«Да вас Госдеп финансирует!» – К сожалению, нет». Разговор с основателем сообщества «Чай з малинавым варэннем»

Герои • Дмитрий Качан
Беларус, который сидит в соцсетях, не может не знать паблик «Чай з малинавым варэннем». Ведущие этой страницы явно провисают в скорости, но зато подают новости в упаковке идеального чувства юмора. Скромный руководитель паблика Игорь старается не отсвечивать и даже соцсети ведет не под своим именем. Но KYKY он согласился рассказать историю создания группы, объяснить, почему сообщество не оппозиционное и как так получилось, что «Чай» считали кремлевским. И, конечно, назвать самые вирусные посты.

«Я сделал сам с нуля проект, а опыта руководителя не было»

KYKY: С чего все начиналось?

Игорь: Началось все с того, что в марте 2014 года случился «развал» Ленты.ру – момент независимости «Лентача» – вот тогда я с первым набором попал туда редактором, а через месяца два-три стал главредом. Ну, и возникла идея сделать что-то похожее для Беларуси. Рынок у нас тогда был совсем пустой. «Онлайнер» пытался делать какие-то смешные картинки, но у них были ограничения, поскольку они официальное СМИ. Мы встретились с Никитой Ляшкевичем, с ним обсудили идею и начали работать. Начинали мы вдвоем с Никитой и еще буквально парой человек из «Лентача». Потом постепенно объявляли новые наборы, приходили новые люди – приходили и уходили.

Сейчас у нас работает от силы пять-шесть человек. И то, не сказать, что работают, пока это все до сих пор не организованно, потому что, на самом деле, руководитель из меня так себе. Вот только сейчас, под конец года, у нас случится некоторая реорганизация. Чтобы расти, надо какие-то планы строить, структуру отлаживать.

KYKY: Почему «руководитель так себе»?

Игорь: Так получилось, что я сделал сам с нуля проект, а руководительского опыта толком не было. За мной числится много косяков в этом плане. Многие люди – хорошие редактора – ушли, потому что не были достаточно мотивированы. С некоторыми получилось договориться сейчас на своих условиях, поэтому, я думаю, что в Новый год мы выйдем в новом виде.

KYKY: Что изменится?

Игорь: Сейчас все происходит очень хаотично, нет плана по выпуску, смен, постоянных редакторов, которые дежурили бы хотя бы по четыре часа в день. Как все происходит: кому-то взбрело в голову сделать пост, у кого-то возникла идея по новости – сделали. Ничего не возникло, не появилось новостей в Беларуси – ничего не сделали. В таких условиях тяжело развивать какую-то монетизацию, потому что реклама должна разбавлять поток обычного контента, а не наоборот. Если сейчас брать много заказов на размещение рекламы, получится именно так.

«Новости не про Беларусь не все встречают с энтузиазмом. Проще с новостями про картошку»

KYKY: По поводу монетизации. Окупает ли себя проект?

Игорь: Он не окупает, потому что затраты у нас – только по времени. И заработать пока не дает. В какой-то степени мы пытаемся чуть-чуть поменять рынок рекламы в социальных сетях в Беларуси. Года два назад ситуация была такова: крупные беларуские паблики обесценили рекламу у себя – сейчас посты стоят буквально по пять баксов. Цена соответствует результату: либо много ботов, либо много людей, которые просто скрыли новости и не видят ленты. Охват получается тысячи две, поэтому цена оправдана. Поэтому объяснять заказчикам, почему они должны платить в десять раз больше за наш пост, поначалу было проблемой. Но все, кто у нас размещался, остались довольны. Потому что, внезапно, оказалось, что пост в соцсети может принести гораздо больше конверсии, инсталлов, чего угодно… Ко мне в день приходит три-четыре человека с предложением размещать рекламу каких-нибудь часов, китайских кошельков и этого всего. Но если заспамить читателя всем этим барахлом, мы превратимся в паблик, который никто читать не будет. Поэтому, мы придирчиво выбираем, с кем работать, и не размещаем рекламу, которая не будет работать. Да, ты получишь с этого деньги, но клиент не будет доволен, читателю это не понравится… А вот мерч – это хорошо. К Новому году мы нарисовали несколько интересных артов на футболки, стикеры. Принесли идею с календарем желтой собаки – тоже сделаем. Правда, будем разыгрывать, продавать смысла нет – это только дополнительные сложности.

KYKY: Как выбиралось название?

Игорь: Я не помню, на самом деле. Просто у меня возникла такая идея. Изначально отталкивался от названия «Лентача» – какой-нибудь «Бульбач», «Беларусач», но звучало, на самом деле, хреново. Когда создаешь настолько подобие чего-то, уже никакой уникальности не получается. У меня были сомнения, что фраза про чай длинная, сложная для восприятия, но она и с прессой ассоциируется, и с главным ньюсмейкером этой страны – поэтому так получилось. На тот момент мы обсуждали варианты названия только с Никитой. Ему идея понравилась. Так и оставили. Других интересных идей не было. Я тогда в свободное время набросал какое-то подобие логотипа. Вроде бы получилось нормально – и хорошо.


