Я - фашист и бульбобандеровец

Мнение • Саша Романова
«Белорусское общество оскотинилось. Тронь болото - сразу вонь на всю округу. Я не знаю, вернемся ли мы когда-нибудь в светлое прошлое, когда волк дружил с ягненком, или все потеряно?» Главный редактор KYKY Саша Романова отказывается жить в условиях информационной войны и сравнивает Сергея Михалка, распустившего группу «Ляпис Трубецкой» с монахом, который провел обряд самосожжения.

«Белорусское общество оскотинилось. Тронь болото - сразу вонь на всю округу. Я не знаю, вернемся ли мы когда-нибудь в светлое прошлое, когда волк дружил с ягненком, или все потеряно?» Главный редактор KYKY Саша Романова отказывается жить в условиях информационной войны и сравнивает Сергея Михалка, распустившего группу «Ляпис Трубецкой» с монахом, который провел обряд самосожжения.

Пора признаться: я - фашист. Такой ярлык на меня смело может вешать белорусское патриархальное общество. Не менее емко звучит бульбобандеровец. Давайте, врубаем ненависть! Мы же все поделились на две неравные части, за какой-то месяц старые друзья стали врагами. И если одна часть больше, то вторая - упрямее. Для первой в Минске на парковках раздают российские флажки, под границей стоит путинская боевая техника, а Министерство культуры от греха подальше отменяет спектакли по Гоголю. Все хорошо, холодной войны нет. За глаза легко сделать вид, что ты вне политики. 

Кадр из фильма Алана Паркера 'Pink Floyd The Wall'

Всего полгода назад мы вместе бибикали на Незалежке за отмену налога, который нам всем, белорусам, не нравился. А сейчас одним не нравится украинский национализм, а другим - русская подлость. И грызутся в каждой ленте в соцсетях. Белорусское общество оскотинилось. Тронь болото - сразу вонь на всю округу. Я не знаю, вернемся ли мы когда-нибудь в светлое прошлое, когда волк дружил с ягненком, или все потеряно? «Подлизываешь госдепу», «сосешь у России» - именно в таких терминах мы сегодня общаемся, это нормальная застольная беседа, в конце которой принято грустно и довольно фальшиво вздохнуть: «Дааа, войны не избежать».  


Мне сейчас очень жалко людей из коммунизма. Они теряют друзей, отписываются от лидеров мнений. Их мир стал куцым, уменьшился и сжался в комок. Оттуда ушел Андрей Макаревич с песней «Не стоит прогибаться под изменчивый мир», а еще раньше - Вакарчук с «Я не сдамся без бою». На горизонте замаячили фашисты - единственный понятный народу враг, который, правда, сдох полвека назад, но не зря же мы каждый год празднуем День победы, реанимируя на случай какой-нибудь войны труп давнего врага. Чтобы как-то объяснить себе потоки ненависти в обществе, ты начинаешь вспоминать: действительно, есть люди, которые последний раз выезжали из Минска в 1975-м. Есть те, которых растоптал капитализм, и они вернулись в Беларусь, потому что выживать в социалистической империи проще. Ужас ситуации в том, что они заговорили хором.
Чем плоха империя? Она существует для того, чтобы маленький человек спрятался  за пышностью идей и лозунгов и никогда не стал большим. Империя - это удобство для робких и неуверенных. Таких, разумеется, большинство.
Сейчас они ходят по Минску, вжав голову в плечи, едят русские щи вместо борща - они, набравшие кредитов на 50 лет вперед на квартиры и тачки и понимающие, что куда тут сунешься? Мы как будто переселились в фильм покойника Германа, рассказывающий про общество, не готовое к переменам. Оттого сегодня больно все. Больно даже от факта, что наши деды умирали за Сталина. В фильме Германа, конечно, жить дерьмово, но любая попытка бежать оборачивается тем, что ты остаешься там же. Только голова засунута в ведро, чтобы не видеть, не слышать и не чувствовать запахов.  

Атмосфера скотства отвратительна тем, что ты перестаешь верить. Пытаешься вспомнить, что в людях было хорошего до танков, информационной бойни и Крыма - но не выходит каменный цветок. Быстро вернуть людям любовь и веру в себя умели только монахи. Способ у них был жестковат.

Ребята просто брили голову наголо, обливались бензином и сжигали себя перед началом войны. Это называлось - взять на себя боль большинства. Теперь поcмотрите, что сделал Михалок пару дней тому назад.

После его заявления про смерть группы «Ляпис Трубецкой» последние известия про Крым померкли на сутки и более, гнездо фашистоискателей поутихло, и белорусы хором стали обсуждать новую потерю. Да просто музыкальная надежда рухнула - какой Крым? В жопу Путина. Надежда на то, что белорус может быть суперстар и символом борьбы, двигающей болото к свету, - все это рухнуло одним махом. Почитав петицию, которую народ составляет «Ляписам», чтобы группа не распускалась, я подумала: потенциальная потеря Михалка для мира борьбы и музыки делает людей адекватными, пусть на миг, но они вспоминают о том, что они люди.  


Михалок, конечно, никакой не монах. Но у него получилось сдвинуть махину ненависти в обратную сторону. Хорошо, если за первым шагом последует правильное движение.  Давайте так: пока мы не поймем, не докажем сами себе, что человечество не так плохо, надежда есть, а ближний - не волк, жизнь с головой, засунутой в ведро, отменяется.

Например, бакинские армяне вместо «здравствуй» говорят «цавт танэм», что переводится: «я забираю твою боль». Если бы белорусы говорили друг другу при встрече такую мантру, абсолютное большинство населения перестало бы терзаться вопросом, кто у кого и когда сосет. 

 

 

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Чем национализм отличается от фашизма

Мнение • Андрей Франковский
Лексикон белорусов за прошлую неделю вырос на несколько новых слов. Дабы не прослыть глупцом, неумело оперируя такими понятиями, как фашизм, национал-социализм, шовинизм, национализм и бандеровцы, нужно, прежде всего, разобраться в их происхождении. Андрей Франковский объясняет принципиальные различия в терминологии.
Популярное