Лягушка-путешественница. Камчатка, Индия и Китай зоолога Виты Лобановой

Места • Мария Войтович
Беларуский зоолог Виталина Лобанова – одна из тех по-хорошему сумасшедших, кто способен легко срываться с места. В свои 27 девушка успела поработать в Академии наук и подробно изучить жизнедеятельность местных лягушек. Потом покорила Камчатку, за одно лето встретила 13 медведей, съездила в дорогущий Китай, оседлала слона в Непале, посмотрела на «бездуховную» Индию. Каждый день своей жизни Вита иллюстрирует собственными зарисовками.

С героиней этого материала мы познакомились, когда девушка еще училась в магистратуре БГУ и жила в общежитии вместе с двумя пятнистыми ящерицами Шпингалетом и Клепой. Кормила их живыми тараканами из ведра, смазанного вазелином. Любой транспортный вопрос, будь он связан с дорогой домой поздно вечером, походом по Беларуси или, допустим, выездом в Украину, девушка решала одним поднятием руки. Виталина часто путешествовала автостопом одна, чем, конечно, всех шокировала, но со временем и с этой смелостью пришлось смириться даже самым близким…

Вита: Моя семья из Витебска. Родители назвали меня Виталиной, или Витой, что в переводе с латыни означает «жизнь». С самого детства я любила животных. На стенах в моей комнате никогда не было постеров с изображением людей – только звери. В тот или иной период в нашем доме жили кошки, попугайчики, тритоны, рыбки, улитки, ящерицы, крыса, морская свинка, голубь, галка. Не завели разве что собаку, потому что папа был против. Мама вечно вспоминала одну знакомую тетку, которая собирала в своей квартире со всех улиц котов. Она ее не любила и считала мое увлечение своеобразной местью за эту свою нелюбовь (смеется). Она видела меня каким-нибудь переводчиком, но я, повзрослев, решила поступать на биофак в БГУ.

KYKY: Тебе нравилось учиться?

Вита: Зоологию преподавали с первого курса. На лекциях рассказывали теорию, во время практических мы посещали зоологический музей с чучелами зверей, а еще, чтобы познакомиться с внутренним строением, резали пиявок, червей, мышей, рыб, лягушек. Потом зарисовывали. Жалко не было – их специально выращивают в лабораториях для таких целей. Хотя с непривычки кто-то противился. Преподаватели боролись с этим таким образом: не вскрываешь – зачет не сдал. Неинтересными в процессе учебы казались некоторые лабораторные предметы (микробиология, биохимия), а еще общеобразовательные (высшая математика, политология, идеология).

Печально, что даже если предмет был интересный, например, беларусоведение, то зачет студенты получали лишь в том случае, если покупали книгу преподавателя (пусть и одну на четверых).

После третьего курса студенты выбирают себе кафедру, где хотят продолжить обучение. Конечно, я выбрала кафедру зоологии. Понятно, учебой все не ограничивалось. Мы часто ездили просто на природу с гитарами и палатками, мотались по фестивалям…

Виталина

KYKY: Ходят слухи, что студенты-биологи очень много пьют. Это правда?

Вита: Не думаю, что они пьют больше, чем радиофизики или историки, но, конечно, предпочитают делать это на природе (смеется).

KYKY: Подозреваю, биологи к тому же и гурманы. Вот ты, например, пробовала лягушачьи лапки?

Вита: Только в Китае пару месяцев назад чисто принципиально, потому что меня задолбал этот вопрос. Мои курсовые, диплом и магистерская были связаны с изучением земноводных. Три года я работала по этой теме в Академии наук. К слову, Беларусь – первая и единственная страна в СНГ, в которой устанавливаются подземные переходы для земноводных, чтобы избежать их гибель на дорогах во время весенней миграции. Мой бывший начальник и научный руководитель Руслан Викторович Новицкий был инициатором их создания.

KYKY: Как тебе работалось в Академии наук?

Вита: Весной и летом было интересно. Много ездили по Беларуси. В холодное время года приходилось заниматься бумажной работой. Кроме того, мне мало платили (на тот момент что-то в районе 200 баксов). Поскольку работа государственная, уйти пораньше или взять больше выходных, чтобы куда-то съездить, было трудно. Я путешествовала в основном по Беларуси, а очень хотелось дальше.

KYKY: Не представляю, как можно куда-то путешествовать при такой зарплате…

Вита: Знаешь, путешествия – моя страсть. Я не могу никуда не ездить. В первый раз стопом я поехала на третьем курсе в Прибалтику. Такое ощущение свободы! Тебе помогают на дороге совершенно незнакомые люди. Рассказывают о своих странах, культуре и быте. Такое натуральное исследование мира, а за окнами – города, деревни. В поезде такого не увидишь.

KYKY: Ты проработала в Академии наук три года и в 2014 году уехала. Куда?