KYKY: Как вы работаете над контентом? Как выбираются темы?

Игорь: Не то чтобы они подбираются. Есть вариант просто сидеть в RSS-reader`е и смотреть по сотне новостей в час – вдруг что-то зацепится – но чаще всего и быстрее это происходит через твиттер. В твиттер приволакивают новость либо пользователи, либо СМИ начинают о чем-то писать. Там проще что-то хорошее выцепить. Часто просто ищем смешной заголовок, например: «На слуцком мясокомбинате прошел прием граждан». Видите, у всех сразу второй смысл возникает. Пока мы работаем спотнанно. Нужно сидеть с открытой вкладкой твиттера, с открытой вкладкой RSS, просто пролистывать и цепляться. Мы хотим добавить мировых новостей, потому что, объективно, в Беларуси происходит очень мало событий. Может, оно и к лучшему, но как есть. Хотя новости не про Беларусь не все встречают с энтузиазмом. Проще, конечно, с новостями, связанными с картошкой.

Вообще, в течение дня, кто-то просто приносит ссылки, понравившиеся новости, у кого-то появляются идеи, и, может быть, к вечеру что-то нарисуется. В идеале новость надо выдавать в течение часа с момента ее появления, но у нас пока не всегда так получается.

KYKY: Сколько времени уделяешь проекту?

Игорь: В день не больше часа, полутора часов. Раньше гораздо больше занимало времени, энтузиазма было больше. Сейчас немножко подустал. Вообще, если уделять часа четыре, то можно более менее наладить выпуск. На «Лентаче», например, всегда два редактора работало. Так проще оценивать шутку, выбирать новость: один мониторит, второй рисует. Чтобы ничего важного не пропустить.


Есть желание и сайт запустить. Правда, у меня нет особо понимания, что с ним делать. Просто размещать новости? И так есть куча беларуских новостных сайтов. Переписывать их понятным языком в три абзаца? Работа с текстами – это уже другой уровень, надо будет обучить людей. Сейчас я занимаюсь мерчем, и это, в некотором смысле, прокрастинация – надо решать проблемы с выпуском, а я какой-то фигней занимаюсь (смеется). То же самое с сайтом: до того, как построится работа редакции, – сайт делать бессмысленно.

KYKY: Не думали перебраться в мессенджеры?

Игорь: Телеграм-канал мы запустили среди беларуских пользователей одними из первых. Долгое время должного внимания ему не уделяли. Многие по показателям подписчиков нас обогнали. Сейчас у нас чуть больше шести тысяч. У нас очень классно разошелся стикер-пак – у него сейчас 30 тысяч установок. Правда, в этом паке не было упоминания, откуда он, мы его добавили буквально в прошлом месяце. Интересная ситуация: шесть тысяч подписчиков, а стикер-паком пользуется 30 тысяч человек. И Вайбер мы пытались раскрутить, но нам там ну очень неудобно. Для меня Вайбер – «Одноклассники» среди мессенджеров: странные стикеры, непонятный интерфейс, спам непрерывный, плохое отображение изображений – а для нас это критично.

«Нас стали считать кремлевскими, когда поляки сказали, что будут закрывать «Белсат», и мы посмели над этим пошутить»

KYKY: С какими сложностями столкнулся паблик за все это время?

Игорь: На начальных этапах я думал, что паблик станет связующим звеном между беларускими СМИ, что у нас получится договориться с большинством порталов, чтобы мы у них размещали свои ссылки, они делали репосты, а к нам приходили их читатели. Получилось бы, что 10-15 медиа обмениваются трафиком между собой. Но многим не позволила редакционная политика. Долгое время нас считали «змагарским» оппозиционным пабликом. Появляются еще и те персонажи, которые до сих пор так думают. Был даже период, когда нас считали кремлевским пабликом. Да, так решила беларуская твиттерная тусовка – и начала кидаться дерьмом. Потом эта тусовка пришла и предложила у нас купить рекламу. Странные люди.


Нас стали считать кремлевскими, когда поляки сказали, что будут закрывать «Белсат», и мы посмели над этим пошутить. В первом посте у нас был сферический пригорающий змагар в вакууме – countryball. За это нас обвинили, мол, мы такие плохие, злобные и кремлевские. Просто есть те, кто нам завидовал, пытался делать подобия, вытеснять с рынка, но у них не получилось. Я надеюсь, что люди больше не будут такими злобными, потому что беларуской медиа-сферы на всех хватит.

