«Маршируй, детка!». Как мир меняют радикалы, которые всех бесят

Культ • Ольга Родионова
Помните, как президент сказал, что разговоры о ненасилии дома – это «дурь, взятая с Запада»? Но Есть очень, очень много людей, которым нужен закон о домашнем насилии – и громче всех об этом кричат феминистки. Журналист Ольга Родионова сходила на встречу «Маршируй, детка», которую придумали активисты для обсуждения этой проблемы. И хотя Оля не верила, как десятки женщин смогут о чём-то договориться, вернулась она оттуда с текстом о том, что только «радикальные шизики» могут перевернуть мир. Безумству храбрых поём мы славу.

Вчера в Галерее «Ў» феминисты собрались на ивент «Маршируй, детка», чтобы обсудить законопроект о домашнем насилии. Любопытно, что в закрытой группе «Маршируй, детка!» в фейсбуке, вход в которую был по приглашению, за вечер собралось без малого 2000 человек. Понимаете? За вечер. По личному приглашению. Практически ОПГ [организованная преступная группа] под крышеванием Цукерберга.

У меня не было особых ожиданий от мероприятия. Вернее, мне казалось, что это будет сцена из фильма «Страна глухих» – та, в которой героиня Дины Корзун обреченно говорит: «Всё равно ничего не будет, соберемся, руками помашем-помашем...» Каково же было мое удивление, когда встреча получилась продуктивной, спокойной и здравой. Без патетических истерик выступили представительницы негосударственных организаций, просто пришедшие женщины и – внимание – мужчины. Люди высказывали мнения и, самое главное, предлагали конкретные пути действий по проблеме.

Маршируй, детка. Как активисты хотят бороться с домашним насилием

Начинается обсуждение. Что если организовать парламентские слушания в Палате представителей? Публичные, с трансляцией онлайн/ТВ, с участием разных сторон и позиций. Они не захотят? Окей, имеем право устроить свои общественные слушания. Среди нас есть юрист_ки? Давайте подумаем холодной юридической головой о подводных камнях законопроекта. Ведь он коснется не только маргинальных семей, а и тех, кого принято считать «нормальными, традиционными».

Вы знаете, что с 1 декабря 2018 года СМИ будет фактически запрещено освещать полную информацию о несовершеннолетних, пострадавших от противоправных действий? Такие перегибы уже на поверхности – вагон и маленькая тележка. И они будут прибывать, эшелонами. И может возникнуть ситуация, когда любой из нас подумает: да ну, лучше не дергаться и не гнать волну. Вернее, как мне кажется, на это и рассчитано.

Обсуждаем дальше. Необходимо наладить эффективные коммуникации. Не бодаться с МВД, а привлечь профессионалов – коммуникационные и PR-агенства, медиаторов и фиксеров. А потом уже звать Леона-киллера (шутка). А МВД, к слову, надо заставить доводить до конца дела по УК РБ, а не закрывать одни дела до той поры, пока придется открывать другие – по уже очень нехорошим статьям. Похоже, следует сменить фокус. Какой смысл орать, что надо отменить тот или иной закон? Необходимо менять законодательство, чтобы оно служило и защищало, а не тупо наказывало.

Нужно наступить себе на горло и не допускать даже возможности перекосов. Да, есть те, кого мы не любим. Так сильно не любим, что готовы МКАД перебежать на другую сторону при встрече. Но что делать? Закрываем глаза, считаем до десяти, выслушиваем и учитываем мнение с их стороны. Почему пролайферы достучались до главы государства со своими традиционными (читай – почти средневековыми) ценностями? А потому что прогрессивные и радикальные с порога зашли и послали всех. Надо было сесть за стол переговоров, а потом уже в конце встречи подсыпать в чай пургена или цианистого калия (еще одна шутка).

Ну а потом, определившись с концепцией, напишем петицию, устроим марш, наденем на сумочки оговоренного цвета ленточки или маленькие игрушки... Давайте волноваться поэтапно!