Вита: Да. Работать в академии было интересно, но остаться здесь – значит осесть: семья там, дети… А мне хотелось больше ездить, не бросая зоологию. Очень своевременным оказалось предложение давнего университетского знакомого, уехавшего на Камчатку. Он спросил, не хочу ли я попробовать стать волонтером в Быстринском природном парке. Работу организовывал один немецкий фонд, который оплачивал не только дорогу, но и проживание. Я подумала, а почему бы и нет. Отправила резюме и стала ждать ответа. Примерно в этот же момент появилась другая идея – поехать на Камчатку стопом. Мое распределение заканчивалось в августе, а работа в парке начиналась в ноябре. На путь до Камчатки хватило бы месяца. Так, я проехала через всю Россию, от Питера до Владивостока (более 12 тысяч километров). Побывала в 15 городах. Из семи природоохранных территорий в двух была в качестве туриста (Красноярские столбы и остров Ольхон на Байкале) и в пяти – как волонтер (Забайкальский национальный парк, Муравьевский парк устойчивого развития, Хинганский, Большехехцирский и Лазовский заповедники).

KYKY: Что ты можешь сказать о местных жителях?

Вита: Татары любят зарабатывать на всем, например. Буряты, в отличие от жителей Иркутской области, очень хитрые, хотя многие из них являются буддистами. Не думаю, что буддизм в России такой же, как в Непале, но, тем не менее, многие из них собираются на Байкале. Байкал – место силы, вдобавок, такое шаманское место. А вот еще вспомнила про бурятов. Каждый свой вопрос они задают Ламе. То есть даже, например, такой «покупать телевизор или нет?» Честно говоря, я не очень доверяю всем этим Ламам. Те, кажется, пользуются людской доверчивостью. Например, один Лама, узнав, что я еду на Камчатку, начал петь одноименную песню Цоя и выдавать ошибочные факты из его прошлого, а, когда я его исправила, быстренько пошел от меня подальше.

KYKY: Как встретила тебя Камчатка?

Вита: В Петропавловске-Камчатском я сразу попала на научную конференцию, на которой выступал мой знакомый. Это помогло сориентироваться и настроиться на будущую работу. Потом мы поехали на автобусе в Эссо – поселок, где нам предстояло жить. Жили в двухэтажном доме. Фонд оплачивал проживание, вдобавок мы получали по $230 долларов в месяц на еду. Скидывались, готовили сами. В доме – тепло. Никаких туалетов на улице, а все потому, что Эссо стоит на горячих источниках, все отопление термальное, а вода – своя. Есть в Эссо один быдло-бар, но мы туда пару раз заглянули и больше не ходим. Многие местные совершенно не умеют пить и ведут себя неадекватно.

KYKY: Чем ты занималась в Быстринском природном парке?

Вита: Помимо основных проектов, в волонтерстве есть куча дополнительной работы. Инспектора зимой ездят чинить мосты, мы помогаем обустраивать домики для туристов. Летом работа связана с проведением экскурсий. Волонтеры помогают иностранным туристам в том числе в составлении маршрутов и карт. Мальчик режиссер снимал экологический фильм для детей про мусор, энергию и лосось как ресурс. Потом он с этим фильмом, а я с лекциями про природные парки на Камчатке ездили по местным школам. Там учатся обычные дети. Классы – небольшие, в основном, по 10-12 человек, поэтому на наши встречи созывали сразу по четыре класса. Благодаря этой работе мы немного поездили по Камчатке. Посмотрев местные поселки, поняли, что Эссо – один из самых красивых. Другие выглядят бедными, много мусора. Вообще, Эссо называют камчатской Швейцарией. Средняя температура зимой не поднимается выше -10-20 градусов. Воспринимается она нормально. Даже немцы не мерзнут (смеется). Всего на Камчатке живет более 20% выходцев из Беларуси. Туда приезжал выступать наш ансамбль «Песняры». Зрителей было много…

KYKY: Скажи, неужели все там так прекрасно? Наверняка же есть какие-то сложности?

Вита: Самое сложное – уяснить, что это дикая природа. Гулять одному небезопасно, особенно когда очень холодно. Свернул, заблудился – никто тебя не найдет. Все об этом знают, но случаев нарушений тоже хватает.

KYKY: Ты провела на Камчатке год и два месяца. Сталкивалась с медведями?

Вита: Да. Только за одно лето – 13 штук. Если нормальные, то они обычно боятся и уходят. Пару раз бывало, что не убегали, а медленно недовольно уходили. Когда исследуешь такие места, есть правило: идти и быть громким, казаться как бы больше и выше. Убегать нельзя, потому что у медведя включается реакция – догнать жертву. В глаза лучше не смотреть. Была, увы, печальная ситуация, когда мы шли по одному маршруту на вулкане Толбачик и никаких медведей не видели. В конце концов, что делать медведю на вулкане?

