«На тот свет с президентского кресла меня не понесут». Самое главное и смешное из семичасового разговора Лукашенко с журналистами

Боль • редакция KYKY

В первый день весны с 10:30 утра до шести часов вечера президент Лукашенко отвечал на вопросы журналистов. Мы посмотрели трансляцию встречи целиком и сделали конспект самого интересного. Кстати, глядя на лица  присутствующих, мы вспомнили цитату Ирины Хакамады с осеннего бизнес-форума в Минске: «Как расслабить челюсть? Очень просто. Есть две точки в теле, которые нельзя напрячь одновременно. Вы зажимаете задницу – и челюсть расслабляется». Если наблюдать за сжатыми лицами чиновников на встрече, возникает вопрос: работает ли правило Хакамады в обратную сторону?     

Часть первая. Главное

О праздновании 9 мая: «Почему мы, потерявшие каждого третьего человека, должны так безбожно относиться к этому празднику? Я был активным сторонником пропагандировать этот праздник. Кому-то нравится, кому-то – нет, но подавляющему большинству – нормально».

О налогах: «Я как президент предпринимателям говорю: не будьте жлобьем. Заработали копейку – поделитесь, чтобы люди воспринимали вас как предпринимателей, а не хапуг, которые на их костях заработали деньги, вывезли, где-то виллы построили – и тихонько сопим, и всё хорошо».

О БНР-101: «Собирайтесь, пожалуйста, и проводите. Зачем вы лезете на стадион «Динамо»? Это личное оскорбление для меня! Построили для Европейских игр, хотим всему миру показать, а вы рветесь туда. Столетие – великая дата – отпраздновали. Хватит. Не идите на конфронтацию. Собирайтесь на [площади] Бангалор».
Об объединении с соседом: «Если сегодня вынести вопрос на референдум в Беларуси об объединении с Россией, то 98% проголосуют против».

О ресторане «Поедем поедим» в Куропатах: «Зашли в этот ресторан, чарку выпили за упокой этих людей. Я это так воспринимаю. Толку от этого [закрытия] нет. Ресторан никто не закроет, нет оснований для этого».

Об амнистии капитала – возможности легализовать зарубежные активы и не быть наказанным за это: «Мы изучаем эту проблему. Советуемся с предпринимателями и бизнесменами. Если меня убедят наши деловые круги, что это надо сделать, что это принесет желаемый эффект, мы на это пойдем. Я много думал об этом. Единственная проблема – мы должны с предпринимателями посоветоваться, чтобы это не было холостым выстрелом. Но это будут не худшие условия, чем в России. В противном случае зачем этим заниматься? Скорее всего, это будет легализация денег без уплаты процентов или символический, мизерный процент».

О дружбе: «Украинцы, как и россияне, родные наши люди».  

О будущем: «Президентом будет Порошенко».

О создании беларускоязычного вуза и национальной идентичности: «Один из депутатов ставил такой вопрос. Я просил его проработать. Так понимаю, что такое решение не принято. Отдельного беларускамоўнага вуза не будет. У нас преподают беларуский язык и преподают на беларуском определенные предметы в вузах. <...> Нам нужна идентичность, нам нужно показывать и выкристаллизовывать ее, показывать нашим людям истинные черты характера. Ведь беларусы – хоть те же русские со знаком качества, но ведь отличаются чем-то от россиян. <...> Но если специалисты в правительстве принимают решение, что у нас достаточно беларускамоўных устаноў, я с ними согласен, с их мотивацией».

О ценах на нефть: «Переживем мы этих 400 миллионов в этом году, а может, и меньше будет. Мы переживем, в ноябре закончим модернизацию заводов и купим нефть со стороны. Мы купим на рынке нефть. Сегодня нефти на рынке сколько хочешь, вопрос в цене. <...> Не надо нас называть нахлебниками, надо вести с нами нормальные отношения, по-человечески сотрудничать. <...> Да не нужен нам дешевый газ! <...> На коленях ползать [перед Россией] не будем, как-нибудь разберемся».

В ответ на пассаж о том, что бизнесмены не понимают, хотят им «дать медаль или надеть на них наручники»: «Кошмарим только по одной причине: налоги уплати и спи спокойно. Не я придумал эту красивую хорошую формулу. Если не уплатил налоги, кошмарить будут».

И снова о налогах: «[Владельцу группы компаний Санта-Бремор и первому в топе влиятельных бизнесменов] Мошенскому, может, и не нравится, что я забираю у него 70%. Конечно, мне нравятся его деньги. Но я же не себе в карман. Я – учителям».

О давлении силовиков на бизнес: «Если кто-то кошмарит бизнес… Ни один силовик при моей политике себе этого позволить не может.  <...> Нигде никогда не заявляй популистски, что у нас силовики вершат дела, особенно в экономике. Они защищают государство».

