«Мат в кино – это прощание с советской инфантильностью». Интервью с создателем «Зелёного слоника» Светланой Басковой

Герои • Алёна Шпак
«Сейчас тоже есть дерзкие люди и слабые люди. За первых немного страшно, но здорово, что они есть». Режиссер русского андеграундного кино Светлана Баскова рассказала KYKY о своём новом фильме «Гамлет», смысле акционизма и о том, почему нельзя врать своему зрителю.

KYKY: Светлана Баскова – это не только режиссер «Зелёного слоника», но и… продолжите фразу.

Светлана Баскова: Художник или организатор арт-процесса. 

KYKY: Ваш творческий дуэт с Пахомом – это только работа? Или дружба? Или? Ходили и ходят разные слухи.

С.Б.: А какие слухи? Мне расскажите! (смеётся) Давайте честно, если бы у нас был роман, мы не могли бы вместе работать, очевидно же. Между нами есть дистанция, правильная дистанция. Мы очень уважаем личную жизнь друг друга, но часто бываем не согласны в творчестве. Сергей – моё альтер-эго. Он как никто может выразить то, что мне хочется сказать в кино.

KYKY: Вернемся в 2010, что тогда произошло? Фильм «За Маркса» – это ведь гротескная история не только о несправедливости. О чем еще?

С.Б.: Я сняла тогда еще и документальный фильм, много ездила по России, говорила с профсоюзниками и просто со знакомыми. Тема профсоюзов очень актуальная, на самом деле. У нас ведь никто не интересуется своими правами – что там написано в трудовом кодексе? Ну, кто ж это будет знать. Например, федерация независимых профсоюзов (ФНПР): никакая это не федерация, это один профсоюз, который остался после Советского Союза. Представьте, сколько рабочих людей в ней состоят! Все эти профсоюзные сборы – куда это идёт? Об этом никто не знает, никто не задумывается. 

Вот эти обыкновенные рабочие, решившие говорить о своих правах… Для меня эти люди стали героями моего времени, времени, в которое я снимала «За Маркса».

Кадры из фильма «За Маркса»

KYKY: Герой этой картины в конце становится акционистом. Не находите метафору пророческой?

С.Б.: Трудно сказать, кем он становится. Понимаете, если вы в фильме задаете вопрос, то должны дать на него ответ, хотя бы метафорически. Там была сцена, когда владелец завода говорит своему помощнику: «Ты у меня будешь кричать петухом», он его унижает. И крик в конце – это в некоторой степени ответ. А слово «пророческое» я не понимаю, глупость это.

KYKY: Акционизм сегодня в России – это язык искусства или борьбы?

С.Б.: Акционизм – искусство, но все современное искусство «язык борьбы», его существование вопреки всем правилам и законам – это и есть противостояние.

KYKY: В ваших картинах принято искать философские метафоры? Стоит это делать? Помню как однажды в споре, когда я сказала, что «Зеленый слоник» – это фильм о чеченской войне, мой оппонент меня высмеял.

С.Б.: Стоит, ну конечно стоит. Люблю язык метафоры. Иногда, когда ты создал одну удачную, воплотил её, снял, то другие смыслы сами начинают плодиться, их становится больше, чем первоначально задумывалось. Часто мои фильмы трактуют совершенно по-иному, с другой точки зрения, о которой я даже не могла подумать.

Кадры из фильма «Зеленый слоник»

KYKY: Наверное, так происходит из-за того, что вы не оставляете хлебных крошек и не разжевываете очевидного. Таких символов, как рыба в «Левиафане», которая медленно едет на конвейере, в ваших фильмах нет.

С.Б.: Рыба, кстати, в видео-арте очень часто встречающийся символ, тут и библейская тематика, да много всего. Но вроде уже разобрались с этой темой, сколько можно! Даже студенты уже это поняли.

KYKY: О символах… Ритуал «обмаза» переходящий из картины в картину: дерьмо, шоколад и варенье – это все имеет между собой связь?

С.Б.: Обмазывание – это с одной стороны защита, с другой – связь с происходящим: с конкретной историей, со временем, с необходимостью жить при разных обстоятельствах, иногда практически невозможных. Обозначение себя как другого, уход «по другую сторону» реальной трагедии или проблемы.