А на следующий день туда пустили туристов. Одна француженка отстала от экскурсии и наткнулась на медведя. Тот снял с нее скальп.

KYKY: Жуть! Чем ты еще занималась на Камчатке, кроме исследовательской и научной работы?

Вита: В основном учила языки, читала, рисовала. В 2014 году, за год до Камчатки, нашла в ЖЖ одно сообщество. Оно объединяет людей, которые рисуют каждый день и выкладывают потом в сеть свои картинки. Идея мне понравилась. Понимаешь, одно дело – рисовать в стол по настроению и совсем другое – каждый день, делясь своим творчеством. Правда, приходится тащить на себе рюкзак с продуктами и вещами + карандаши, блокноты, краски. Но времени мало, приходится учиться делать все быстро. Скажем, масло сохнет два часа. Я придумала рисовать в пути на небольших листках бумаги, и, когда надо было идти дальше, просто прятала картинку в замотанную тарелку из-под «Ролтона», которую кладу в рюкзак. Там она и сохнет. Но рисовать интереснее, чем просто фотографировать. Когда ты, спустя время, смотришь на получившийся рисунок, понимаешь, что воспоминаний осталось больше, чем если бы просто прошла мимо или сделала снимок.

KYKY: Ты все очень интересно рассказываешь, но, наверняка, иногда тянет домой. У волонтеров бывает отпуск?

Вита: Нам давали 25 дней на отдых. Я потратила их на поездку в Беларусь, съездила на мастер-класс по рисунку в Питер, сходила в поход по природным паркам Камчатки, где не была до этого. Когда мое волонтерство закончилось и у меня появилось больше времени, я осуществила свое второе заветное желание и уехала путешествовать по южным странам, побывав в Китае, Непале и Индии. Страны, в которых я не знала местных языков…

KYKY: Вспомнишь свои самые яркие впечатления из Китая?

Вита: Я хотела приехать туда на месяц, но визу дали позже, чем надо, и в результате была дней двадцать. Китай интересен тем, что там огромное количество достопримечательностей. Правда, познакомиться хотя бы с частью из них стоит ужасно дорого. Даже храмы платные! Обидно. Еще я немного простудилась, потому что была зима, а китайцы в своих хостелах не особо думают, как согреть посетителей. Также многие из них не знают английский язык. Я читала об этом еще задолго до путешествия и даже пыталась учить китайский. Много времени приходилось тратить на поиск нужного отеля, транспорта. Чтобы купить билет, например, лучше всего написать, когда и куда хочешь уехать с помощью иероглифов на бумаге. Если не напишешь, они начинают искать из коллег того, кто знает английский. Те, кто не знает, боятся отвечать. Еще совет: если кто собрался в Китай, не ведитесь там на английские названия китайских карт. Я проверяла – когда разворачиваешь, все названия все равно написаны иероглифами. Вместе с продавцом нам пришлось перерыть целый магазин, чтобы найти одну (!) карту на английском. Со стопом там все сложно. В основном я ездила ночными поездами. Была в Пекине, городе-музее Пиньяо, который внесен в Список всемирного культурного и природного наследия ЮНЕСКО. Просто потрясающе красиво в Национальном лесном парке, расположенном в городском округе Чжанцзяцзе. Он находится на территории Улинъюань. Там изумительные горы. Есть легенда, что именно они вдохновили создателей фильма «Аватар».

Вообще мне безумно интересна культура Китая, правда, почувствовать ее не всегда удается. Повсюду очень много народа. Даже гуляя по парку, многие китайцы постоянно слушают по своим гаджетам музыку. Представляешь, ты приходишь в парк послушать птиц, а вместо этого слушаешь электронные песни. Вообще, китайцы – странные люди. Не особо приветливые, помешанные на селфи, у каждого телефоны. С другой стороны, по вечерам в парках интересно наблюдать за компаниями. Кто-то приходит с ракетками, кто-то фокусы показывает. Повсюду танцующие и поющие бабушки и дедушки…

Еда в Китае мне понравилась, не считая уличной. Она все время пережарена. А так – весьма разнообразно, большие порции. Инфраструктура развита замечательно: везде железные дороги, туннели через горы. Есть поезда, которые признаны чуть ли не самыми скоростными в мире, но они дорогие, я ездила на обычных. Съездила к Китайской стене – довольно впечатляюще, но, если быть честной, то в Китае я чувствовала себя несколько напряженно и переключилась лишь в Макао. Это бывшая португальская колония с аккуратненькими узенькими улочками, где больше людей знают английский. И вообще, какие-то странные ощущения: сам город почти европейский, а лица – китайские. И да, в Макао все тусуются на улицах, многие веселятся и пьют. Из Макао я отправилась в аэропорт Гонконга и с пересадкой в Малайзии улетела в Катманду.

