«Для папы стать президентом – детская мечта». Трогательное интервью с Машей Бабарико

Герои • Мария Мелёхина

Мария Хаворт, дочь Виктора Бабарико, живет с мужем в Австралии – встретить новость о выдвижении отца в президенты ей пришлось дистанционно. Как, впрочем, и новости о деле Белгазпромбанке и арестах Виктора и Эдуарда. Сейчас Маша помогает штабу отца и раздумывает о возвращении в Беларусь. Она рассказала KYKY о своей семье и том, куда людей приводят детские мечты.

«Характер – папин, но бунтовать было не против чего»

KYKY: Давайте поговорим о вашем детстве. Где вы учились, в какую школу ходили, университет?

Мария Бабарико (М.Б.): Мое детство прошло в Минске: во дворе дома по улице Тухачевского. В этом же дворе прошло и папино детство. Соответственно все соседи нас знали – дружный был двор. До сих пор общаюсь с соседкой по лестничной клетке. Есть такие люди, знаете, сильные и бесстрашные, как природная стихия. Такая и она. Поэтому мне никогда не было страшно, даже если родителей не было рядом – я всегда знала, что могу позвонить в соседские двери.

Недалеко от дома была речка, вблизи которой мы любили гулять. Папа всегда был спортивным и постоянно нас чему-то учил: плавать, кататься на велосипеде. Мне было, наверное, лет 6, когда отец меня учил кататься. И я поехала сначала зигзагами, а потом не справилась с управлением и упала в реку вместе с велосипедом. Это был март месяц – вода ледяная. Папа меня спасал, а Эдька (Эдуард Бабарико – Прим. KYKY) ехал за сухой одеждой.

Потом была школа, точнее гимназия №1 в Серебрянке с углубленным изучением английского, куда мы пошли вдвоём с Эдькой. Преподавательский состав был отличный, что позволило сразу поступить в БГУ на факультет философии и социальных наук на отделение психологии. Во время учебы я уже подрабатывала в IT-компании – меня интересовало применение психологии в сфере бизнеса. И на третьем курсе – это был 2009 год, я нашла курс Манчестерского университета, который сочетал бизнес, финансы и HR. Подала документы, поступила и улетела учиться в Англию. Это была моя давняя детская мечта: не просто побывать в Британии, а пожить там, увидеть все то, о чем я читала в книгах. Поэтому долго не раздумывала. Потом еще несколько лет я проработала в Лондоне. В это же время и познакомилась со своим будущем мужем на одном из тренингов в Нью-Йорке. У нас завязались отношения на расстоянии: он – в Австралии, я – в Англии.

Когда мы решили жить вместе, подала документы в магистратуру по финансовому анализу в Сиднее и переехала в Австралию. Получился такой мягкий переход: за год учебы в магистратуре я хорошо поняла австралийский рынок, завела друзей. Австралия, в отличие от Англии, не такая суетливая. В этом смысле австралийцы чем-то похожи на беларусов: здесь размеренный темп жизни, а в приоритете – семейные ценности.

KYKY: Всегда ли отец поддерживал ваш выбор? Случались ли разногласия в плане работы, учебы, жизненных перипетий?

М.Б.: И мама, и папа всегда с уважением относились к нашему выбору. Могли поделиться своим мнением, отношением, но никогда ничего нам с Эдиком не навязывали. И я не помню ни одного случая, чтобы меня в чем-то не поддержал отец. Мама восприняла мой отъезд в Австралию на удивление быстро, а вот с папой были долгие разговоры, ведь это такие расстояния… Понятно, что родителям было тяжело отпускать. Но папа сказал: «Это твоя жизнь, и ты должна делать, как считаешь правильным».

Свадьба была в Австралии. К нам приехали друзья из разных уголков мира – компания собралась разношерстная. Был и папа, и Эдька с девушкой, родственники со стороны мужа – у него тоже достаточно сплоченная семья.

KYKY: Вы больше папина, чем мамина дочка?

