Как айтишник Саша стал йогом Ашокой. Потерять всё в Беларуси и уехать на полтора года в Индию, Китай и Гималаи

Места • Владислав Рубанов
Ашока, который в прошлой жизни был айтишником Александром Марчуком, сейчас Преподает йогу и много путешествует, но всегда возвращается в Минск. Его история началась с того, что жизнь в Беларуси повернулась к нему задней поверхностью, он собрал рюкзак и уехал на полтора года скитаться по Азии. За путешествием Ашоки нужно следить строго хронологически – тогда можно увидеть, как трип в «нецивилизованный» мир меняет светского человека.

Полтора года назад я и не думал, что вот так уеду. Ведь я только получил диплом, мои стартапы приносили большие деньги, я даже квартиру в Питере уже присматривал. Казалось бы, все хорошо. Но, как по законам жанра, жизнь меня обломала. Я сделал предложение девушке – и мы расстались. Умерла крыса. Сбежала кошка, которая долгие годы была со мной. Стартапы сгорели. Все за одну неделю. Тогда я задался вопросом: а что теперь-то меня тут держит? Черная полоса будто желала вытолкнуть меня, и я упаковал рюкзак.

Тихая Карелия и дикая Монголия

Я поехал в Карпаты, чтобы все обдумать. Там-то мне и пришло озарение: надо двигаться, и созерцать. В голову ударила мечта увидеть мир, и я отправился в свое больше путешествие. Сначала я проехал Россию от Карелии до Алтая. Никуда не спешил, заезжал в разные города. Поднимался высоко на Каракольские озера, ходил в походы. После этого в Монголии месяц автостопил через пустыню в грузовиках с коровами и ночевал в юртах. Однажды даже остался в пустыне один: просто не было машин. Покой, тишина и пустыня вокруг. Есть только ты, и больше ничего.

Монголы дикие, но не опасные, просто самобытные: до сих пор живут в юртах и пасут стада коней и яков. К тому же они довольно гостеприимные: дадут приют любому путнику бесплатно – это у них традиция такая. Правда, едят только мясо: там нет никакой растительности. Здесь-то и созрел небольшой конфликт – я вегетарианец, а они этого не понимали. Думали, я болен, даже вылечить пытались. Но вот лайфхак для вегетарианца, путешествующего по Монголии: можно питаться сухарями и запивать молоком яков – оно жирное, так что вполне хватает, чтобы насытиться.

А вот их столица Улан-Батор куда круче той же Москвы – так сильно отличается от всей Монголии в целом. Вот едешь ты средь пустыни и диких монголов с их бездонными глазами, а потом – бам – и памятник Битлам и монголы-хипстеры. Да там даже клубы круче, чем у нас. Как говорят: Минск – не Беларусь, Варшава – не Польша, Москва – не Россия, а Киев – не Украина. Здесь-то и понимаешь, что нельзя судить о всей стране только по ее столице.

Китай, где любят «белых» людей

Следом за Монголией я попал в Китай, куда сделал визу заранее. Как только пересекаешь границу, бросается в глаза большое количество зелени и деревьев – после Монголии-то! И цивилизация: новые технологии кругом, все гоняют на электромобилях... Там все создано для комфортной жизни человека, настоящий реализованный коммунизм. Такие приятные условия для жизни я видел разве что в Нидерландах.

Я ехал вдоль самого «Вавилона»: где крупные города вроде Шанхая и Пекина. Однажды мне пришлось ночевать на Китайской стене. Потом некоторое время жил в буддийском храме – на самом деле, я зашел туда просто поклониться. Но монахиня увидела, что я сделал это искренне, и предложила мне ночлег. Конечно, у меня были какие-то сбережения, но я хотел отдаться свободе. Зарабатывал я тогда игрой на улице на диджериду. Но вообще играть музыку на улицах Китая – довольно своеобразный опыт. Там очень много людей, и на любого белого реагируют, как на звезду: все хотят с тобой сфотографироваться, подружиться. Так что когда начинаешь играть, вокруг тебя тут же скапливается толпа из сотен китайцев, и все снимают тебя на камеру. Сидит белый человек с какой-то странной трубой и дудит – нонсенс! Однажды полиции даже пришлось разгонять эту толпу, потому что она перекрыла всю улицу. Правда, китайцы очень роботизированные: пока ты им не покажешь, что можно положить деньги, никто не положит. Но стоит кому-то одному это сделать – тут же все эти сотни зрителей последуют его примеру. Пару раз случалось, что мне не удавалось найти жилье или место, где можно было бы поставить палатку, поэтому приходилось ночевать в закоулках на улице. Находишь себе, казалось бы, безлюдное и тихое место, а утром просыпаешься в окружении любопытных китайцев, и все снимают тебя на видео – с добрым утром!