KYKY: Каким показался тебе Непал по сравнению с Китаем?

Вита: Пожалуй, более приветливым. Местные жители туристов любят, постоянно всем улыбаются. Девушки, которым не хватает внимания мужчин в Беларуси, могут собирать вещи и ехать в Непал. Любая Золушка там сразу станет принцессой. Мужчины, к слову, хоть и невысокого роста, но весьма милые. Я не знала, куда от них деться! Одни предлагают угоститься коктейлем, другие – покупаться, чуть ли не вместе с крокодилами (смеется). В Катманду я пробыла несколько дней, жила по коучу у 23-летнего парня, у которого есть свое турагентство. Также у него гостили два европейца из Норвегии и Голландии. Мы праздновали Шиваратри – праздник, посвященный Шиве. По традиции дети в этот день блокируют веревкой дорогу и просят деньги у тех, кто проезжает мимо. Нам предложили тоже попробовать. Я бегала и блокировала, а все проезжающие смеялись. Некоторые, кстати, разворачивались и уезжали. Понимаешь, там многие живут стереотипом: белокожий – значит богатый. Тем не менее, за два часа мы собрали кучу денег. Тот парень, у которого мы жили, пообещал раздать их на благотворительность.

Еще мы побывали в храмовом комплексе Пашупатинатх. Это самый важный в мире храм Шивы. Вообще Непал интересен еще и тем, что тут до их пор сохранились касты, чтутся древние традиции. Возле храма постоянно много паломников и йогов. Интересно было посетить и национальный парк Читван. Видела там носорогов, оленей, диких свиней, медведей. Кроме того, сходила на слоновью ферму. На ней живут слонихи, к которым приходят слоны из джунглей для оплодотворения. Да, можно заказать купание со слонами. Ты садишься на спину слона, за тобой стоит его хозяин, дает команду, после чего слон льет на тебя воду. Я попробовала. Здорово! Потом я отправилась в Гималаи на трек в 210 км. Прошла половину, включая основные пункты маршрута. Совершила кольцевой круг вокруг горы Аннапурна.

Шла 12 дней, ночевала в специальных отельчиках для туристов. Идешь через деревни, смотришь на быт местных жителей. Что касается природы, виды, безусловно, красивые. Люди живут по-разному. Много бедных. В Непале я была чуть больше месяца, потом получила визу и уехала в Индию.

KYKY: И там ты, наконец, отдохнула?

Вита: Нет, напротив. Индия напоминает Непал, но ощущения были напряженнее. Коровы с собаками, люди – все спят на улицах. Антисанитария! Местные, которые постоянно на тебя таращатся. Все ищут в Индии духовность. Но за ней, видимо, надо ехать на Гоа. Я там не была. Зато посетила Калькутту, Варанаси… В поездах Индии грязно и неудобно. Интересно, что в автобусах у них есть разделение сидений для пассажиров-мужчин и пассажирок-женщин, а в поездах в плацкартных и общих вагонах можно купить билеты без указанных мест, сидеть чуть ли ни друг на друге и спать на полу. Я пару раз попробовала – не понравилось, но зато дешево. Жители Индии знают английский хуже, чем непальцы. Зато у них много своих языков. Объездив несколько нетуристических районов, поняла, что даже при жаре 43-48 градусов тепла женщины не оголяются. Как-то в одной деревне я попробовала позагорать, так сразу набежали местные.

Знаешь, там все так просто, они могут подойти и предложить: «А давай трахнемся?» Или без разрешения начать тебя фотографировать.

KYKY: А как в этих странах с интернетом?

Вита: В Китае все плохо, но, если ты помнишь, у них не работают многие социальне сети, хотя, например, в «вконтактик» я выходила. В Непале – нормальный и есть почти везде, в Индии во многих городах нет вообще, даже в кафе. Альтернатива – купить местную симку и сидеть через мобильный.

KYKY: Как твои близкие к относятся твоим путешествиям?

Вита: Привыкли. Договаривались, что я буду писать. Когда забываю или не получается, мама пишет сама. Кстати, про мой автостоп она узнала на пятый год моих путешествий. Не стала меня отговаривать, потому что знает: все равно сделаю так, как хочу.

Вита: Как удалось осуществить путешествие с финансовой точки зрения?

KYKY: Копила.

Вита: Куда дальше поедешь?

KYKY: А как карта ляжет (смеётся)...

«Человек без лица» против мурала Минск-Москва. Минчане говорят про граффити

Места • Ася Поплавская
В Минске по адресу Могилевская, 32, художник из России Артур Кошак завершает работу над граффити, изображающем Москву (девочка со стаканом и пузырями) и Минск (мальчик с васильками). Подарок столицы России ко дням Москвы белорусские пользователи сети именуют не иначе как «монументальная пропаганда» и в мальчике признают младшего сына президента.