М.Б.: По характеру я скорее в папу. Мама же всегда была моей лучшей подругой. С ранних лет она общалась со мной на равных: ее всегда интересовало мое мнение, и она с ним искренне считалась.

KYKY: В вас есть дух бунтарства? Например, Виктора Бабарико на 4 курсе исключили из университета и комсомола, поэтому «вышку» он заканчивал 7 лет.

М.Б.: Деталей этой истории я не помню, но там было что-то банальное: какая-то шутка с друзьями. Но его действительно исключали, и какое-то время он работал на заводе – потом восстановился и закончил университет. Для моей бабушки и дедушки высшее образование было важным моментом. И отец тоже ставил это в приоритет. Отмечу, что мой папа и его сестра – моя тетя – были первым поколением в нашей семье, которое закончило высшее учебное заведение.

Что касается духа бунтарства, то мне не было против чего бунтовать – все наши решения уважали и принимали, а против себя бунтовать глупо. Моя мама была творческой женщиной и с интересом относилась к экспериментам. Помню как-то она мне сказала: «Маша, смотри какая у девушки классная татушка. Если хочешь, сделай себе такую же». И что на это скажешь? Поэтому мой бунт выражался в отсутствии татуировок, классическом стиле одежды. Мой повседневный гардероб, скорее, как у покойного Стива Джобса: джинсы и водолазки разных цветов (смеется). 

«Главное, чему меня научили родители, – любовь» 

KYKY: Самое важное, чему научили вас родители – это…

М.Б.: Папа научил анализировать и не бояться делать самостоятельный выбор. А еще он говорил, что любая неудача или ошибка – это просто опыт. Нужно отбросить страх и идти вперед. Мама же научила доброте и пристрастила к прекрасному – она любила искусство и окружала себя красотой, умела создавать эту атмосферу. Ей нравилось придумывать дизайн, делать что-то руками. Наш детский гардероб – это ее рук дело. Но самое ценное, чему научили меня родители, – любви.

KYKY: У вас есть дети? Какие постулаты из вашего детства вы бы им передали?

М.Б.: Пока детей у меня нет, но для папы вопрос внуков стоит остро: он хочет понянчиться, стать, наконец, дедушкой. Нам всегда в детстве говорили, что кому больше дано, с того и больше спрос, на том и больше ответственность. И я бы хотела донести это до своих детей. Ведь это и про способности тоже: если они даны, ты несешь ответственность, чтобы их развивать, не останавливаться на достигнутом. Также я бы прививала своим детям трудолюбие и понимание, что каждый человек должен быть полезен обществу.

KYKY: Лого предвыборной кампании Виктора – сердце. Символ любви и великодушия. Ваша мать занималась благотворительностью. И Виктор неоднократно утверждал, что построить счастливую семью было непросто, так как изначально ваши родители были совершенно разными людьми. Как вы думаете, что он имел в виду?

М.Б.: Наверное, разное воспитание, истории, темперамент. И выстраивание семейной жизни – всегда труд. Нужно уметь договариваться, искать компромиссы. Конечно, я видела, что мои родители иногда ссорятся по каким-то бытовым вопросам, но это не были страшные ссоры, скорее, бытовые разногласия. Например, папа приучал выключать везде свет, а мама любила оставить его включенным. Тогда папа проносился по квартире и везде его выключал.

KYKY: Ваш отец – щедрый или бережливый? Баловал ли он вас подарками или сугубо по праздникам?

М.Б.: Отец – человек не расточительный. И что касается подарков, у нас никогда не было настройки на материальное. Подарки были ценны своим символизмом, а не стоимостью. И до сих пор я не сильно привязана к материальному. Я ценю стиль и комфорт, но у меня нет дорогих вещей в гардеробе, а в быту я предпочитаю практичность и минимализм. Но зато отец привил любовь к путешествиям, дал возможность посмотреть мир и исследовать разные культуры. И я благодарна ему за это.