Через каучсерфинг я познакомился с русскими, с которыми мы потом вместе играли на улице. Там, кстати, живет много русских: работают чаще всего преподавателями английского или моделями – самые распространенные профессии среди белых. Там, если ты белый, тебе могут платить даже за то, что ты тусуешься в баре: просто пришел и танцуешь. К тебе относятся, как к знаменитости: фотографируются с тобой, рассылают своим друзьям фото, мол, смотрите-ка, у меня появился белый друг! Это престиж.

Насчет автостопа в Китае: на трассе восемь полос в одну сторону и восемь полос в другую – вот такие там дороги. Бывают и больше. Это просто мегамагистрали, на которых ты стоишь с вытянутой рукой, а машины буквально пролетают мимо. Люди не разговаривают на английском, поэтому я пользовался оффлайн-переводчиком гугл. Зато китайцы активно предлагают помощь. Они не понимают, что белый делает на дороге, хотят всячески тебе помочь: либо билет покупают, либо большие деньги предлагают просто так, либо номер в крутой гостинице снимают. И от некоторых фиг отделаешься: мне говорили, что отведут в полицию, если я не приму их помощь. У нас, конечно, все по-другому – более скептично относятся к автостопу. У нас люди друг другу не доверяют, а там тебе все хотят помочь. А еще они очень любят поесть. Едят больше, чем мы, и много пьют да курят. Я думал, это в России такая проблема, что так много пьют, но нет. И при этом не было никакой агрессии – в Китае я ни разу не почувствовал опасности.

Вдохновленный Китаем и его добротой, я заехал в Гонконг. Это область капитализма, одна из финансовых столиц мира. Я сразу же понял, что тут все совсем иначе: никто на тебя даже не смотрит, вокруг ходят очень жадные люди в золоте. Даже жилье на каучсерфинге не удалось найти, потому что все хотели денег. Поэтому мне пришлось остановиться на острове Лантау – одном из островов Гонконга. Он куда более зеленый и без Вавилона. Познакомился с беларусами, украинцами и россиянами. Оказалось, они ездят туда на заработки: играют на улице. Этим там действительно можно заработать большие деньги, но ты должен делать шоу на профессиональном уровне. Проработав на улице два месяца, оставшийся год можно жить в путешествии и ни в чем себе не отказывать.

Я пошел в горы, где находится самая большая статуя Будды, а рядом с ней – буддийские храмы. Когда к ним подошел, думал, что меня там покормят или хотя бы дадут воды, потому то сам я опрометчиво ничего с собой не взял. Как оказалось, даже в храмах там жадные люди. В храмах Китая меня кормили, бегали вокруг и относились почтительно, как к гостю. В Гонконге все по-другому. Поэтому на оставшиеся деньги я купил билет на Бали, и улетел.


Рай на Бали

Приземлившись, я понял, что пришел отдых, тайм-аут после выживания в Гонконге. Там ведь даже телефон негде было зарядить, потому что все это стоило денег! Холодная вода стоила дороже, чем теплая... А тут меня сразу же окружили добрые люди. Я неделю жил в традиционной балийской семье. Как и везде, старался максимально влиться в местную жизнь, быть не туристом, а именно путешественником. А балийцы – это ведь очень древняя культура, которая сохранилась до сих пор. Они живут церемониями, вся их жизнь – церемония поклонения богам. На этих церемониях то зубы пилят, то в танцах впадают в транс. Оценивать это все разумом нельзя – он скажет, что они больны, но это не так. Они просто другие, нормальные относительно своей культуры. И я жил их жизнью: ел руками, мылся, как они. С ними не было никаких проблем: этот народ терпим ко всему. А каждый их дом – это целый храм и шедевр: они постоянно заняты тем, что создают красоту вокруг себя, хоть и так уже живут в красоте неописуемых закатов и океана.

Немного пожив с местными, я поехал к своим друзьям из Москвы, которые уехали туда лет шесть назад. Они сняли себе большой красивый дом за такие же деньги, как у нас в Минске обычно снимают трехкомнатную квартиру: около 400 долларов. Живут себе среди пальм и едят кокосы с фруктами.

