Павлодар. Фото-трип в город, где уже нет гопников, но есть рафаэлло из козьего молока

Места • Александра Ткачёва
Мысль вернуться в страну детства, откуда в космос полетел Юра Гагарин, где твою подругу зовут Айгерим или Шолпан, а президент не меняется дольше нашего, у автора статьи не выходила из головы 10 лет после переезда в Беларусь. Александра Ткачёва уехала из Минска в родной Павлодар и сравнила его с нашими городами, а также с самим собой на десяток лет моложе.

Павлодар – это город на Северо-Востоке Казахстана, где я родилась, закончила школу и из которого моя семья уехала в Беларусь. В Павлике (так аборигены называют наш город) остались мои родственники, которым я дала обещание – вернуться к ближайшему Новому году. Выполнила обещанное я, правда, десять лет спустя. В конце 2017-го я все-таки навестила родной город и вот, что я увидела глазами ассимилировавшего беларуса.

Северный Казахстан – это одна большая льдина

Северный Казахстан – так называют регион, куда входит Павлодарская область со своей рекой Иртыш и рэпером Скриптонитом. В самом Павлодаре живет примерно 535 тысяч человек, выживают около пятнадцати заводов. В зимнее время тут хочется закрыться дома и никуда не выходить до самой весны.

Зимой температура падает до -35°С: кругом обледенелые дороги, мягко говоря бодрящий ветер и вечные штормовые предупреждения. Поверьте, это не делает Павлодар туристической Меккой. Скорее, это большая льдина, где нужно одеваться тепло, питаться хорошо, а рассматривать город приходится из окна маршрутки.

Если бы не моя великая сила ностальгии, то в этом мире было бы два несуществующих явления: современное искусство, которое всем нравится, и приезжий человек в Павлодаре зимой.

Как-то раз я решила объездить все беларуские областные центры. Сравнивая их, я поняла: единственное, чем они похожи друг на друга – сетевыми магазинами и тротуарной плиткой. Все остальное – от архитектуры до репертуара в театрах – в каждом городе своё. Областные центры в Казахстане так же отличаются друг от друга, ну и ритм этих изменений, как и в беларуских – очень, очень размеренный.

В гонке архитектурных перевоплощений областные центры всегда уступали столицам. В Минске каждый год вырастают крупные и не всегда красивые постройки, Астана тоже до сих пор строится – город похож на стеклянный дом, которой ночью светится голубым и желтым – под цвета казахстанского флага. Архитектурное лицо Павлодара не особо изменилось за десять лет: в отличие от беларуских городов с высотками и гостиницами, здесь предпочтение отдают гипермаркетам и отстроили новую многоярусную набережную. Сейчас местная архитектура, по большей части, – плановые девятиэтажки, торговые дома, на окраине – остатки частного сектора, который теряется в тени высотных домов.

Казахская трасянка

Ну а когда гуляешь по казахстанским улицам мимо магазинов, всюду слышишь казахскую и русскую речь. Казахский и русский – государственный и межнациональный языки общения, и это учитывается всюду: от оповещения остановок до вывесок магазинов – практически 50 на 50 (не то, что в Беларуси). Но больше всего удивляет казахская трасянка – дикое смешение слов на казахском и русском. Насколько я помню, официального названия у этого лингвистического явления нет, но в народе его зовут «шала-казах».


В «шала-казах» русскоязычные слова не изменяются по правилам казахского языка, а приходят в речь, как есть. Это напоминает, ситуацию, когда говоришь на одном языке, но забыл слово и, чтобы не останавливаться, произносишь его на другом. Вот, как может выглядеть фраза «Что ты сегодня делаешь? Давай прогуляемся, а потом кино посмотрим, хорошо?» в первом случае на казахском, а во втором – на «шала-казах».

– Бүгін не істейсің? Кеттік қыдырайық сосын кино көрейік, жарайды ма?

