Музыка сдохла. Шесть закрытых в Минске клубов

Культ • Николай Янкойть
«Среди публики было так много бухих говнарей, а звук настолько разрывал голову, что убежать из клуба через двадцать минут после начала концерта было нормальным делом». Kyky.org с ностальгией и любовью вспоминает музыкальные клубы Минска, закрытые в последние годы.

Рок-бар Крылья

умер в январе 2014

Изначально музыкальный закуток в ДК Тракторного завода назывался «Йо-ма-йо», но с какого-то момента переименовался в «Рок-бар Крылья» и обзавёлся рисованными ангельскими крылышками на стене за сценой. Покрытые скатертями столики и металлические стулья родом из советских столовок, небогатый по выбору, зато недорогой бар — «Крылья» были местом простецким, без претензий и пафоса. Звучные имена в афишу клуба попадали нечасто, зато концерты здесь проходили почти каждый вечер, а звукорежиссёр выжимал из помещеньица на полсотни людей вполне приличный звук. Изюминку «Крыльям» добавляло соседство с концертным залом ДК МТЗ: пока сотни зрителей в большом зале радостно хлопали в ритм шансончика или цыганщины, за стеной тридцать отбитых подростков могли слэмиться под оголтелый панк.

Самые весёлые концерты в клубе проходили во время ремонта: отопление не работало, бар был закрыт, посетители сидели в куртках и грелись алкоголем, принесённым с собой.

Увы, самым ярким моментом в истории клуба стало нашумевшее массовое задержание: в марте 2012 ОМОН внезапно повязал всех посетителей антимилитаристского концерта, организованного «Food Not Bombs». В остальное время рок-бар существовал тихо и практически незаметно, и закрылся точно так же: новость о том, что в январе 2014-го ДК МТЗ не продлил договор аренды «Крыльев», прошла практически незамеченной.

Tarantino

умер в ноябре 2014

Фото: relax.by

«Tarantino» — приблизительно триста семьдесят вторая вывеска клуба у «Поющих фонтанов»; как правило, в этом месте открывались и закрывались пафосные ночные клубы, похожие между собой как две капли воды. Новый концепт площадки отчаянно напоминал погоню за успехом клуба TNT: живая музыка каждый вечер, танцы до утра по выходным. Отличное оформление по мотивам фильмов Квентина Тарантино, близость к модному «Хулигану», последовательный самопиар в соцсетях — казалось, у клуба было всё, чтобы стать успешным. За первые полгода существования в Tarantino прошло несколько отличных концертов: сольник «Палаца», совместный концерт Clover Club и The Toobes, «отчётный» концерт Сергея Пукста и его Pukstband. Но, увы, выветрить из клуба запах претенциозности так и не удалось: отношение работников к новой демократичной публике было не совсем рок-н-ролльным, цены — совсем-совсем не рок-н-ролльными, афиша после стартового взрыва превратилась в стандартно-лабуховую, билеты стали слишком дорогими.

Клуб закрылся, не просуществовав и года; жалеть об этом не стал, кажется, никто. На месте клуба уже успели открыть кабаре «Burlesque». Женскими прелестями в этом городе интересуется куда больше людей, чем музыкой.

Fabrique

умер в сентябре 2012

Кирпичные стены, брутальные заводские трубы под потолком, грозные охранники — клуб Fabrique и в самом деле выглядел как фабричный цех. Неплохой бар, неплохой звук, неплохой танцпол, неплохой свет — по всем показателям Fabrique был не худшим клубом Минска, но и до лучших не дотягивал. Публика сюда заходила разная: на концерт «Петли Пристрастия» в Fabrique набивались сотни хипстеров, на Otto Dix — сотни готов, на ночные тусовки — сотни рэйверов. Клуб никогда не был полностью концертным; то ли из-за расположения в одном здании с казино и стрип-клубом, то ли из-за низкой окупаемости концертов с годами Fabrique делал всё большую ставку на ночные вечеринки. В последний год существования в концертной афише Fabrique было не больше двух-трёх концертов в месяц. Когда Dankoff club вместе с Fabrique выселили из здания, а владельца клуба осудили на миллиардный штраф и восемь лет лишения свободы (якобы за вовлечение в занятия проституцией), интернет даже не всплакнул.

