«Концептуальныx «вечеров» не будет, зато будет пафосный фестиваль». Экс-продюсер «Классики у ратуши» о своем увольнении и фитах с Коржом

Культура • Дмитрий Качан
Единственный формат, в котором беларус готов слушать Моцарта – это летние концерты на ратушной площади, где можно услышать серьезную музыку, сидя на зеленом газоне. директор музыкального дома «классика» и бывший продюсер музыкального феста «классика у ратуши» александр чаховский Объяснил, в чем проблема беларуской эстрады и почему так сложно заставить людей слушать джаз в наших совковых концертных залах. А по ходу беседы еще и рассказал, как так вышло, что его отстранили от проекта и даже не объяснили, почему.

Чем занимается театральный продюсер

Я импресарио, театральный продюсер. Моему проекту на данный момент 5 лет. Он называется Музыкальный Дом «Классика». Мы не уходим от классической формы до конца, мы делаем концерты, музыкальные спектакли, в рамках тех возможностей, которые у нас появляются. Искусство – дело недешевое. Моя задача – влюбить человека в классику. А если он ее уже любит, то усилить эту любовь. Слава богу, не я один этим занимаюсь. Простой пример: у нас в Несвиже есть театрализованный квест. Это что-то среднее между «Форт Боярд» и квест-румом. Конечно, без такого размаха, как у телевизионного «Форта» – у нас другие бюджеты. Но, при этом, у нас есть персонажи: князь, княгиня, придворный алхимик. Есть фабула. По сути, наши гости знакомятся с историей нашей страны, с историей замка, с историей рода Радзивиллов, выполняя задания и разгадывая ребусы. И при этом играет есть музыка. Это один из примеров того, как мы работаем над формой подачи и стараемся показать, что опера – это не страшно.

Александр Чаховский, фото: Kaznadey

Я два года был арт-директором и продюсером фестиваля «Классика у ратуши». Так сложились обстоятельства, что в этом году этим занимаются другие люди. Но, может быть, это и не плохо.

Почему программа «Классики у ратуши» может испортиться

Был такой фонд «Идея», который с Мингорисполкомом и с «БелВЭБом» затеял «Джазовые вечера БелВЭБ». Первые четыре года это делал фонд «Идея» и арт-организатором была компания «Эквилибриум артс». Они делали по-настоящему фестивальный проект: разные джазовые музыканты, разная джазовая музыка, и классический джаз, и контемпорари. Нас позвали сделать классику. Мы изначально стремились к тому, чтобы программа была концептуальной. Например, открывали фестиваль музыкой Моцарта: звучали его симфонические xиты, известные оперные арии, у нас даже был солист, который играл на альпийском роге. Предусмотрели элементы шоу. Мы хотели дать понять людям, что такое «Классика у ратуши». Народ пошел – народ кайфанул.

Потом у нас были другие тематики: вечер танго, например. Два года подряд мы делали вечера музыки барокко – в прошлом году к нам приезжали музыканты из Питера со своими барочными инструментами. Закрывали фестиваль оба раза традиционно беларуским блоком. Мы показывали, что и у нас есть классика. Сопровождали это постановками актеров – нечто вроде бала. Актеры в шляхетском одеянии танцевали полонез, вальсировали. Мы сохраняли концептуальность. В прошлом году у нас наряду с «беларуской» субботой была классика в джазовой обработке, «Классика по-испански», барочный вечер, концерт с участием талантливыx юныx музыкантов от 9 до 15 лет – они играли сольно и с камерным оркестром.

Арт: Shusaku Takaoka

Еще когда мы начинали, мне музыканты говорили: «Вот увидишь, скоро Александр Миxайлович приберет к рукам этот лакомый кусок». Прогноз сбылся в нынешнем году: концептуальныx и разносторонниx вечеров особо не будет, зато будет пафосный фестиваль, на которыx будут выступать исключительно оркестры – а xедлайнером всего фестиваля станет маэстро Александр Анисимов и Государственный симфонический оркестр – они откроют фестиваль и они же закроют его, причем, насколько мне известен репетуар, там будет много музыки, которая звучала и в прошлом сезоне, а у нас была фишка – делать новые неповторяющиеся программы. То, что будет играть Александр Анисимов, выбирает Александр Анисимов, а не арт-организатор.