– Бүгін не істейсің? Кеттік погуляем, а потом кино көрейік, жарайды ма?

Город пропавших гопников

Архитектура города мало изменилась, а вот список городских типажей эволюционировал. Как и в Беларуси в 2000-х, здесь были гопники и неформалы, последние могли отхватить от «братишек», пожертвовать деньги в фонд «Ты по какой масти двигаешься?», отдать на вечное пользование телефон, а, если твоя одежда кому-то очень приглянулась, то поделиться ею.


В один солнечный день к знакомому подошли «здравые ребята». Окружили его, как елку хоровод детсадовцев, и «попросили» дать на «примерку» свитшот – пообещали на днях вернуть. Это классическая ситуация трех «ни»: никто никому ничего не отдаст. Все эти незапланированные взносы и гуманитарная помощь сильно усложняли жизнь.

Когда я приехала в 2017 году, спросила у друга: «Стоит ли мне опасаться так, как раньше?» Он засмеялся и ответил, что такого уже давно нет.

Где вы герои уличных набегов? Вы повзрослели, завели семью и работу?

Но город и в правду стал спокойнее. И статистика показывает: за последние годы преступлений явно стало меньше. Павлодар стал безопаснее, только я не переключилась: у меня синдром партизана – сидишь в подполье, война закончилась, но ты об этом не знаешь. Потом тебя находят и говорят: «Выходи, уже давно мирное время!» А ты не веришь – держишь ружьё наготове.

На улицах сегодня можно встретить вполне стильных ребят и девушек с яркими волосами – это все еще привлекает внимание любопытных, но уже не с такими последствиями, как в моем 2007-м.

Жизнь без деноминации

В Казахстане, как и раньше, «ходят» тенге. В 2006-м старые купюры сменили банкноты, похожие на евро, – они и по сей день теснят карманы. Здесь не было деноминации, как в Беларуси. И теперь, нужно тратить не сотни, а тысячи тенге. Когда мы уехали в Беларусь, у меня в кошельке оставалось 1000 тенге (по нынешнему курсу – около шести беларуских рублей). Тогда это была приличная сумма. В 2007-м на эти деньги я могла купить средненький плеер или новые джинсы. Сегодня, это всего лишь тысяча, которая покроет разве что двойной проезд в такси.


Кстати, проезд здесь стоит 80 тенге, и неважно, на чем ехать: маршрутка, автобус или трамвай. Если подбивать общий счет, то за десять дней я потратила около 90 долларов: на еду, прогулки, проезд и небольшие новогодние подарки.

Магазины из 90-х и Рафаэлло из козьего молока

Если на карте Павлодара зелеными точками отметить продуктовые магазины, то получится нечто, похожее на ветрянку – так их здесь много. Здешние магазины – это настоящий «привет» из 90-х. Обычно это выглядит так: первый этаж дома или несколько объединённых квартир, которые поделены на отделы, в каждом продавец, который и товар подаст, и рассчитает. Как правило, продавцы не из одного коллектива, каждый работает на себя или своего работодателя.

Невозможно знать, что будет за следующим прилавком: шариковый блеск для губ или приправы из Китая. Или корейские салаты в Казахстане – это как глазированные сырки в Беларуси – давно на прилавках и в большом разнообразии. По популярности с ними могут сравниться только манты. Кстати, на удивление покупные манты в Павлодаре ничем не хуже домашних.

На гастро-вечеринке национальных блюд одно из первых мест – бешбармак – домашняя лапша в мясном бульоне с крошеным мясом.

Рядом с ним – казы – колбаса из конины (хорошо, когда туда добавляют зиру). Бешбармак и казы можно приготовить самим, а ингредиенты купить на рынке, там же продается кумыс (кисломолочный напиток из кобыльего молока) и курт (такое казахское рафаэлло из коровьего, козьего, овечьего или кобыльего молока с солоновато-кислым вкусом).