KYKY: Свобода в творчестве – это..?

С.Б.: Отсутствие страха. Но не страха перед физической расправой или смертью, а отсутствие страха иметь собственную точку зрения, не заплутать в «общепринятых местах».

Кадр из фильма «Левиафан»

KYKY: Мат у вас в кино появился раньше, чем Шнур на экране. Что мат значит для искусства?

С.Б.: Про Шнура мало что знаю. Это не близкий мне персонаж. Ну, ок. У меня взрыв мата был художественным и политическим приемом. Использование мата в наших фильмах – это реализм, язык времени. В смысле: перестать бояться, расстаться с «детскими» комплексами, которые мешали понять, что происходит на самом деле. Прощание с советской инфантильностью. 

Сергей Шнуров в фильме Generation П

KYKY: Я не спроста о нем вспомнила. Может быть, вы видели клип «8-га сакавiка», там все начинается как в «За Маркса»: рабочие, завод. Только заканчивается по-другому.

С.Б.: Есть желтые профсоюзы, и есть дежурные радикалы. Я не ставлю ярлыки. Это просто размышления вслух.

KYKY: Ваш новый фильм называется «Гамлет». Чего стоит ждать от картины?

С.Б.: Да ничего не стоит ждать, всё равно все будет по-другому. Вот я вам сейчас скажу, что будет то и то, а потом передумаю, и всё сниму по-другому. Я уже говорила о революционном прочтении Шекспира – конечно да, это будет революция. Я же не мелодрамы снимаю. 

Мог бы Гамлет сейчас быть собой? Почему же нет? Если мы, конечно, имеем личный вариант его прочтения, так как он в принципе может быть кем угодно. Сейчас тоже есть дерзкие люди и слабые люди. За первых немного страшно, но здорово, что они есть. Это осознанная позиция, она вызывает у меня уважение. Гамлет – персонаж не очень простой. Я его буду использовать для достижения своих целей.

На сегодняшней день будущее «Гамлета» неясно. Попытка найти деньги на фильм через краудфандинг не увенчалась успехом. Увы, такова реальность.

KYKY: Но, фильму быть?

С.Б.: Надеюсь. Но гарантий нет.

KYKY: Ваш любимый фильм, как зрителя?

С.Б.: Я смотрю много разного кино. Один из любимых фильмов – «Страна приливов».KYKY: А какой самый нелюбимый?

С.Б.: Остров. Но это как пример, есть еще.

KYKY: Лунгина?

С.Б.: Да. Он обманул зрителя. Это очень красиво поданное… вранье. И это отталкивает. Всегда видно, насколько глубоко ты изучил ту или иную тему. 

Кадры из фильма Остров

KYKY: Помните телепередачу Оксаны Пушкиной «Женский взгляд»? Там женщины рассказывали свои важные истории. Если я бы я сейчас попросила вас рассказать главную «женскую истории своей жизни», о чем бы она была?

С.Б.: Все мои истории женские (смеется). Но я понимаю, о чем этот вопрос. Главная история моей жизни – это мой муж, наша история. Когда я его встретила, я поняла что до него никого не любила. С 2002 года мы живём вместе. Это такое счастье жить рядом с ним, делать общее дело. И всё это продолжается.

KYKY: О чем вы мечтаете?

С.Б.: Не люблю мечтать. Я человек исключительно действия. Если мне что-то нужно – я просто беру и воплощаю это в жизнь.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«Продать TUT.BY – это угробить его. А я его выращиваю 18 лет, мне его жалко». Большая беседа с Юрием Зиссером

Герои • Настя Рогатко
Лучший заголовок про дело БелТА придумали в «Медузе»: они написали, что беларуских журналистов обвиняют в воровстве новостей у государства. С обысков в редакции TUT.BY прошло два месяца, суды еще впереди, а сегодня – 5 октября 2018 года – сайт празднует 18-й день рождения. За неделю до этого я захожу в гости к Юрию Зиссеру, мы пьем чай из огромных чашек и записываем этот двухчасовой разговор. Когда он говорит о сайте, больше кажется, что речь на самом деле – о сыне. Совершеннолетнем сыне, у которого сейчас не лучший период в жизни.
Новое
Популярное