Десять моих мифов про Вильнюс

Мнение • Саша Романова
Вильнюс – единственное место в мире, где белорус начинает вести себя как москвич. Для прикрытия мыслей о минском превосходстве мы распространяем идеи, что в Вильнюсе дешевые вещи, вкусная еда и регулярные концерты группы «Ляпис Трубецкой». В канун наплыва тысяч белорусов на презентацию «Грай» 30 ноября главред KYKY Саша Романова посетила Вильнюс, чтобы развенчать десять собственных стереотипов о столице Литвы.

Миф номер один: мы бедненькие и зажатые, а Вильнюсу свезло, потому что он одна из столиц Европы

Белорусская интеллигенция молится на Евросоюз, который дает литовцам свободу, защищает униженных и исповедует демократию. У минчан о Вильнюсе принято говорить с придыханием: мы околачиваем крыльцо визового отдела, покупаем майку с «Погоней» и называем себя литвинами. Уникальность моего эксперимента была в том, что я всего этого никогда не делала. Признаться в том, что еду в потерянную столицу Беларуси впервые, было как лишиться девственности в сорок восемь. Чувство жгучего стыда отпустило лишь на границе, когда перед будочкой таможни ко мне подошли две простые женщины с вопросом: «А вы не знаете, нас пустят в туалет без паспорта?». Через пару часов миф о столичности Вильнюса разлетелся в пыль. Город был мал, уютен и мил. Я ехала в Европу, а попала в тихую провинцию, где пахнет дровами. Начала тратить деньги как барин, потому что все вокруг было дешево. Пришла мысль о том, что миф о потерянной столице – типичная белорусская хитрость. Посмотрите на москвичей, наблюдающих у себя дома столичный ад. Везде, где человеку живется легче, чем ему, москвич ведет себя напористо. Заметив за собой замашки имперского мудака, я поняла, что та же штука происходит с белорусом в Литве. 

Миф номер два: литовцы нас тоже не любят

Помните заметку из литовской прессы после выхода в свет балета «Витовт», в котором наши сценаристы сделали князя белорусом? Литовцев тогда чуть не перекосило. Наутро я решила аккуратно прощупать население Вильнюса на предмет белорусско-литовского национализма. Мне казалось, они непременно скажут, что мы противные зомби бордового цвета с квадратными глазами. Первой на моем пути была девочка в кофейне, 19 летняя студентка Агне, которая училась в институте с белоруской Владой: «Мы встретились на кухне. Она что-то варила в кастрюле, и там было мало воды, я ей говорю: «Сгорит!». Я вздохнула и выключила диктофон. Тема вражды раскрыта не была. Чуть позже на Кафедральной площади мне встретился мужчина с зонтиком, который представился Римасом. Он согласился с тем, что проблема наций существует: «У меня есть знакомые, которые говорят: «Я настоящий литовец». Хочется в рожу плюнуть. Не бывает настоящих литовцев. У нас с беларусами были общие цари. Бог видит, с кем моя бабка спала!». Я чуть не зарыдала от счастья, а Римас продолжал: «Видели гору с тремя крестами? Это Гедимин пришел в деревню, где жили гуды, увидел во сне железного волка и построил тут город». Римас готов был вести меня к этим трем крестам за руку, показать мне мое же средневековое государство с рыцарями и замками. На самом деле литовцы милые и не запарные. Даже их бомжи, старички, таксисты и психи - не раздражают.

Миф номер три: Вильнюс красив, как пряничный домик

Стоит отойти от центра Вильнюса на лишний километр, как здания становятся советскими и запущенными. Ты понимаешь, что коммуняки совсем не старались сделать из города конфетку, говоришь себе «Стоп», разворачиваешься и чешешь по проспекту Гедиминаса в обратную сторону. В Вильнюсе прекрасны первые пару километров исторического центра, а потом архитектурный трепет сходит на нет. В новой архитектуре совсем туго с небоскребами из стали и стекла, потому что на данный момент в стране ни нефти, ни особенных денег нет. Единственное, чего у литовцев не отнять - чувство стиля. Белорус живет без глаз и меры, не ведая, что творит. Когда мы украшаем город вывеской или билбордом, мы стараемся напихать в маленький кусок рекламного носителя как можно больше информации. Литовцы перегрузом не страдают, и глаза у них есть. Хотя если задуматься, даже ежик и белочка научатся разбираться в искусстве, если водить их с детства любоваться Острой брамой и костелом Святой Анны. Когда человеку дают город вместе с демократией, не отнимая ни валюты, ни языка, у него остаются силы сделать этот город красивым.

