«Когда мы кричим: «Европа должна вмешаться!» — мы поступаем, как нахальные попрошайки»

Боль • Коля Сулима
«Украинцам придется всей нацией осознать тот факт, что у них идет настоящая война, которая требует отдачи сил каждого гражданина, и впрячься. Белорусам (однажды) придется всей нацией осознать, что их государство находится в плачевном состоянии и тоже что-то всем вместе предпринять. Никто не придет завтра, чтобы помочь, решить, защитить, заплатить». Житель Калифорнии Коля Сулима написал о том, что знают, говорят и думают о трагедии со сбитым Боингом Malaysia Airlines американские граждане.

Меня спросили: что думают американцы по поводу сбитого малазийского Боинга? Я немедленно прокрутил в голове события последних двух дней и вот что я нашел в своей памяти касательно реакции американской общественности. Во-первых, мой черный сосед Кэлвин, мужчина в возрасте за шестьдесят, спросил у меня мнение по этому поводу. Я сказал ему: «Кэлвин, там сейчас полная анархия и вранье, и установить правду невозможно. Надо подождать и посмотреть, чем все закончится».

Кэлвин ушел обрабатывать полученную информацию. Вторым был папа моего домохозяина, он по средам приходит стричь газон. Его реакция была такова: он махал руками перед мои носом, изображая самолет в пике, и что-то громко говорил по-китайски. Английского он не знает ни бельмеса. Я сказал ему: «Plane, yes!», он горестно вздохнул и включил косилку. Остальные четверо квартирантов своего мнения не имели и от комментариев воздержались.


Дорогие мои друзья! Это очень типичная реакция американской общественности на события в Европе, в частности — на Украине. Американским гражданам есть дело примерно до 1% событий, которые не касаются их лично, — не влияют на уровень налогов, цены на бензин, стоимость медицинского страхования и проезда в общественном транспорте. Если вы обвините их в узком кругозоре — они вас просто не поймут. В бессердечии — могут и оскорбиться, потому что считают себя порядочными людьми. Давайте вспомним: сколько раз мы сами, с сердечной болью, думали об эпидемии лихорадки «эбола» в Гвинее? И интересовались, где пункт приема вещей, куда перечислить свою трудовую копеечку на помощь гибнущим африканцам, или даже паковали сумку, чтобы отправиться туда волонтером? Там ведь серьезные дела творятся, умирают люди. Я думаю, примерно ноль раз.

Более того, если из Гвинеи до нас донесутся призывы примерно такого характера: «Где же белорусская помощь? Какого черта Беларусь тянет с отправкой своих медиков — они что, не боятся распространения вируса по всей Африке? Что они себе думают вообще?» — какова будет ваша реакция? Я боюсь ранить чьи-то чувства, но предполагаю, что реакция будет следующей: а не охуели ли вы там, в Гвинее?

Теперь подставьте вместо себя жителя Портланда, штат Орегон, а также смело и жителя города Лейпциг, например. Он хоть и не в пример ближе к месту вооруженного конфликта, но только что вернулся из офиса и садится ужинать, голодный и усталый. У него мигрень, течная собака, дети-негодяи и гастрит. Болеет ли он за независимость Украины так же горячо, как мы?

«Self-centered», или «self-absorbed» — так называют людей вроде нас в Америке. Это выражение означает «зацикленный на себе» и имеет выраженную негативную интонацию. Мы считаем, что наши проблемы настолько важны, что все цивилизованное человечество должно немедленно броситься их решать. К сожалению, у мира есть и свои дела, как бы нам ни хотелось верить в то, что наши — самые приоритетные. Только не начинайте сейчас про третью мировую войну, будьте благоразумны.

Типичные комментарии: «Куда смотрит Обама? Что это за смехотворные санкции — вы что, издеваетесь? Спасибо вам, фрау Риббентроп, за поддержку террористов! Где же миротворческий контингент, который заблокирует границу и внесет решающий перелом в ход конфликта?» А что вообще такое этот контингент? Тю, так это какие-то анонимные дядьки из Европы, подумаешь! Пусть они встанут на границе — блокируют, отражают там, короче, не маленькие, разберутся. Это же не мне придется стоять в голубой каске, и даже не дяде Валере с маминой стороны, а какому-то немцу-бельгийцу, делов-то.