На Бали съехалось большое количество иностранцев со всего мира, в том числе и беларусов. Визу тут ставят по прилету, для беларусов первый месяц бесплатный, а на второй уже надо заплатить около 40 долларов. Но можно брать социальные визы на полгода. Такие делали ребята из Москвы. Они вылетали из Бали на соседний остров в Куала-Лумпур, делали там визу – и назад. В Москву вообще никогда не возвращаются – балийцы принимают всех. Я чуть было даже не остался жить в этом раю, даже дом себе уже искал. Думал, может, фрилансить начать – я же айтишник. Но в голове был вопрос: а я ехал, чтобы остаться? Но посмотрел на карту – а тут Индия рядом. Почему же я еще не там? На следующий день я уже должен был ехать смотреть дом, но вместо этого поехал покупать билет и подаваться на индийскую визу. Там она делается в районе 4-5 дней, да и стоит недорого (но на срок не более трех месяцев). Я приехал в аэропорт и в предвкушении чего-то совсем иного ждал самолет... Но прямо перед вылетом кто-то стащил мой телефон.

Самое важное в путешествии – не терять телефон. Карточки заблокировались, я не мог получить доступ к деньгам и выйти в интернет. Остался только билет на самолет. А пересадка была в Сингапуре – это ведь такая же финансовая столица мира, как и Гонконг. В общем, не ел я ничего целые сутки. Прилетел в Индию, можно сказать, полностью почищенным после голодухи: встречай, мама-Индия! И она приняла меня в теплые объятия.

Индия, которая меняет людей

Денег у меня не было, и первое время – недели две – я жил, словно отшельник. Питался прасадой в храмах. Индусы давали телефон, чтобы я мог связаться с родителями. Там, кстати, очень искренние люди. Смотрят на тебя, и их глаза наполнены детством: очень наивные. Поэтому, наверное, англичане так легко их обманули, обокрали и сейчас живут на их деньги. Индусы, которые сюда приезжают, уже совсем другие. Там ведь далеко не у всех даже паспорт есть. Паспорта есть у маленькой части населения, которая европеизировалась и стала более западной.

Через какое-то время ко мне прилетела подруга и передала карточку от родителей. С этой подругой у нас начался совместный «духовный» путь по Индии. Мы остановились в ашраме – обители мудрецов и отшельников. Там нас пригласили в Раджастан, где проходила церемония ягия. Ягия – это 108 кунд, кунда – это кострища, куда дают подношения. Таких кострищ очень много. Все сидят вокруг них и кидают туда рис и цветы. Это все длится целый день под чтение мантры и вводит в трансовое состояние. Я никогда не испытывал ничего подобного – у меня был коннект с другим миром во время церемонии. А вокруг нашего купола, под которым происходила ягия, ходило десять тысяч человек. Ее организовали раджи – короли – богатые люди и бизнесмены. Они это делают для устранения препятствий в бизнесе. Проводят это брамины – то есть каста духовных людей – йогины. В течение десяти дней мы каждый день сидели и делали подношения. Честно, раньше я тоже скептически относился к этому: сидит кто-то, кидает что-то в костер. Но, как оказалось, это лишь внешний процесс. На самом-то деле все происходит внутри: улыбаешься внутри – улыбаешься и снаружи. Учишься управлять внутренним миром, контролировать его и свой ум. Йога – это не спорт: асан чистоты тела – лишь первая ступень, а дальше идет работа с мыслями. Вот так я открыл для себя йогу.

Итальянский художник рисует богиню Кали Ма в храме Кали Ма с девушки Софико из Грузии

Дальше путь привел нас в Варанаси – это самый древний и густонаселенный город на Земле. Он известен тем, что там кремируют людей на гатах у реки Ганга. Но это главное – в Варанаси очень много университетов и там сконцентрированы великие учителя Индии. Я там изучал флейту-бансури, а моя подруга Настя училась играть на ситаре. Мы играли музыку и каждый вечер смотрели, как сжигают тела людей. Для нас стало нормой созерцать бренность тела. Это можно понять, когда сидишь на гате – ступени в Гангу, где все прогуливаются и где сжигают трупы. Здесь наблюдаешь рождение, жизнь и смерть одновременно. Смотришь в одну сторону – рождается ребенок. Поворачиваешь голову чуть правее, а там уже вовсю живут: дети веселятся и запускают змей, кто-то наркотики продает, кто-то преподает йогу – такой жизненный концерт. Вновь переводишь взгляд, а там огонь, который все это забирает с собой, сжигая остатки.