Миф номер четыре: литовцы без ума от геев

Речь ведь про Евросоюз, а потому грех не затронуть тему. Начав, разумеется, с женской эмансипации. В Вильнюсе у всех мужчин в глазах написано, как сильно они уважают Деву Марию: никто не смотрит на герлз плотоядно, никто ни с кем не конкурирует. Но стоит заикнуться про геев и Европарламент, как вы услышите самую пламенную гомофобную речь. Тот же Римас сразу припомнил мне «Борьку» Моисеева, беларуса из Могилева. «Он же был у нас в Вильнюсе начальником кордебалета. Это 74-й год, я как раз в ночном клубе работал, - рассказывал мне Римас, - Через какое-то время включил телевизор – а Борька уже у Борисовны, сейчас так вообще смотреть противно: петух петухом».

Миф номер пять: в Вильнюс надо ездить за шмотками

Чтобы прояснить Вильнюс как рай для закупок, надо было целенаправленно ехать за диваном в «Икею». Я выбрала лайт-версию и застыла в недоумении на пороге H&M. Ткань, лекала, силуэты  – на вешалках было что-то не то! Особенно на контрасте с Киевом, где из «Бенеттона» и «Зары» девушек вытаскивают силком за волосы. В Вильнюсе вещи действительно дешевые, но не настолько, чтобы закрывать глаза на странный фасон и скромный ассортимент. Очередей в примерочные нет. Я погуляла среди полок еще. Торговый центр, второй этаж, «Донна Каран», скидки 60% - вокруг ни души. Сложилось ощущение, что здесь никто ничего не тырит. В Минске за тобой ходят по магазину по пятам и смотрят так, будто ты уже украл, отодрал этикетки и надел под джинсы три пары тыренных скинни. В Вильнюсе ты чувствуешь свободу выбора, правда, изобилия все равно нет.

Миф номер шесть: литовки красивее беларусок

Так говорят все мои друзья, которым нравятся девушки с печатью интеллекта на лице. Почему они культивируют литовок? В лицах последних есть что-то от птицы, будто разрез глаз переходит в клювик цесарки. Классически белорусский нос, который называют картошкой, природа Литвы трансформировала в острый профиль. Литовки голубоглазы и холодны, а в возрасте на птиц похожи еще больше. Кроме продавщиц на вильнюсском рынке недалеко от вокзала, которые торгуют салом. У этих добрых женщин такие же фартучки, пергидроль и мимика, как у тетушек на Комаровке. Ужас в другом. Я обошла десяток баров и клубов на улице Вокечю. Настолько дурацки одетых девочек я не представляла себе в страшном сне: драные митенки, шапочка-петушок, акне на всю щеку и мятые штаны – она идет на дискотеку. Настолько задротных мальчиков дикхедов и в таком количестве, как в клубе Soul Box, я не видела никогда в жизни. Эстетическая составляющая терпела крах, пусть умом я и понимала, что в вильнюсских магазинах эти молодые люди все равно не оденутся.

Миф номер семь: белорусская молодежь должна брать с литовской пример

Я сидела, разглядывала их, ни хрена не понимая из того, что они щебечут на своем странном языке, и думала о том, что все мои минские бездельники в коротких штанишках с чубом на глаз – верх секса по сравнению с литовцами. А последним было по барабану. Говорят, белорусская молодежь должна брать с литовской пример. Что у нас жесткая борьба за жизнь, а у них - ванильная вольница. Молодые литовцы таинственны, как Алиса из Зазеркалья. Целое поколение вываливает на улицу вечером, начинает пить и танцевать на барной стойке, перемешивается с французскими студентами и говорит по-английски с барменом. Мне пришло в голову, что вильнюсская молодость не нюхала пороху, ибо завтра у них тоже все будет. Человек, который еще ищет места под солнцем, всегда сильнее и краше того, кому незачем ломать копья. Устав от музыки в Soul Box, я ушла в ночь на Вокечю, пока не добралась до места Tappo d'oro baras. Изнутри валил Rolling Stones.