Шизанутые вращают этот мир

Где же радикальные шизанутые феминистки, спросите вы? Вот те, которым вечно мерещится, что «мужская шовинистическая свинья» им из-за угла показывает свой первичный половой признак? Те, которые агрессивно реагируют на любой комментарий в соцсетях (сводя на «нет» подобным поведением годы работы своих «сестер»)? Те, которых постоянно ущемляют в правах и навязывают несвойственные им роли?

Да они на своем месте. В авангарде основного войска, в клоунских зловещих костюмах пушечного мяса. И знаете, это очень страшная и почетная роль. Объясню, почему. Еще лет пять назад подобным женщинам ставили интернет-диагноз «ну, ясно, у нее нед**б» [категорическое отсутствие интимных отношений длительный период времени]. Сейчас такое и говорить неприлично (у всех нас этот диагноз, у всех). Еще пару лет назад все дико хохотали над феминитивами. А теперь посмотрите, насколько проще люди реагируют, если кто-то употребляет «авторок» и «адвокатесс». Ну важно женщине подчеркнуть свою видимость в публичной среде – это не так уж и плохо. И добились этого именно «шизанутые и упоротые радфемки», которые не боятся быть смешными или оплеванными.

Я вообще считаю, что именно такие люди меняют мир. Только радикалы способны сдвинуть парадигму. Один фанатик может переключить, как стрелочник, действительность на другую волну.

Окончание голодовки Олега Сенцова порадовало меня, как нормального человека и женщину. Дай бог ему восстановить здоровье! Но я вспоминаю десять по-настоящему «отбитых на голову» членов ирландской республиканской армии в тюрьме Мейз, которые объявили голодовку и пожертвовали своей жизнью. Они стали мучениками ради свободы, только чтобы показать, на что способен человек, идя за свой народ и страну. Маргарет Тэтчер тогда здорово облажалась, а генетически бешеные ирландцы (эту фразу следует читать с восхищением и уважением) стали свободнее.

Поэтому я со всем почтением наблюдаю, как по пятницам в Куропатах Дмитрий Дашкевич носит в одиночку кресты. Тут можно много аллюзий провести — от Сизифа до Иисуса. Факт остается фактом: мы закатываем глаза к небу и называем прыгучих защитников Куропат шизанутыми. Но где-то в поджелудочной железе чувствуем укол – здесь будет вечная Беларусь с отсутствием даже намека на изменения, если вот таких шизиков не будет. В стране и так перебор с людьми, которых ничего не касается, которым ничего не интересно. Сидят себе с угрюмыми лицами в своей хате с краю и потягивают картофельный смузи. И, похоже, они даже ждут, пока за ними «не придут».

И дело не в вечном обвинении нации, которая не пассионарна по определению. А в том, что беларус – существо неконгруэнтное: думает одно, делает другое, мечтает о третьем, чувствует... Да практически ничего он не чувствует! При этом он удивительно эмоционален, как ни странно. Но предпочитает ничего не делать. А если и делает, то ему очень тяжело не бросить. Тяжело осознавать, что результата «здесь и сейчас» никогда не бывает. А те, кто донкихотствует, – проще объяснить себе, что это психическое расстройство, а не желание что-то изменить. Если не в мире, то хотя бы в сознании своих современников.

Этот текст не следует воспринимать как манифест или как беларуский ремейк фильма «Inception». Это констатация фактов действия: десяток сбежавших от абьюзеров женщин в шелтере «Радиславы», журнал «Имена» и нереальный гражданский активист Саша Авдевич. Это просто желание крикнуть: «Эй, ну признай, что лично ты – не пассионарий, не Данко, а обыкновенный офисный хомячок, у которого не хватает смелости и безбашенности. У тебя семья и кредиты. Но, блин, поддержи, лайкни, сделай перепост. И включи мозг. И не раздави горящее сердце, Данко не для этого его рвал у себя из груди».

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«Получила травму головы, и в тот же день мне сказали, что контракт не продлят». Как меня выгнали из минского театра

Культ • Екатерина Ажгирей
Вас когда-нибудь увольняли «просто потому что»? По сути, сейчас так поступают с ведущей актрисой Нового драматического театра в Минске Александрой Некрыш. KYKY пытается восстановить хронику войны, где с одной стороны – актеры, которых лишают премий, а с другой – руководство театра, которое состоит из одних родственных связей.
Популярное