Люди со всего мира праздную Рождество в Варанаси

Затем я отправился в Мумбаи, где решил подзаработать – нашел агентов и снимался в кино в болливуде. Причем этих роликов я, честно, так и не увидел, хотя снимался в роли Александра Македонского и в каком-то рекламном ролике. Потом просто сидел на бэках. Платили по 100 долларов за одну съемку – она может длиться и пять минут, но ты там тусуешься часов пять. Так некоторые и зарабатывают: ценится там белое лицо, поэтому многие и остаются актерами. А сам Мумбаи – город-многомиллионник: он как три Беларуси в одном городе. Я жил там в престижном районе возле болливуда, потому что нашел на каучсерфинге режиссеров-студентов. Они ели бургеры, пили пиво и смотрели американских «Бесстыжих». Какими же удивленными глазами они на меня смотрели, когда я начал говорить им о йоге...

После всего этого киношного опыта заехал в Варанаси и Раджастан. Если искать настоящие индийские красоты, то это Раджастан. Кажется, что там до сих пор живут алладины, потому что это сказочное место белоснежных и чистых дворцов.

Аскетичный Непал и Гималаи

Следом я поехал в Непал и там пробыл около двух недель в уже совершенно другой атмосфере. Многие индусы говорили мне, что непальцы очень изменились под влиянием Запада. Еще 20 лет назад они были очень одухотворенными, совершенно другими. Но за одно поколение сильно спились, скурились и развратились, поэтому сейчас Непал совершенно другой. У молодежи интересы – секс, алкоголь и тусовки. В Индии я долгое время вообще не видел алкоголя, никакой агрессии не встречал на пути. А тут мне приходилось разнимать пьяные драки. Для меня это было дико, я совсем отвык. Люди из-за алкоголя на моих глазах становились неадекватными. Он приводил к страданиям, хотя, в принципе, он расслабляет.

Но в Непале я тоже попал на духовную движуху и встретил своего будущего гуру. Там я получил дикшу – посвящение в йогины. Есть йогический орден, как орден джедаев. Кстати, в принципе, этот фильм полностью списан с этой культуры, просто названия поменяли. Даже имя, которое мне дал гуру во время таинства, – Ашока – похоже на имя Асока из Звездных Войн.

Гуру Махайог Пайлот Бабаджи

Там в ашраме была еще одна большая ягия, которую уже проводило правительство Непала – после этой церемонии я все-таки поехал в Гималаи делать аскезу и начинать путешествие внутрь себя. Как я накатался за это время! Проделал такой путь, увидел столько всего, что просто не описать. Пора было все это осознать, начать путешествие внутрь своей вселенной, а она еще интереснее, чем внешний мир. А сделать это возможно с помощью йоги.

Поселился в ашраме высоко-высоко в горах, прямо перед нами текла священная река Ганга. Это был ашрам моего гуру махайога, что означает великий йог гималайский. Он трясет деньги с правительства и богатых людей на всяких ягиях, а на эти деньги строит ашрамы, школы и дороги в Гималаях. Нас там постоянно кормили. Он говорил: ешьте, живите, но главное – медитируйте, постигайте себя, потому что сейчас нужны одухотворенные люди, чтобы сеять знания, чтобы мир стал лучше. «Делайте все во благо, – говорил мой гуру. – Главное, делайте все во благо». У него, кстати, много учеников по всему миру: в Японии, Испании, Украине... Многие звезды шоу-бизнеса, политики и влиятельные бизнесмены – его ученики.

Пока в Беларуси была зима, там цвели розы и спели фрукты. В Гималаях очень комфортно. Каждый день я омывался в ледяной реке. Практиковал йогу. Потом понял, что надо двигаться еще выше. Поехал почти к самому леднику – там уже жил в пещере. Там ночью зима, а днем – дикое пекло. Я ходил медитировать на ледник. Вокруг абсолютная пустота: никаких игр, никакого материального мира, ничего не отвлекает. Мои учителя-йогины сказали, что теперь надо помогать людям и нести эти знания. Мне даже кажется, что я лишь проводник, а йогины и гуру работают через меня.

Братья-йогины

«Материальная» Беларусь

Во время путешествия я понял, что самая яркая черта беларусов – это умиротворенность и нежелание что-то менять. Беларусы любят стабильность, в отличие от украинцев и грузинов. Эти две нации больше похожи: они любят кидаться в крайности, поэтому у них постоянно какие-то революции, развитие. А наши сидят в своем мирке, остерегаются друг друга, и раскачать народ сложно.