KYKY: В 1998 году, когда у вашей семьи еще не было собственной квартиры, Виктор купил пластинки «Битлз» и повез семью на Канары. Это кажется безумием, когда в стране была абсолютная нестабильность и нищета. Вы помните эту поездку?

М.Б.: Это было наше первое путешествие за границу. Мы прилетели на Тенерифе в не сезон, было прохладно, но меня поразило буйство красок и экзотическая природа. Мы арендовали маленькую смешную машину – папа мог ее обнять руками – чтобы исследовать остров. И казалось, мы взлетим на виражах – там очень холмистая местность.

Я бы не назвала эту поездку расточительством. Скорее это инвестиция в наш кругозор и образование. И пластинки Beatles – это ведь тоже вложение в нематериальное. У папы была целая коллекция – он меломан. Помимо Beatles дома часто играли Rolling Stones, Deep Purple, Фицджеральд. У нас был катушечный магнитофон, и отец сам рисовал обложки для бобин. Также с первой премии родители купили нам собаку – щенка породы чау-чау. Деньги для того и нужны, чтобы иногда делать безумные вещи и дарить радость близким.

KYKY: Вы сказали, что отец сам рисовал. Отсюда и страсть к живописи, которая позже выльется в меценатство и возвращение картин беларуских художников на Родину?

М.Б.: В какой-то мере он был любителем живописи, но больше – мама. Можно сказать, это был их общий интерес.

KYKY: Сколько стран за вашими плечами?

М.Б.: Точной цифры не скажу, но это порядка трех десятков стран. Я объездила почти всю Европу, была в США, Канаде, Южной Америке, Южной Африке, Австралии. Чуть меньше исследовала Азию. Последняя семейная поездка была в Канаду – еще до ситуации с коронавирусом. Наверное, одно из самых запоминающихся путешествий – поездка в Новую Зеландию. Ведь именно в этой стране снимали «Властелин Колец». Думала, умру от счастья, когда увидела домики хоббитов. Это такая страна, где можно не планировать путешествие, а просто сесть в машину и ехать. Пейзажи за окном – это отдельный вид магии: зеленые холмы, горы с заснеженными верхушками – невероятная природа.

Для меня «Властелин Колец» – особенная книга – мне ее в детстве читал папа. И фильм по этой книге мы пересматриваем каждый Новый год. Это произведение рассказывает о дружбе, преодолении трудностей, пути к цели, победе добра над злом. Она учит, что всегда нужно бороться, отстаивать свои интересы. Много фундаментальных ценностей, которые я взяла с собой во взрослую жизнь.

«Если Тихановскую снимут, план действий есть» 

KYKY: В одном из путешествий случилась трагедия с вашей мамой…

М.Б.: Да, у нас был семейный отпуск, после чего я поехала в Италию на свадьбу к другу. За день до торжества, когда я была уже в другой стране, папа позвонил и сообщил о гибели мамы в Португалии. На следующий день я вылетела на место трагедии, чтобы быть с семьей. Мы всегда были очень близки с мамой, поэтому был тяжелый период. Будто разрушилась картина мира. И для папы – в особенности. Он говорил, что жизнь продолжается, но она потеряла краски. Как цветное кино, которое резко стало черно-белым. Для него мама была целым миром, и в один момент этот мир рухнул. Тем не менее, он нашел силы двигаться дальше.

Виктор с супругой Мариной. В 2017 году она трагически погибла

KYKY: Как вы считаете, политическая кампания Виктора – это поиск нового мира, нового смысла? Ведь когда у тебя забирают целый мир, нужно создать новый.

М.Б.: Думаю, это нужно спрашивать у отца. Но мечта стать президентом была у него с детства – об этом он говорил в своем автобиографическом фильме.

KYKY: Если бы сейчас вам удалось поговорить с отцом, что бы вы ему сказали?

М.Б.: Папа, я горжусь тобой и твоим выбором. Я поддерживаю тебя во всем, и меня восхищает, что ты смог пробудить гражданское общество в Беларуси.