Миф номер восемь: в Вильнюсе можно встретить Мика Джаггера в любом баре

Об этом я слышала от друзей и знакомых, которым свезло вот так запросто лицезреть кумира за барной стойкой. К сожалению, вместо Мика на моем пути оказался Лука. Итальянский кинорежиссер в квадратных очках. Сначала мы вместе подпевали Дилану и Хендриксу, потому что диджей в Tappo d'oro baras ставил с винилов все это удивительное старье. Режиссер Лука пил водку и делился личным успехом: музыку для его последнего фильма написал Анджело Бадаламенти, который сочинил ту-самую-композицию для «Твин Пикс». Я спросила: «Наверное, круто быть кинорежиссером на родине Феллини?». Лука ответил: «Да. Только Берлускони все испортил. Сейчас у нас все решает не талант, а связи. Если бы Феллини был режиссером при Берлускони, он бы ни одной картины не снял». Я понимающе посмотрела на режиссера Луку. Нужно было скоротать пару часов до отправления в Минск ночного поезда. Когда мы добрели до десятого по счету места, я уже валилась с ног от усталости. Я сказала Луке: «Прикрой меня! Отрубаюсь». Положила руки на столик, голову на руки, поблагодарила Деву Марию – и провалилась в литовский призрачный сон. Лука сидел с видом часового на пороховом складе. Через полчаса нас выгнали, бар закрылся, итальянец проводил меня до таможенного пункта - все.

Миф номер девять: если внутри заведений нельзя курить, там пахнет тюльпанами

барная стойка Soul Box

Ничего подобного! Там пахнет едой. Вильнюс последние шесть-семь лет никто не прокуривает изнутри, а запах во всех помещениях такой, будто еще вчера топор в дыму висел. Здесь настолько не принято шагать по улице с сигаретой, что легче пройтись с расстегнутой ширинкой. Но они отрубают посиделки в баре от перекуров, на крыльце каждого бара стоит большая пепельница, символ отсутствия стерильности. Здесь вообще чистотой не запариваются, в баре у плинтусов лежит вековая пыль, как в сельской хатке. Зато, как в той же хатке, здесь восхитительно умеют готовить.

Миф номер десять: столица, которую мы потеряли

Вильнюс не лезет на рожон, не пугает нахрапом, тут не надо хитрить, чтобы выжить, не нужно практиковать Эзопов язык и изворачиваться.  Ты тут не зарабатываешь деньги, ты приезжаешь сюда как герой - их тратить. Литовцы про тебя ничего не знают. Лишь слышали два факта: что ты тусуешься у них в «Акрополисе», и что у тебя на улицах «тракторы ездят вместо машин», как признался мне сосед по столику в баре, вычислив происхождение. Вильня - единственное место, где беларусам позволено чувствовать собственное превосходство. Здесь ты император, за твоей спиной Ягайла, Гедимин и Витовт. Литовские пограничники знают о твоих коварных планах, а потому специально томят машины захватчиков в очереди целую вечность. И если по той же Москве ты вряд ли пройдешь вот так с гордо поднятой головой, то здесь: заходи и хватай - все готовенькое.

Ты противишься окружающей среде до последнего. Еще час, еще день и Вильнюс сам тебя возьмет в плен, заставит выучить странный язык и превратит в своего адепта на веки веков. От твоей имперскости не останется и следа. Вильнюс - кусок Беларуси, который мы потеряли, и все равно чувствуем себя там сверхчеловеками.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Мультимама

Мнение • Виктория Журавлева

«Бросай ты эту работу к херам, иди вырезай снежинки и лепи шары из папье-маше, а деньги пусть зарабатывает муж!» Виктория Журавлева объяснила, каким белорусское общество видит образ мамы пятерых детей, которая открывает собственный бизнес.

Популярное