Так вот, оказывается, у этих солдатиков тоже есть мамы, папы, жены и дети. Которые думают: а не о*уели ли вы там? Почему это мы должны за вас впрягаться, разрешать конфликты, разводить по сторонам? Когда мы кричим: «Европа должна вмешаться!» мы поступаем как те самые нахальные попрошайки, которых при встрече сами ненавидим. Только еще и требуем у кого-то, возможно, отдать за нас жизнь. Нормально?

А у фрау Меркель есть избиратели, которые желают провести зиму в тепле. Как, думаете, они воспримут новость о том, что им, возможно, придется покупать буржуечку и выводить трубу в окно, а потом коротать зимние вечера в стиле «Ганс Христиан Андерсен»? И эта самая фрау Риббентроп в первую очередь станет думать о своих бюргерах и попробуйте ее в этом упрекнуть.

Любые санкции, которыми мы так элегантно жонглируем, имеют два конца — одним ударяют по агрессору, другим — по людям, которые с этим агрессором вели дела. Да, представьте себе, что-то у него покупали, что-то ему продавали — еще до того, как он вдруг оказался агрессором, так случается на каждом шагу. И покупали-продавали вполне конкретные люди, со своими семьями, родными, соседями и долгами по ипотеке, и вот теперь все эти люди должны будут лишиться работы. Вам это приходило в голову? Что их надо как-то трудоустроить и обеспечить, а не уволить нахуй просто потому, что ситуация поменялась и срочно нужно вводить санкции — мировая общественность требует! Так делают только где? Правильно, у нас. Потому что мы вообще людей ценим очень мало, традиция такая, да и привыкли за столько лет-то. Миллион человек туда, миллион сюда.


Вообще, я вам расскажу о важном уроке, который мне пришлось выучить, как эмигранту. Урок этот звучит следующим образом: рассчитывай только на себя. Пожалуй, это едва ли не самое главное правило, по которому устроена жизнь за границей, и чем дольше я живу и наблюдаю, тем больше убеждаюсь в том, что именно здесь и проходит водораздел, линия отрыва. Мы ждем, что нам станут помогать, американцы начинают работать сами, а там уж видно будет. Это не означает, что помогать не станут, это означает лишь то, что начинать следует с себя. Если сам не справляешься и попал в безвыходное положение, тебе помогут, но не раньше. Никто не станет делать за тебя твою работу, жертвовать своими интересами, свободным временем, деньгами — не говоря о жизнях. Ничего личного.

Увы, как ни обидно, так будет и на этот раз. Американцы ли, европейцы в первую очередь станут планировать действия, исходя из интересов своих государств.

Украинцам же придется всей нацией осознать тот факт, что у них идет настоящая война, которая требует отдачи сил каждого гражданина, и впрячься. Белорусам (однажды) придется всей нацией осознать, что их государство находится в плачевном состоянии и тоже что-то всем вместе предпринять. Никто не придет завтра, чтобы помочь, решить, защитить, заплатить, а мы чтобы могли при этом стоять на сухом месте и сердечно благодарить, подавая ключ на семнадцать.


И вот еще что: прекрасно понимаю, как многим сейчас захочется бросить мне в глаза песку и стукнуть в комментариях совочком по голове, чтобы я покинул песочницу. Не в моих силах запретить вам. Я лишь искренне надеюсь, что прежде, чем это сделать, вы хотя бы полчаса походите и повертите в голове сказанное мной, отложив эмоции в сторону. Спасибо за понимание.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Легкий тюнинг: белорусы и пластическая хирургия

Боль • Антонина Зиновенко

Делают ли белорусские мужчины липосакцию, почему женщины вставляют грудные импланты, насколько популярны в стране операции по смене пола и возвращению девственности. Редакция KYKY говорит о тенденциях в эстетической хирургии с кандидатом медицинских наук, доцентом, хирургом медицинского центра «Кравира» Олегом Яцкевичем.

Популярное