30 октября 2018, 12:40

29 октября мы узнали, что документальный фиьм беларуского продюсера Воли Чайковской попал в лонг-лист премии «Оскар». А сегодня, 30 октября, появилась информация, что в Минске стартовал курс документального кино − с надеждой, что через пару лет на «Оскар» от Беларуси поедет куда больше фильмов. Курс бесплатный и инклюзивный − организаторы хотят, чтобы люди с инвалидностью не стеснялись и тоже приходили поучаствовать. В конце занятий весной участники создадут свой короткометражный документальный фильм на социальную тематику.

Чему научат на курсе

Это практикоориентированный курс, на первых занятиях которого участникам объяснят основные теоретические понятия на тему документального кино. Организовала курс «Мастерская социального кино» при поддержке Посольства США в Беларуси. Всего будет четыре модуля с разными преподавателями:

  • Режиссура документального кино (Виктор Аслюк и Ольга Дашук);
     
  • Операторское мастерство (Александр Алейников):
     
  • Основы монтажа (Андрей Полупанов);
     
  • Основы звукорежиссуры документального кино (Евгений Шанюк).

Какие фильмы хотят снять участники

Юлия Стасюк, медиа-аналитик

Юлия намерена рассказать через кино о миграционном кризисе в Бресте. Там обосновался поток беженцев из Чечни − они хотят попасть в Евросоюз. Каждое утро несколько десятков семей пробуют проехать в Польшу, но безуспешно. Из-за миграционной политики Польши беженцы даже не могут подать прошение на убежище. Семьи живут недалеко от границы месяцами. В итоге у них заканчиваются деньги или срок легального пребывания в Беларуси − и тогда им надо вернуться домой, где им угрожает опасность.

«Идея моего фильма заключается в том, чтобы рассказать об этой ситуации с точки зрения не только того, как беженцам сложно в стране, где они не защищены с точки зрения права, но и в том, чтобы рассказать о ситуации с точки зрения прав человека», − говорит Юлия.

Ксения Голубович, режиссёр

Она уже снимает фильм о пациентах психоневрологического интерната. Она ищет героев с необычной и интересной судьбой, которые странным образом оказались в этом месте. «Как они относятся к тому, что будут тут умирать? Чем они живут: воспоминаниями или надеждой? Есть герой, который уже умер, а есть тот, у которого есть возможность выбраться оттуда. Почему эти люди должны там находиться? Кто они?» − задаётся вопросами Ксения.

Александра Городникова, фрилансер, чемпионка Беларуси по танцам на коляске

Александра хочет показать проблемы «необычных» детей. По её словам, общество и родители из-за страха слишком опекают таких детей, это перерастает в принятие законов, которые создаются чересчур «безопасные» условия, иногда даже стерильные. Поэтому, как считает Александра, и будут существовать специализированные школы-интернаты и спецсадики, где дети существуют не со всеми, а только с такими же, как они. 

«Я хочу сказать, что интегрированные классы в обычных школах – это не опасно для детей, наоборот, это будущее. Намеренно ли осуществляется такая стратификация, и почему виноват каждый из нас? Я хочу дать ответы на эти вопросы», − говорит Александра.

Александр Ергулевич, фрилансер, волонтер, магистр социальной психологии

Он намерен снять цикл образовательных документальных фильмов. Они будут посвящены жизни людей с инвалидностью и их психологических особенностях. Идея − улучшить имидж людей с инвалидностью, объяснить людям особенности разных типов инвалидности, особенности их поведения, помочь таким людям и их семьям переживать жизненные трудности. 

Екатерина Чекатовская, драматург

Она обращает внимание на то, что те, кто занимаются инклюзивным искусством и его популяризацией, отказываются от этого термина, просят не называть так их деятельность. Они видят в этом обесценивание своего творчества: «Не называйце нас інклюзіўным калектывам – мы займаемся мастацтвам». 

При этом в самом обществе люди начинают относится к инклюзивному искусству как к чему-то вторичному по сравнению с «настоящим искусством». «Інклюзію ўспрымаюць як спосаб тэрапіі ці сацыялізацыі, але адмаўляюць ёй у «чыстым творчым акце» («Так міла, што яны граюць у тэатры, гэта дапаможа ім у жыцці, але хіба гэта мастацтва?»). Такім чынам, праблема ў тым, што паняцце інклюзіўнага мастацтва моцна сказілася і пачало выкарыстоўвацца для абразы і прыніжэння дзейнасці пэўных груп людзей. На жаль, гэтым тэрмінам пачынае прыкрывацца дыскрымінацыя ненарматыўных для грамадства суб’ектаў творчасці», − объясняет Екатерина.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Популярное