Но тут становится немного свободнее: заметно европейское влияние, как во Львове – на той же Зыбицкой чувствуется такая страсть... Вот, например, в Гималаях далеко-далеко в горах люди никогда не касались цивилизации, они живут, как хоббиты. Это прекрасные лесные люди – восприятие их чисто, но как только в деревушке появляется телевизор, через поколение эта деревня начинает вырождаться под влиянием западной культуры. Они теряют духовность, потому что западная культура разрушает местную.

И в Минске, пока меня не было, появилось больше европейской жизни – материальных ценностей, которые сегодня есть, а завтра нет. Только люди не понимают сути. Но ничего страшного, пусть живут. Главное – чтобы не было войны.

Лайфхаки для начинающего путешественника

Интернет и визы

Практически везде был интернет. Даже в Гималаях. Ну, разве что высоко, где пещеры, не было вайфая. Но там вообще никакой связи не было, поэтому я заранее предупредил всех, кто ждал от меня новостей. А в ашраме, который располагался чуть ниже в горах, он был, и я спокойно общался по видео с родителями.

Любые визы можно получить в посольстве той страны, куда ты хочешь ехать. Например, в Китае я мог сделать визу в Индию или на Бали. Необязательно возвращаться в Беларусь, чтобы сделать ее тут. В других странах их дают даже легче, чем у нас. Но иногда случаются забавные ситуации, когда в некоторые посольствах не знают, что такое Беларусь.

Правила автостопа

До Гонконга весь путь я проделал автостопом. Конечно, я и до этого много так катался: Европа, Казахстан, Беларусь, Украина, но на такое длинное расстояние, конечно, впервые. У автостопа везде разные правила, он непредсказуем – особенно в России. Попадаются люди с самыми разными намерениями, поэтому нужно всегда держать себя под контролем. А в Китае или Монголии уже можно ехать расслабленно. Там тебя считают иностранцем, поэтому к тебе совершенно другое отношение. Главное правило для девушки в России – ездить нужно с мужчиной.

А так – выходишь на дорогу, подбираешь место, где удобно остановиться машине и выставляешь руку. Надеваешь какую-нибудь заметную, яркую одежду. Конечно, не надо выглядеть, как гот или панк, и тогда тебя будут нормально подбирать. Люди расскажут тебе всю свою жизнь – это и есть самое интересное в автостопе. Они видят тебя только сейчас, и вы больше никогда не встретитесь, поэтому рассказывают такое, чего даже самому лучшему другу никогда не расскажут. Так я ездил с менеджером одной звезды шоу-бизнеса и узнал, что эта звезда нетрадиционной сексуальной ориентации.

Как зарабатывать в пути

Я зарабатывал музыкой, это удобно: можно останавливаться, где угодно, и подрабатывать. Можно что-то делать руками и продавать, можно устроиться в кафе официантом. Если есть голова на плечах, то что-нибудь ты сумеешь или научишься в пути: кушать-то захочется. Но лучшего всего, конечно, если ты фрилансер или блогер и зарабатываешь на рекламе, если у тебя тысячи подписчиков в соцсетях. Даже спонсоров можно найти на путешествие – продвигать какие-то бренды: поставил их флажок в Индонезии или на Эльбрусе, а они за это тебе полностью покрывают путешествие. Знакомые ребята путешествовали так: приехали в Китай и остались там жить. Он преподает английский китайским детям, а она работает моделью. Как я и рассказывал, там могут платить просто за то, что ты тусуешься в клубе. Да и подработку можно найти везде. Но в Китае, если ты зарабатываешь уличной музыкой, тебя может прогнать полиция. Они ничего плохого тебе не делают, могут даже помочь: купить билет на транспорт или даже дать денег. У них такая полиция, что тебя там точно не посадят и не побьют за игру на улице. Очень уважительное отношение к иностранцам, словно к неприкасаемым.


С Ашокой мы познакомились благодаря проекту «Жывая Бібліятэка»

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Голые ноги, странный ведущий и сексуальные литовцы. Фоторепортаж с Mirum Music Festival

Места • Ирина Михно
Вчера, 19 августа, прогремел один из последних летних масштабных фестивалей Беларуси: Mirum Music Festival. И KYKY там был, поэтому рассказываем, что происходило под стенами мирского замка, и превратился ли еще один душевный фест в коммерческий проект.