Салтайм

умер в сентябре 2014

Фото: ultra-music.com

Оранжево-синий подвальчик напротив Национальной библиотеки не без оснований считался злачноватым местечком, но в лучшие вечера здесь бывало и уютно, и угарно. «Салтайм» казался слегка незаконченным, неполноценным: стены слишком голые, в баре вечно нет половины напитков из меню, афиша — слишком пёстрая и по стилям, и по именам. Зато клуб всегда был демократичным: и по билетам, и по ценам на алкоголь, и по подбору музыкантов. Через сцену «Салтайма» за четыре года его жизни прошли сотни, если не тысячи групп: от черносписочного «Нейро Дюбеля», раздолбайского «Голоса Омерики» и брутальных Posthumous Blasphemer до никому не нужных говнорокеров, которые в «Салтайме» свою карьеру как начинали, так и заканчивали. Хватало в клубе и аншлагов, и концертов для трёх случайных зрителей.

Среди минских музыкантов слово «салтайм» стало нарицательным, баек и анекдотов о клубе наплодилось сотни: одни рассказывают про бухих звукачей, другие — про ломающуюся аппаратуру, третьи — про пьяные драки в курилке… Про бухих звукачей — скорее враньё; ребята всегда старались как могли, только вот получалось у них не всегда.

За что клуб точно запомнят — так это за акустику: дикую, почти неуправляемую из-за высоких потолков и ступенчатых стен. Кажется, никто не воспринимал «Салтайм» при жизни всерьёз — но после его закрытия на клубной карте Минска обнаружилась дыра, которую пока не могут закрыть ни схожий по пестроте «Shaka bar», ни «Jack Club», куда ушли работать бывшие рулевые «Салтайма».

Японский бог / Jolly Roger / Rocker Bar

умер в ноябре 2013

Тёмный, насквозь прокуренный зал, безальтернативный бар, неразборчивый и слишком громкий звук, пьяная и агрессивная публика с района — неотъемлемые атрибуты «Джолика». В один из дней царство беспредельного рок-н-ролла для пролетариата взяло да и сгорело, чтобы через пару месяцев восстать из пепла под новым названием (и с запретом на курение) — но люди знающие упрямо продолжали называть бар «джоликом». Здесь выступал и прекрасный гомельский джаз-бэнд Miss Silence, и мощный пост-металлический Re1ikt, и сёрферы The Silicon, и недолговечная джазкор-группа Kusudama — хороших концертов здесь было очень, очень много; иное дело, что плохих, очень плохих и мозговыносяще ужасных вечеров тут случалось в разы больше.

Дешёвое пиво, супердешёвые билеты и шаговая доступность от метро неизменно притаскивали сюда немалочисленную публику — но среди этой публики было так много бухих говнарей, а звук настолько разрывал голову, что убежать из «Джолика» через двадцать минут после начала концерта было нормальным делом.

Сейчас на месте «Rocker Bar» открылся чистенький хипстоватый клуб «ДК»; о себе старый добрый «Джолик» напоминает разве что не убиравшимся года три туалетом, который выглядит точнёхонько как прямой портал в ад.

Реактор

умер в мае 2011

«Реактор» был главным концертным клубом города много лет — не от большой любви публики, а просто от отсутствия альтернативы. Клубов размера «Реактора» в Минске просто не было; клубов с качеством звука, как в «Реакторе» — тем более. Медленный гардероб, хамящие охранники, очереди в малюсенький туалет, освещённый тусклым ультрафиолетом (чтобы желающим уколоться было труднее отыскать вены) — всё эти детали были не способны затмить достоинства клуба: отличный бар, большой танцпол, плотный звук, близость сцены, мягкие диванчики для усталых танцоров. О «Реакторе», закрытом весной 2011 «на ремонт», и сегодня ностальгически вспоминают тысячи минских меломанов. Что будет с клубом дальше — никто не знает: слухи меняются приблизительно раз в год. За это время нишу «Реактора» на 90% занял Re:Public, открывшийся буквально через пару месяцев после конца «Реактора»: новая площадка схожа по размеру и по ценам, и даже «реакторовские» близнецы-бармены работают теперь в баре клуба в Кунцевщине.

Больше всех по «Реактору» скучает магазин «Росинка» через дорогу от клуба: очереди за пивом перед концертом, а иногда и даже во время концерта в «Росинке» были даже длиннее, чем в самом «Реакторе».
Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«По истоптанной траве гуляет коза». Отрывок романа Платона Беседина

Культ • Платон Беседин
«В «Огоньке» работала Анжела. Анжела давала всем. Бабушка говорила, что у неё бешенство. Но славна Анжела была не этим, - сколько таких на планете? - а тем, что наматывала круги вокруг коробок и пачек, когда принимала товар». После выхода интервью с Платоном Беселиным публикуем вырванный кусок из его новой книги «Учитель».
Популярное