Цены на павлодарских рынках разные: самые выгодные – на фермерской ярмарке, именно туда приезжают из ближайших деревень и продают домашние продукты: кумыс, молоко, масло, мясо.

Большинство людей здесь работают сами на себя и понимают: делаешь качественно – работаешь дальше, а если готовишь левой рукой – лучше и не начинать. Местное сарафанное радио работает хорошо и, если за тобой закрепится дурная репутация, то можно сворачивать бизнес.

Торговые восточные люди, которым нравится наша мова

Предпринимательство в Павлодаре кормит многих, но не все способы прибыльны, как десять лет назад. В 2000-х в Казахстане был бум на торговлю. Помню, в нашем городе многие работали на вещевых рынках. Самыми оборотистыми были «Ярмарка» в центре города и «Корт» – раньше там торговали китайцы, но теперь, по большей части – местные. Сегодня зимние ряды рынков опустели, а в торговых домах гуляет эхо. Из-за смешного спроса все меньше и меньше людей занимаются сферой «купи-продай». Этот бизнес пришел в упадок постепенно, последним аккордом стали торговые дома. Цены там такие же (если не дешевле), как на рынках. А теплое помещение с примерочными привлекает покупателей больше, чем бесконечные ряды базаров с всегда честная цена.

Павлодар – город предпринимателей и работников завода. Приезжие и выходцы из районов часто идут работать именно на завод: стабильно, надежно и пенсия копится. За большой добычей люди едут в Россию, ну или в Астану и Алматы. Те, кто остался в Казахстане – обустроились и живут в стольных городах. Единственный способ заработка, который практикуют мои «оставшиеся» ровесники – это фриланс в мастерской, куда они перетянули виниловый проигрыватель и где тусуются по вечерам.

В один из таких вечеров выяснилось, что им было очень интересно узнать, как звучит беларуский язык. Ребята были в восторге: ничего не понимали, но как звучит – им нравилось.

Для них, Беларусь – это страна, о которой лишний раз не услышишь в новостях, и складывается впечатление, что она живет в своей, отдельной плоскости. А что Минск? Минск они видели на фотографиях Хомича: большой город, с огромными площадями и зданиями советской эпохи, как под линейку.

Они знают, что живут не в Нью-Йорке

Я писала, что жизнь в казахстанских областных центрах, как и в беларуских, очень размеренная. Днем, стабильно – работа, а для вечерних тусовок самое подходящее – бары, дружеские квартирники, ну и клубы, где обычно отдыхают те, у кого в машине можно найти диск «Горячие хиты» из девяностых. Эта скромная палитра развлечений компенсируется обилием мест с едой: от кафе-трамвая до антикафе на любой вкус.

Меня не было тут десять лет, и за это время здесь произошло мало глобальных перемен, но много приятных изменений: это заслуга самих горожан, особенно молодежи – она вдохновляется зарубежным опытом и делает что-то для разнообразия в городе: от домашнего хлеба на закваске до вывесок sign painting. Все эти люди прекрасно знают, что они живут не в Нью-Йорке и к ним вряд ли приедет Сэр Элтон с роялем. Но у них есть одно важное правило, которое позволяет жить, а не выживать: начни делать что-то сам, задавай ритм и все вокруг изменится. Похоже на Минск, не правда ли?

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Коррумпированная Камбоджа и безалкогольный Бали. Рассказ о жизни в Азии, от которого дико хочется в отпуск

Места • Дмитрий Заплешников

Холодную беларускую зиму проще всего переносить в жаркой Азии. И если вы еще раздумываете насчет отпуска под солнцем на берегу океана, советуем вдохновиться этим текстом. интернет-маркетолог Ольга успела пожить в этих райских местах и теперь рассказывает, что такое «дешевый» Таиланд, как выжить в Камбодже, не давая взяток, и как ездить по летально опаснм дорогам в Индонезии.

Популярное