KYKY: А если бы вы знали наперед ход предвыборной кампании, вы бы отговаривали его от выдвижения?

М.Б.: Нет. Мой отец умеет оценивать риски. И все возможные сценарии развития событий обсуждались задолго до выдвижения, в том числе и сегодняшний. Знаю, что Эдька сказал папе: «Я подарю тебе 90 дней своей жизни». То есть они понимали, на что идут – у них не было иллюзий, но все равно выбрали этот путь. И такой поступок заслуживает уважения. К слову, объединение с альтернативными кандидатами в случае ареста отца тоже рассматривалось.

KYKY: Если Тихановскую снимут с выборов – есть ли план на этот случай?

М.Б.: Такой сценарий развития событий тоже рассматривался. И план действий есть.

KYKY: Если Виктор Бабарико станет президентом, вы рассматриваете вариант возвращения в Беларусь на ПМЖ?

М.Б.: Сегодня у меня в фокусе – оказание посильной помощи штабу по освобождению политических заключенных, проведению честных выборов. И все мои мысли и энергия сконцентрированы на этом, а не планировании собственной жизни. Но события последних недель показывают, что такой вариант исключать нельзя. В Беларуси мне комфортно – у меня достаточно теплое окружение. Мы с мужем приезжаем каждый Новый год – это традиция.

KYKY: Новый год – любимый праздник?

М.Б.: Да! До сих пор папа не признается, что подарки нам приносит он, а не Дед Мороз. И каждый год мы все еще пишем письма с желаниями. У каждого есть именной носочек, где в ночь на 1 января появляются подарки. Конечно, в моем детстве рождественских носков не было, но и советского – «дождика», елки-доходяги с соседнего рынка – тоже. Мама всегда умела из подручных средств смастерить что-то красивое: как в плане быта, так и на кухне. Помню, нам с братом подарили таких больших, с нас ростом плюшевых мышат. И соседка, проходя мимо, обронила: «Ой, каких мышек вам родители подарили». И у меня случился щелчок в голове, что, возможно, Деда Мороза не существует, хотя в волшебство я продолжаю верить до сих пор.

KYKY: Вы сказали, что оказываете помощь штабу. В чем она заключается?

М.Б.: Сразу после задержания отца и брата я связалась с девушкой Эдьки Сашей Зверевой, она поделилась контактами адвокатов и ребят из штаба. Мы подумали, как я могу помогать, и пришли к формату стримов, в которых я делюсь мыслями и последними новостями про папу. К слову, смотрела выступление Светланы по БТ, слежу за митингами Марии, Светланы и Вероники – они невероятно смелые девушки.

KYKY: Что вы думаете относительно всего происходящего в Беларуси? 

М.Б.: У меня смешанные чувства: с одной стороны, восхищает гражданский подъем в Беларуси. Люди будто проснулись от долгой спячки и начали отстаивать свое право на свободные и честные выборы – берет гордость за нацию. Позиция, которую сегодня проявляет огромное количество людей в Беларуси – это настоящая храбрость. С другой стороны, дикость и цинизм, с которым система пытается все это подавить, вызывает возмущение и непонимание. Но я искренне верю, что те процессы, которые произошли в гражданском сознании, необратимы.

KYKY: Если бы вы оказались перед президентом, что бы вы ему сказали?

М.Б.: Я бы потребовала освобождения своих близких и всех политических заключенных, а также чтобы он позволил людям свободно и честно выбрать лидера своей страны.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«Голосовала за Лукашенко в 94-м – сейчас исправляю ошибку». Спросили гостей пикета Тихановской, как побороть страх

Герои • Ирина Михно

Этим летом в Минске не было каноничных опен-эйров с фудкортами из-за пандемии. Их заменили – кто бы мог подумать – агитационные пикеты Светланы Тихановской. Вчера больше 60 тысяч человек пришли в парк Дружбы народов, чтобы выразить солидарность и послушать своего кандидата. И мы там были – поговорили с гостями «фестиваля» о том, что такое страх и как его победить. 

Популярное