«Учимся в загонах». Меня отчислили из университета и преследовали за акции протеста

Герои • Мария Мелёхина

17 октября 2020 года студенты вышли на улицы Минска, чтобы выразить свое несогласие с действующим режимом. Некоторые – встали на колени после «хапуна», который случился на улице Козлова. Студент пятого курса архитектурного факультета БНТУ и бывший председатель профкома Артемий Супранович рассказал KYKY, почему был вынужден уехать из страны, и как система сегодня давит на студентов и преподавателей.

Система прогнила изнутри

Мне 21 год, и это были первые выборы, в которых я принимал участие. Мне импонировал Бабарико, но когда его посадили, решил голосовать за Тихановскую. Я – всегда за правду, а когда людей так нагло обманывают… Я был независимым наблюдателем на выборах. И то, что увидел – потрясло: система полностью прогнила изнутри. Сплошь и рядом были нарушения, но их старались не замечать.

 

Так, бюллетени выдавали без предъявления документа, удостоверяющего личность. Я писал жалобу по этому поводу на имя членов комиссии, просил заранее уведомить о ее рассмотрении. В итоге все было сделано втихую: решение – никаких нарушений не зафиксировано. Потом меня не пускали на избирательный участок, сотрудники милиции говорили, что я провожу незаконные опросы граждан. Но я им сказал: «Посмотрите видеозаписи с камер». И тогда от меня отстали, правда, потом перестали пускать на участок. Далее началась слежка. По Вилейке, откуда я родом, за мной ездила черная машина. Но все обошлось – не забрали, хотя другим честным наблюдателям повезло меньше. Многих забирали на «сутки». Как и тех, кто ждал протоколов под участками в день выборов. На разгон приезжал даже ОМОН.

Студенческий марш и стачком

Август был жарким – протесты прокатились по всей стране. И студенты не могли оставаться в стороне. 24 августа мы собрались возле главного корпуса БНТУ, чтобы обсудить вопросы внутренней политики вуза. В частности, студентов беспокоила плачевное состояние учебных корпусов, несмотря на ежегодное повышение оплаты за обучение. Кроме того, была составлена петиция с политическими требованиями к администрации вуза: отставка Лукашенко; освобождение политзаключенных; привлечение к ответственности силовиков, причастных к насилию над мирными демонстрантами. В случае невыполнения требований студенты грозили начать забастовку с 1 сентября.

И с этого момента началось давление со стороны администрации университета. Нам говорили, что наши действия незаконны. Преподавателей, подписавших петицию с политическими требованиями к руководству вуза, начали вызывать в прокуратуру по телефону и пугать уголовными делами. У нас много солидарных преподавателей, но они вынуждены сегодня скрывать свою позицию. Я это точно знаю – был председателем профкома своего факультета и со многими общался лично. Но есть преподаватели, которые уволились практически сразу – еще в августе. Якобы по собственному желанию, но на самом деле из-за «идеологической неблагонадежности». Кроме того, если кто-то вставал на защиту студентов во время акций протестов, увольняли в тот же день.

Студенты, которые собрались под главным корпусом БНТУ 24 августа. Фото: naviny.media

Потом давление началось и на членов стачкома Белорусского национального технического университета, куда я тоже входил. Мне стало известно, что в течение ближайших дней нас планируют вызвать в КГБ «для допроса как организаторов стачкома».

1 сентября в Минске состоялся студенческий марш, в ходе которого ОМОН всех «винтил». Студентов, которые не пошли на марш и в это время сидели на парах, не выпускали из корпуса – закрыли двери. Потом в учебное заведение вызвали милицию, и двух человек забрали. С этого момента университет наводнился постоянными гостями – тихарями с камерами.

Стали искать создателей телеграм-каналов

Чтобы координировать студенческие акции, был создан телеграм-канал. Сначала он назывался «БНТУ 97», а потом его переименовали в «Политех 97». Дело в том, что нам стали поступать анонимные угрозы с требованием переименовать канал. Мол, название зарегистрировано за университетом, и мы не имеем права его использовать. И нам выдвинули требование: если мы его не изменим в течение суток – за нами придут. Решили не рисковать.