А вообще, развлекательного контента в Беларуси не так много. Появилось много видео-блогеров, но нас это не сильно касается, хотя были планы наладить генерацию видео-контента: к нам приходили бывшие ведущие, предлагали свои услуги, но дело заглохло. К блогерам можно относиться по-разному. Я одно время очень негативно относился к баттлам российским – такая калька с Америки 15-летней давности. Какое-то пустое обкладывание друг друга матом. Но бессмысленно как-то это оценивать: это уже часть современной культуры, игнорировать её нельзя. Пользуется спросом? Окей, пускай оно и будет.

KYKY: В чем залог успешного поста?

Игорь: Самые успешные посты – это когда наши чиновники говорят какой-нибудь редкостный ад. Или просто в Беларуси происходит какая-нибудь жесть. Самый популярный пост, который у нас был, – это видео с Евровидения – нарезка с отборочного тура, которую потом взяли россияне. Та, где все эти «Дуй на меня, дуй». В Facebook`е это просто дичайше зашло. Хорошо разошлось событие: это, конечно, жесть, но не негатив. Это же не введение очередного налога в сто миллиардов рублей на каждого человека. Просто беларуский трешачок, который оказался интересен и за пределами страны. Такие события идеальны. И особых усилий для создания поста не требовалось: просто нарезали видео и залили.


Лучше всего после такого заходят «плохие» новости – то, на что все начинают жаловаться. Еще хорошо работают беларуские достижения, но их не так много. Цитаты тоже нравятся людям.

Самое яркое высказывание за историю паблика – это слова Калинина про современные траффики, которое тоже ушло в рунет. Очевидный треш. А так, копилка крутых высказываний пополняется при каждом выступлении. Источник цитат всегда есть (смеется).

KYKY: Ассоциация с оппозицией какие-то проблемы вызывала?

Игорь: Проблем с законом не было никогда. Даже в марте, когда были эти массовые посадки, у нас абсолютно ничего не произошло. Эта ассоциация, скорее, в головах определенного контингента, который видит в любой шутке оскорбление. А у нас жесткие нормы в этом плане. Мы никогда никого не оскорбляем, не преследуем цель высмеять. Наша цель – повеселить читателя. Если там будет открытое оскорбление власти или конкретных лиц, то эта запись не будет охватывать. Какой в ней тогда смысл?

Я помню, лет пять назад у нас оппозиционные карикатуры, то ли от «Радио Свобода», то ли еще от кого, сводились к оскорбительным: руки по локоть в крови и прочее. Это депрессивно, а такой переупаковкой контента ситуация только нагнетается. Можно увидеть, что в соцсетях такой контент не распространяется. Сейчас аналогичное может разойтись в Украине за счет их острой ситуации. Отношения накалены – там это тиражируется «на волне». У нас в этом просто нет смыла. Как мне кажется, саркастичный, юмористический контент более востребован. А от откровенного оскорбления пользы ты не получишь.

KYKY: Кого вы можете забанить?

Игорь: К нам в комментарии приходят абсолютно разные люди: и змагары, и российские «ватники», и крайние беларуские «застабилы», но мы стараемся никого не банить за мнения. Есть фильтр на маты, но его, конечно, обходят, если хотят. Баним обычно за оскорбления. Если идет дискуссия, споры, пусть даже без намека на переубеждение. Механика соцсетей сейчас такая, что споры – это выгодно. Бороться с этим вредно для самого паблика. Да и банить людей за мнение – неправильно.


Сейчас змагарство, конечно, существует, но я надеюсь, что оно видоизменится, потому что в этом виде оно себя дискредитировало. Сейчас нет оппозиционной народной силы, есть отстатки, и большинство их не принимает – сильны ассоциации с прошлым. Нас тоже относили к этой категории: «О, да вы посмели смеяться над законами? Да вас, наверное, Госдеп финансирует!». К сожалению, никто нас не финансирует. А хотелось бы. И даже предложений не было (смеется). С другой стороны, финансирование диктует повестку, а так мы что хотим, то и пишем. Сейчас на финансирование я бы не соглашался. У меня бывают периоды, когда я хочу все бросить, продать – и пускай оно все само. Я думаю, у всех такие периоды бывают, когда хочется все бросить. Но отдавать или менять политику паблика не хочется – жалко. Время от времени мне предлагают продать сообщество за 6-8 рублей за подписчика. Получается что-то вроде десяти тысяч долларов, но… Нет смысла. В крайней степени отчаяния – может быть. А так – нет.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«Людзі запісваюцца да беларускамоўнага доктара i атрымліваюць зніжку ў 5%». Адзіная ў Мінску стаматалогія, якая працуе на мове

Герои • Мария Русинович
Пакуль сацсеткі працягваюць разрывацца ад моўных спрэчак, мы знайшлі ўладальніка адзінай у сталіцы стаматалогіі, якая працуе на мове і нават робіць зніжкі беларускамоўным кліентам. Акрамя медыцынскага бізнеса Францішах Жылка адбудоўвае млын ў родных мясцінах, з якой пайшоў яго амаль шляхецкі род.
Популярное