Как фестиваль сменил арт-директора

У нас не было долгосрочного договора, все решалось разговорами. А потом я просто узнал, что это буду делать не я, и, что интересно, генеральный партнер Velcom, который тоже принимает решение, меня не уведомил, пока я сам не написал им письмо. Потом они ответили: «Да, извините. В этом году будет так». Хотя фидбэк от публики, СМИ, городскиx властей и менеджмента Velcom после прошлого фестиваля был хорош, и мы собирались работать дальше. Это странно и, на мой взгляд, не этично.

Я узнал новости не напрямую от представителей Мингорисполкома, потом писал письмо в Velcom, и Velcom в какой-то интересной форме рассказал, мол, принято решение, что будет другой организатор. Я написал ответное письмо о том, что у нас были предварительные договоренности, указал целый список причин, почему мы для них ценны, хотя они и так это знают. Но был получен ответ, что на совете директоров уже принято решение о выборе другой организации.

Данный инцидент несправедлив просто потому, что на протяжении всего года я как импресарио и продюсер в общении со СМИ и публикой постоянно «подогревал» тему фестиваля у ратуши с обязательными реверансами в сторону Мингорисполкома и Velcom, а в результате моя лояльность оказалась никому не нужна.

Я не получил четких ответов ни от кого. Могу только предположить, что есть некая субъективная точка зрения у кого-то из организаторов. Причем, у меня есть одна версия: в Velcom`е исполнительным менеджером по этому проекту работает девушка. Она не особо разбирается в классике, но при этом стремится демонстрировать, что разбирается.

Фото: Lena Kern

Вот как раз она, возможно, была тем человеком, который составлял список претензий в адрес фонда «Идея» после каждого концерта, но к нам по существу, претензий никаких не было. Но, так как в прошлом году мы работали через фонд «Идея», который уже, насколько я знаю, прекратил свое существование, возникало проблематичное взаимодействие. Было много коммуникационных нюансов, которые породили список претензий у конкретного человека, который со мной даже лично не общался. Я общался с ее руководством, и от руководства я получал позитивный фидбэк. А девушка выразила субъективную точку зрения. Получилось так, что фидбэк от города, от СМИ, от публики, отличный, но итог такой, какой есть.

Другое предположение – что из-за того, что «Эквилибриум артс» делали джаз четыре года, возможно, у них были симпатии к кому-то из города, и они сказали: «А давайте мы сделаем классику», и им ответили: «А давайте». У них же нет передо мной обязательств.

Мое отстранение стало для меня сначала неприятным сюрпризом, но потом я решил: «Окей, все к лучшему». С одной стороны, неприятно, что так неэтично с нами обошлись, а с другой стороны у меня xоть будет приличный отпуск за три последниx года. Да и проектов, слава богу, хватает. Мы оживляем в музее Несвижа экспозицию музыкой и театральными зарисовками. Проводим оупен-эйры в Ботаническом саду в Минске. Оркестр на них играет, а гости парка, ничего не доплачивая к стоимости билета в сам сад, могут наслаждаться музыкой. Я работаю и двигаюсь дальше. Но если они решат, что я им нужен – и городу, и Velcom`у – то я открыт и готов работать.

Сколько стоят спектакли и актеры

Фото: Alexander Chekmenev

«Опера в пижаме», например, по постановочным затратам – декорации, реквизит – обошлась приблизительно в тысячу долларов. И это бюджетный спектакль. Стоил бы он дороже, мы бы его просто не окупили без помощи спонсоров.

Что касается артистов, режиссеров и оркестра, у нас со всеми есть договоренности о гибкой шкале, которая зависит от количества проданных билетов. Поэтому, если мы продаем хорошо, то гонорар всей труппы, оркестра и менеджмента может составить порядка 1500-2000 долларов. Если ситуация похуже, то значение может снижаться до тысячи.

К сожалению, бизнесмены, как правило, с нами не работают и сопродюсерами не становятся. Им это не очень интересно. Когда мы говорим не про фестивальный проект (хотя, даже и про фестивальный), часто может не быть какой-то спонсорской поддержки. Это все низко маржинальные истории.

