Как делают виски в ирландской деревне Тулламор

Проекты • Саша Романова
Представьте на минутку, что Туровский молочный комбинат собрал журналистов со всего мира, чтобы показать, как они делают белорусскую моцареллу. Круто, да? Саша Романова съездила в Ирландию на завод, который готовит виски Tullamore D.E.W, сфотографировалась в цехах и подписала бочку с виски именем kyky.org.

Еще в зеленом возрасте я прочла колонку главреда журнала Esquire о путешествии на завод виски Jameson в Ирландию, где Филипп Бахтин убеждается в божественном происхождении крепкого алкоголя. Это была лучшая колонка, которую, с моей точки зрения, мог позволить себе главред. С тех пор я научилась разбираться в виски, отличая шотландский «сингл молт» от ирландского «блэндед». Не покидала мечта когда-нибудь попасть на настоящий завод, увидеть двух «хитроватых ирландских старичков», которые проведут по цеху и позволят «через иллюминатор заглянуть в огромный медный резервуар». В сентябре я попала в Ирландию на вискокурню Tullamore D.E.W. Как и положено, все оказалось не совсем так, как писал Бахтин. Впрочем, обо всем по порядку. Вот первый кадр, сделан по дороге из Дублина в деревню Тулламор. Непривычен правосторонний вид в лобовое стекло автобуса.

Тулламор – это поселок городского типа на 11 тысяч жителей. С 1820 года здесь на реке работала вискокурня, а в середине 20 века она обанкротилась и закрылась. Больше о Тулламоре сказать нечего, если бы не одна странность: здесь невероятно много свадебных салонов, буквально на каждом углу. Я долго ломала голову, отчего такое засилье, пока не осенило: последние пять букв слова Tullamore переводятся как «любовь». К сожалению, с итальянского.

Экскурсия на вискокурню

старая вискокурня

Несмотря на то, что бренд Tullamore D.E.W существует полтора века, своей вискокурни у тулламорцев не было лет пятьдесят. И вот почему. В 1954 году бриты обрубили рынок непокорным ирландцам, запретив продавать виски в свои колонии типа Австралии. В Ирландии осталось всего пару заводов, и владельцы Tullamore D.E.W закупали спирты в Мидлтоне, разливая свой родной виски в графстве Корк. Понятно, что свой заводик – это трушно и радостно. Пусть само здание и является новоделом, отстроенным в 2014-м с закосом под старину – прямо как наша Ратуша на Площади Свободы в Минске.

Исторически любая вискокурня состояла из двух частей: цеха, где идет производство виски, и аппартаментов, где живут хозяева. Эта красивая комната с телескопом – реплика так называемого виски-хауса в Тулламоре. Понятно, что в реальности тут никто не живет, но старинный комод и куча деталей (например, кожаная плетка для уничтожения мух) заставляют нас поверить в историю ирландского бренда.

А вот и призрак хозяина. Мужчину на фотоснимке зовут Дэниэл Е. Уильямс. Он был настолько крутым, что уже в 1893 году притащил первый телефон в Тулламор, при нем в деревне появилось электричество. Три буквы D.E.W в название виски – в честь его имени. В Тулламоре любят рассказывать историю, что все виски мира названы либо по имени основателя бизнеса: (Джек Дениелз, Джим Бим), либо по имени местечка, где напиток варится (Хайлэнд Парк, Бушмилз). И только «Тулламор Дью» – это и имя, и местность одновременно.

Между первым и вторым этажом виски-хауса стоит секретная бочка с виски, который никогда не будет разлит по бутылкам. Я предполагаю, конструкция нужна в туристических целях – именно здесь мне показали, как зачерпывают виски на пробу профессиональные дегустаторы. Происходит это с помощью прибора, называемого «собакой»: опускаешь металлическую емкость на цепочке в бочку и выливаешь в бокал то, что удалось зачерпнуть. Чирз!

Производство виски

В перегонных кубах, где кипит дистиллят, заключена магия – кажется, медные конусы с трубками сделали леприконы – настолько странно и не по-людски выглядят эти штуковины. В остальном на производстве виски все четко: за цехом следит всего два работника, которые сидят тут же в застекленной комнате с компьютерами – не мудрено, что в 21 веке производство автоматизировано полностью. Всего на вискокурне работает 25 человек.