Тем не менее, через некоторое время все-таки стали искать админов студенческих телеграм-каналов. Меня так же вычислили и передали данные в РУВД. Началось жесткое давление со стороны ректората: за каждый пропуск нужно было писать объяснительную в деканат. Три выговора – и отчисление. И я понимал, что рано или поздно за мои политические взгляды меня отчислят.

Cтуденческая акция 1 сентября. Артемий в черной майке. Фото: TUT.by

Сегодня, например, студенты бастуют по каким-то внутренним проблемам университета, а не по политическим причинам, чтобы у администрации не возникло желания жестко наказывать. Например, по условиям содержания.

В БНТУ ужасные условия – мы учимся фактически в загонах. У нас нет своего корпуса, 15 корпус на Борисовском тракте ремонтируют уже больше 10 лет. В 2020 году университету исполняется 100 лет, поэтому к празднику хотят быстрее все отремонтировать, но денег, вероятно, не хватает. Поэтому у студентов стали выбивать оплату за общагу, хотя по правилам могут выселить только через полгода неоплаты. Ведь многие стали бойкотировать платежи в бюджет. Но сейчас ректорат практически каждый день штампует новые приказы. И один из них – дисциплинарное взыскание за задержку оплаты проживания в общаге. Проще говоря, это тот же выговор, коих для отчисления требуется всего три.

Приказ об отчислении и отъезд из страны

Меня предупредили, что готовится приказ о моем отчислении, а также 28 сентября за мной могут прийти, как за организатором студенческих акций протеста. И прямо после «суток», я бы отправился в армию. К тому же в это время стали закручивать гайки и «принимать» админов подобных студенческих чатов. И я принял решение временно уехать из страны.

В ночь с 27 на 28 сентября я пересек украинскую границу. Мне повезло – я попал как раз в момент, когда Украина открыла границы. Правда, на беларуской границе меня долго расспрашивали, куда еду, зачем, просили предъявить дополнительные документы помимо паспорта, обратные билеты. На украинской границе не задали ни одного вопроса.

И уже в Украине в тот же день я узнал, что меня официально отчислили. Через неделю приказ об отчислении пришел мне на почту по месту прописки. Формальное обоснование – систематический пропуск занятий. Но, по факту, я не был всего на нескольких парах. Понятно, что это лишь предлог. Как-то на одном из собраний проректор сказал, что никого по политическим мотивам отчислять не будут – якобы каждый может выражать свое мнение свободно (смеется).

Марш студентов. Минск, Беларусь. 1 сентября 2020 года. Фото: Александр Васюкович / vot-tak.tv

В Киеве я провел несколько недель у знакомых – ни в какие фонды и общественные организации не обращался. За это время получил польскую гуманитарную визу и 12 октября оказался в Варшаве. В планах – подать документы на программу Калиновского, чтобы окончить образование. Пока жду выписки отметок из БНТУ, но университет не спешит с этим. Дело в том, что студентов часто пугают, мол, если на бюджете проучился больше половины срока обучения, а потом забрал документы или отчислили – обязан что-то возместить государству. Но на самом деле долг могут повесить только после выдачи диплома, чего в моем случае не произошло.

Сейчас я продолжаю заниматься координацией студенческих акций через телеграм-каналы, а также принимаю участие в возрождении независимого профсоюза в сфере образования. Эта инициатива когда-то исходила от штаба Бабарико, и я ее подхватил. Мы создаем профсоюзные активы при университетах, к котором могут примкнуть как студенты, так и преподаватели. Счет идет уже на сотни вступивших, хотя работа в этом направлении началась всего полтора месяца назад. Я не планирую оставаться в Польше навсегда. Как только в Беларуси сменится власть, я сразу вернусь домой: к родителям и друзьям. А пока буду делать все возможное, чтобы это скорее произошло.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«Стал ненавидеть ОМОН». Я уволился из СК – и был вынужден убегать от расправы КГБ через лес

Герои • Мария Мелёхина

С Андреем Остаповичем – бывшим старшим следователем СК Беларуси и капитаном юстиции – мы встретились в Центре беларуской солидарности в Варшаве. Андрею всего 27 лет, но за его плечами раскрытие дел об убийствах, изнасилованиях и педофилии. После отказа выполнять преступные приказы в августе 2020 он был вынужден уехать в Россию. Дальше случилась детективная история: его выдворили из страны сотрудники ФСБ, а на беларуской границе «встречали» кгбшники. Далее – рассказ с его слов.

Популярное