Совковые концертные залы и джазмены, которых никто не знает

В Беларуси из широкой публики мало кто знает наших классических и джазовых музыкантов. И это, конечно, боль, с которой мы боремся. Было бы здорово, чтобы люди знали и гордились, например, пианистом Кириллом Кедуком. Он играет на престижнейших площадках по всему миру, и это сродни тому, что наши футболисты играли бы в основном составе «Реал Мадрид» или «Барселоны». Об этом знали бы все. Здесь то же самое, только в музыке. Оперная певица Надежда Кучер, Кирилл Кедук, скрипач Артем Шишков, оперная певица Оксана Волкова – это очень талантливые люди, важные. Мы можем спросить любого на улице, кто такая Оксана Волкова, но мало кто ответит.

Несмотря на то, что в этом году я не принимаю участия в «Классике у ратуши», надо отметить, что это знаковое событие. Туда приходит до 10 тысяч человек. Что интересно, это променадный концерт, а публика весь концерт стоит, не уходит – у нас по крайней мере два года было так. Все два часа они слушают. Мы можем говорить о том, что: «Да, на халяву и уксус сладкий», но они стоят, хотя бы даже поэтому можно судить, что людям интересно.

Но есть проблема привести человека. Люди отказываются от классики, им интереснее, например, пить на Зыбицкой, тусоваться, ездить на пикники. Это тоже неплоxо, кстати. Я никакой не шовинист, я нормальный человек и люблю не только классическую музыку. Но проблема в том, что народ навязал себе какие-то шаблоны. Если мы упускаем из жизни классику, наш внутренний мир становится беднее. У нас есть проблема в эстетическом образовании. И я буду стараться это решать: у нас разработан целый набор программ для детской аудитории.

Вторая проблема – люди привыкли к определенному уровню комфорта, но, приходя в Филармонию или во Дворец Профсоюзов, человек чувствует душок совка: билетеры, которые не улыбаются, буфет, в котором всегда очереди. Сервиса и удобства у нас нет. Даже больше: в Минске, не считая Филармонии и Большого Театра, нет нормального рояля. Даже в концертном зале «Верхний город» стоит неконцертная «Ямаха». Это не то, чтобы совсем лоукост, но, в любом случае, не очень. Замечательный рояль есть в Консерватории, там очень винтажный зал – тот случай, когда старина не вызывает отторжения. Но они не проводят платных концертов. Существуют финансовые, экономические, законодательные ограничения, почему они этого не делают и не стремятся.

«Сделать с Максом Коржом пару интересных треков – почему нет»

В Беларуси есть целая когорта музыкантов, которая, в силу разных причин, запрещена. Хотя, на мой взгляд, они двигатели сферы. Тот же Лявон Вольский. Но вот недавно состоявшийся концерт «Крамбамбули» в Минске – это знаковое событие, после девяти лет запрета на выступление. Может быть, из-за вот этих послаблений мы чаще будем слышать про этих музыкантов.

Что касается эстрады – тут много вопросов. Самый больной из них – они часто работают под фонограмму. Это вообще нигде в мире не допустимо. И, в принципе, сам по себе у нас сценический продукт слабый. Даже сравнивая с Украиной или Россией, не говоря уже об Америке или Британии, например, – там настоящее шоу. Это то, чем должна брать эстрада.

Мы думали о разных экспериментах. Было несколько примеров концертов, когда исполнители играли классические произведения в джазовом стиле: два жанра в одном. Симфонический оркестр играл и музыку из кино: «Звездных войн», «Игры престолов». С электронщиной или техно экспериментов еще не было. Меня никто не искал, и я пока не искал. Но мы готовы к таким предложениям. У меня зато есть одна мысль о кросс-проекте: сделать что-нибудь с Максом Коржом. Правда, идея пока сыра – все-таки у него специфический контент и аудитория. Но сделать с Максом пару интересных треков хочется – почему нет?

Организаторы FSP: «Хедлайнеры попросили организовать трансфер из аэропорта на тракторе»

Культура • Ирина Михно
29-30 июля в Минске случится ежегодный фестиваль для молодых и трендовых (как считают сами организаторы) – FSP. Накануне новой порции, KYKY встретился с организаторами события, Денисом Трусило и Аллой Алоэ, и узнал, как проходит его организация, сколько зарабатывается денег, почему в прошлом году все запомнили только «батут» и чем будут развлекать на фестивале этим летом, в том числе, людей 30+.