В стекло можно разглядеть, как внизу в чане перемешиваются дрожжи. Ячменная каша превращается в пиво – пару тонн светлой массы с пузырьками. Пахнет в цеху как в полдень возле минского завода «Кристалл», причем, полдень в разгар жалкого лета – температура в цеху достигает 35 градусов Цельсия.

Вот этот стеклянный гробик для белоснежки с золотой окантовкой показывает нам, как идут процессы дистилляции. В данный момент я делаю вид, что переключу рубильник с «высших» спиртов на «низшие» и запорю ребятам из Tullamore D.E.W пару тонн свежего вискаря.

Готовый виски, абсолютно чистый и прозрачный как слеза, разливается в дубовые бочки и отправляется на склад на три-пять лет. Я видела картинку, как это делается: вокруг поддона ходит лихой ирландец в робе с огромной деревянной кувалдой в руке – забивает пробки. В бочках до этого выдерживался американский бурбон, потому свежая древесина для виски не годится: отдаст напитку слишком много дубильных веществ. Цена пустой бурбоновой бочки – примерно 120 долларов, и на заводе она может использоваться трижды. То есть минимум девять лет. Таким образом, за моей спиной пару десятков тысяч долларов, конвертированых в многоразовую древесину.

Впрочем, местный фотограф сказал, бурбоновая бочка – ничто. «Ты стань лучше к бочкам от шерри, – посоветовал он, – Будешь хвастаться». Действительно: бочки от бурбона есть на любой вискокурне, а вот шерри-бочки покупают не все, потому что они очень дорогие. Почему? Никто в мире не пьет шерри, это банально немодный напиток. Но виски, который настаивают в бочках от шерри, бесподобен. Компании научились выкручиваться: они заливают бочку никому не нужного шерри по предзаказу и потом продают в Тулламор за 1000 долларов штука.

Когда дуб перестает красить спирт, бочку списывают в утиль. Отслужившей свое таре заботлитливые ирландцы придумывают новую жизнь. Из бочек делают мебель для сада или вот такие клумбы:

Чтобы журналисты почувствовали свою причастность к процессу, всем раздали черные маркеры, чтобы люди написали свои имена и страны на пустых бочках из-под виски. Их залили свежим дистиллятом и отправили храниться на склад к 55 тысячам таких же бочек.


Теперь в Тулламоре есть бочка с именем KYKY.org. Обещали, через пять лет можно будет вернуться и попробовать, что получилось. Будете там раньше меня – выпейте из нее за здоровье всех белорусов.

На групповом снимке ниже можно видеть хранилище виски – можно не только коня искупать, но и слона. Запах здесь просто изумительный – виски старится, и в воздух уходит то, что ирландцы называют «долей ангелов». «Отдавать ангелам долю, конечно, плохо для бизнеса», – сетуют в Тулламоре. Хотя им еще повезло с климатом – вот в Индии доля ангелов значительно больше, из каждой бочки индийского виски за время выдержки испаряется чуть ли не половина.

Музей виски в Тулламоре

Помните, в начале рассказа я упоминала, что в Тулламоре в середине 19 века стояло здание старой вискокурни? Ирландцы не уважали бы себя, если бы разнесли по кирпичикам бывший цех. Он стоит целенький, а на его месте находится музей. В каждом из бывших производственных помещений воссоздан процесс висковарения. Скажем, на фотографии снизу мы стоим в цэху сушки ячменя – реконструкция показывает, как раньше под железным полом разводился огонь. Если в Шотландии для такой сушки используется торф, то ирландский виски – бездымный. Понятно, что высокую температуру в музее символизирует лишь гирлянда красного цвета – грешников-журналистов в Ирландии, увы, не жарят.

Есть тут и жернова, на которых раньше мололи высушенное зерно. Устройство просто: два круглых камня и рукоятка. Если вы мужчина, повернуть рукоятку и привести жернова в действие не слишком сложно.

Кроме того, в коридорах музея виски понатыкано муляжей ячменя и ржи, и в зарослях можно даже заблудиться, например, цитируя «Колосья под серпом твоим».


Полки в музее украшены лабораторными образцами спиртов: я заметила маркировку как 1987 года, так и 2012-го: целое лето закупорено в бутылку, и служит великой цели органолептики.


Дегустация виски

Одна из самых ярких туристических забав в тулламорском музее – дегустация виски. Нам предложили восемь бокалов с описаниями сортов. В бокалах были как чистые спирты, с помощью которых нужно было смешать свой личный сорт (у меня получилась гадость), так и купажи Tullamore Dew Original, Tullamore Dew Heritage, и один односолодовый виски — Tullamore Dew 10 YO Single Malt. Был еще Old Bonded Warehouse Release, который продается только в Тулламоре, чтобы у людей был стимул съездить на родину бренда.

