально пара сообщений на уровне социальных сетей», — говорится в обращении, размещённом на сайте общественного объединения «Белорусское добровольное общество охраны памятников истории и культуры».

Так выглядела церковь Святого Николая Чудотворца в Малых Муринах

Руководитель общества Антон Астапович обратился в прокуратуру с просьбой провести проверку и начать уголовное дело в отношении виноватых в уничтожении историко-культурной ценности. Он показывает KYKY фото из Малых Муринов. На месте Церкви во имя Святого Николая Чудотворца — груда строительного мусора. Рядом аккуратно лежит кровля — она пройдёт реставрацию и будет возвращена на место после того, как храм отстроят «лучше, чем было».

От старинной церкви осталось несколько брёвен и фрагменты алтаря. Отец Валентин, который служит в Малых Муринах и соседней Видомле, говорит, что их обязательно сохранят в обновлённой церкви.

«Ночами не спал. Думал: как это мне нужно разобрать церковь?»

Наталья, которая раньше содержала агроусадьбу в Малых Муринах, говорит, что перестроить церковь предложил именно отец Валентин. Впечатление о священнике у неё очень хорошее: «Он служит в Видомле и в Муринах. В Видомле красивую церковь сделал, поднял, можно сказать. Люди туда стали ходить. Худенький, быстрый, рыжий. Знаю, что до того, как принять сан, он работал в КГБ, он мне сам это рассказал. Очень открытый человек!»



Поначалу отец Валентин не хочет общаться с журналистом по телефону, но вскоре уступает просьбам KYKY: «Я лес заготавливал, а самого мысль гложет: вот как это церковь разбирать? Как? Ночами не спал, — рассказывает отец Валентин. — А потом мне мой духовник говорит: 'Отец Валентин! Дерево приходит в ветхость. Издавна на Руси, когда ветхий храм становится, его тут же перестраивают, и ставять новый, видный храм'».

В советское время церковь в Малых Муринах повторила судьбу многих храмов. От взрыва её спасло то, что она была деревянной.

10 октября 1962 года церковь была закрыта и с тех пор стояла без ухода, продуваемая всеми ветрами. В 1995 году здание вернули прихожанам. Части крыши не было, был разрушен один из углов, а внутри местные подростки устроили «штаб». Силами трёх семей, живущих в Малых Муринах, храм подлатали и подготовили к службе.

«Когда я принял храм, прихожане предупредили: 'Батюшка! У нас зимой в церкви снег лежит. Через окна, через двери надувает'. Настолько ветхий был храм, — вспоминает отец Валентин. — И вот, первая моя служба. Утро, никого ещё нет, ведь батюшка раньше приходит, чтобы подготовиться, А в храме такая вонища! Что это, думаю, откуда? А потом сорок пять мышей я в нём поймал. Столько дыр везде! Сорок пять, это я считал».

По словам священника, все документы, необходимые для обновления храма, собраны. «Всё сделано в соответствии с законодательством, как требует наш господин президент: чтобы был порядок. Чтобы не завалило людей, чтобы люди не пострадали. А если бы обвалилась стена — повезли бы батюшку в Оршу. В наручниках». В разговоре священник упоминает Раду, которая заседала в Министерстве культуры, «Брестреставрацию», которая проводила обследование церкви, и Анатолия Тозика, который курирует строительство.

«Проблема была, и нужно было её решать, а не называть церковь памятником культуры»

«Коровники новые строят, телятники, свинарники новые строят. А храм в таком убожестве был — хуже конюшни превращён. Углы полусгнившие были и не держали, стенка была наклонена. Если бы алтаря не было — упала бы давно. Проблема была, и нужно было её решать, а не называть церковь памятником культуры. Стыдно было называть! Ветхое — а они вешают табличку. И получается — не делай. А как священник может не делать, когда это храм в честь Святителя Николая? Он при жизни столько потрудился, помогал людям, а мы что, ленивые будем? Нужно было принимать решение, и решение было принято», — говорит священник.

Факт в том, что здания, построенного в середине XVIII века, больше нет, и это не может не печалить. Ещё один факт: через некоторое время у прихожан будет церковь-новодел – тепло, сухо и никого не завалит внезапно обрушившаяся крыша.

Была церковь — и нет церкви

С точки зрения священника, второе важнее. Но в обществе охраны памятников такое положение дел называют варварской реставрацией. По словам Антона Астаповича, в Министерстве культуры, когда узнали о случившемся, были в шоке:

«На любые работы нужно разрешение Минкульта, а для того, чтобы его получить, нужно выполнить предварительные работы, комплексные научные изыскания, на их основе принять проектное решение, проект согласовать на научно-методическом совете, так как это памятник второй категории. А потом получается разрешение Минкульта».

А отец Валентин в ответ рекомендует почитать «Книгу пророка Аггея» из «Ветхого Завета»: «Вы сеете много, а собираете мало; едите, но не в сытость; пьете, но не напиваетесь; одеваетесь, а не согреваетесь; зарабатывающий плату зарабатывает для дырявого кошелька. Посему ныне так говорит Господь Саваоф: обратите сердце ваше на пути ваши. Взойдите на гору и носите дерева, и стройте храм; и Я буду благоволить к нему, и прославлюсь, говорит Господь. Ожидаете многого, а выходит мало; и что принесете домой, то Я развею. За что? За Мой дом, который в запустении, тогда как вы бежите каждый к своему дому».

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Алла в черном. Пять образов для ивентов недели

Места • Ирина Михно
PR-менеджер Алла Алоэ попала в нашу рубрику не только за красивые глаза: эта минская девушка всегда в курсе модных событий города и знает толк в вещах. Алла может позволить себе надеть ночнушку вместе с грубыми ботинками и чувствовать себя свободно и красиво.