Tullamore D.E.W представляет собой виски pot still – ирландский тип виски, для производства которого используется смесь соложеного и несоложеного ячменя. Зачем смешивают зерно? Несносные англичане в свое время установили налог на соложеный ячмень, и ирландцы, чтобы удешевить производство, стали добавлять сырой продукт. По тому же принципу сделан Jameson, простой и благородный, как сапог из кожи коровы. Но если в Jameson миксуют только «грейн» виски (зерновой дистиллят) и «потстил», то в Tullamore D.E.W смешано три вида спиртов: «грейн», солодовый виски («молт») и «потстил», то есть он не дважды, а трижды «блэндед».


«Сладость в бленде – от grain. Malt – это фрукт, как жвачка juicy fruit, он же придает «Тулламор Дью» благородство, которого нет в других айришах. Potstill пахнет как сливочный ликер, но очень спайси» – весь этот бред я записала в блокноте, в надежде, что информация страшно пригодится мне в последующей жизни. На самом деле, признаю фейл: особенной разницы между 10-летним и 3-летним и солодовым Tullamore D.E.W я не нашла. Хоть убейте – не понимаю, где там органический привкус красного вина или специй? Просто крепкое качественное бухло.

Ирландская вечеринка

Еще при первом посещении вискокурни я заметила в холле вешалку с твидовыми пиджаками. Подумала, что работники переодеваются в халаты и оставляют уличную одежду внизу. Вечером оказалось, это не так. Пиджаки принесли для журналистов – чтобы гости погрузились в атмосферу, им предложили переодеться в работников дистиллери 19 века. Праздник состоялся в честь годовщины открытия новой вискокурни.

В разгар вечера местный фотограф усадил публику для группового снимка. «Сделайте суровые выражения лиц, будто вам хозяин вискокурни несколько месяцев не платил зарплату», – советовал он. Вот что из этого вышло:

За обедом ирландцы рассказывали о себе. Я узнала, что Джон Квин, бренд-амбассадор Tullamore D.E.W., родился в Дублине. Его родители, дедушки и бабушки тоже родились в Дублине. Таких, как Джон, в Ирландии называют «дабы», и это, как и «коренной минчанин» большая редкость. «Моя работа очень сложна, – начал объяснять Джон, – мне нужно быть милым с журналистами со всего мира».

Также я выяснила, что всего в Ирландии четыре мишленовских ресторана, один с двумя звездами, и три – с одной. Здесь только начинается революция общепита – ирландцы двадцать лет готовили дома, и начинают възжать в тренды мировой кухни только сейчас.

По хорошему, про кухню Ирландии нужно писать отдельный большой материал. Проблема в том, что я никак не могу разобраться с неймингом их блюд. Скажем, вот это cured pork. То есть «вылеченная свинина». Кто ее лечил и от чего – выяснять не хочется. На вкус была очень здоровой.


Вообще, ирландцы очень трогательны в своем желании построить веселье по графику. Если сказано идти вниз и смотреть, как бармен готовит коктейли – все идут. Потом так же дружно танцуют и хором улыбаются – как в детском садике. На снимке ниже все слушают песню приглашенного музыканта. Перед концертом он рассказывал: «Полисмены у нас не любят уличных музыкантов. Когда я в юности на улице собирал слишком большую толпу, то нарочно начинал играть очень плохо, чтобы все разошлись». Полиции на празднике вискокурни нет. Поэтому музыкант очень громко (и черт подери, очень плохо) поет «Dirty Old Town» группы Pogues.

А вот ирландские танцы. Забегая вперед, скажу, что наутро после юбилея вискокурни журналисты делали ставки на то, сколько организаторов тура Tullamore D.E.W останется в живых. Понятно, что ирландец – бог, но, честно говоря, пить так отчаянно могут только ангелы. Чирз!

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Kult Масскульта. Белорусская Gurami-san

Проекты • Николай Янкойть
В новой рубрике «Kult масскульта» KYKY знакомит вас С людьми, самозабвенно увлечёнными массовой культурой. Наша первая героиня, Алина Самсонович, или Gurami-san, увлекается косплеем – шьёт костюмы и воплощается в персонажей аниме, игр и книг.
Популярное