О силовиках и бывших друзьях: «Дай бог любому государству таких силовиков. С недостатками, но дай бог каждому. Они не в кланах. Они не в группировках. Это люди президента, ответственные перед ним. Хотя до назначения на должность я никого не знал. У меня дружков здесь нет. Вообще у меня во власти нет друзей. Те, которые были, два-три человека, отсидели в тюрьме и сегодня занимаются своими делами, семьи смотрят, потому что слишком вольно себя вели. И считали, что им в стране возможно делать всё. Не надо намеков, что кто-то кошмарит [бизнес], а я чуть ли не групповщину развел. Этого не будет».

О трансфере власти: «Обещаю вам, что на тот свет с президентского кресла меня не понесут. Ради своих детей я не буду передавать им власть. У меня нет цели по наследству передать власть. <...> Если вы за меня не проголосуете, я немного попереживаю, но долго горевать не буду». 

О новой Конституции: «Предложите мне эту Конституцию. Новую Конституцию нам придется принимать. Нам придется усиливать другие ветви власти. Менять избирательную систему. Но, пока мне ничего не предложили, но скоро предложат. Новую Конституцию нам придется принимать. Нам придется усиливать другие ветви власти. Менять избирательную систему».

О том, чей Крым и не пора ли его признать российским: «У нас таких тем [в обсуждении с Путиным] не проскальзывало. Я не могу вам рассказать, как мы обсуждали эти проблемы Крыма и Донбасса изначально. Я благодарен путину за его понимание моего положения. Свою оценку я дал, хотя не должен был вникать в эту проблему. Я был на инаугурации Порошенко, и меня там окружили журналисты: Крым чей – русский или украинский. Я им задал вопрос: сколько погибло украинцев во время «захвата» Крыма Россией? А сколько прозвучало выстрелов? Ни одного. Значит вы молча согласились, что Крым не ваш. Если это «ваше», умирайте, воюйте за этот клочок земли».

О Евровидении: «Я слежу за отбором, не совсем крепко, но слежу. Поручил главе администрации этим заниматься и контролировать. <...> Предупредил: если вы тратите деньги, кто-то за них должен нести ответственность. <...> Читаю в интернете: «Давно определено кто поедет». Ничего нигде не определено. <...> Вряд ли у нас получится победить на этом конкурсе».

О кино: «Россияне приезжают, снимают фильмы хорошие. «Т-34» – хороший фильм, посмотрел его ночью. А у нас что? Три фильма? «Слуцкую» снял. «В августе 44-го». Мы почти прав не имеем на этот фильм. Разве это не бардак? <...> У нас же артисты есть, кинорежиссеры. Почему не делаете? Денег нет? Твой призыв обратить внимание на культуру, как? Как обратить? Что еще надо сделать? Надо шевелиться начинать. Где другие кинорежиссеры? <...> В сфере культуры у нас всего хватает, главное чтобы вы шевелиться стали. <...>

О театре и воспитании: «Вот [худрук Оперного] Елизарьев сидит, на меня косо смотрит, он даже не знает, что было, когда он прорывался назад в свой театр. Я сказал: дайте ему что-то поставить, а мы посмотрим. Поставил – и молодец. А я подумал, что если б его не жеманули тогда в его цеху, он бы не вернулся и не сделал так хорошо. Моложец, уважаю. И если бы он попросил у меня что-что, я бы ему помог. Я человек конкретный, деревенский, от производства».

Часть вторая. Смешное

О сыне: «Одно, не очень сознательное поколение, дома у меня ходит».

О новогоднем балу: «Так, говорю, женщины, снимайте свои эти штаны деловые. Надевайте длинные платья и будете на балу танцевать! Кочанова говорит: «Господи! Так я никогда этих платьев не носила!» — «Ну вот сейчас будешь танцевать». — «С кем я буду танцевать?» — «С Румасом будешь танцевать!» <...> Все женщины потом говорили: «Молодец Лукашенко, хоть заставил нас быть женщинами, мы хоть платья в пол длинные надели».

О самом запоминающемся госте этих собраний: «Надо направить Ярослава [Романчука] в колхоз, дать ему убыточный колхоз, чтобы он заземлился».

О свободе: «Всегда кому-то чего-то не хватает, особенно этой несчастной свободы».

О российских СМИ, когда они пишут о поглощении Россией Беларуси: «Мы, конечно, понимаем нетрадиционную ориентацию этих газет».

О демографических проблемах: «Через 30 лет в Беларуси половина населения останется. Женщины рожать не хотят. Мужиков нормальных нет, от кого рожать?».

О грамотных людях: «У нас люди грамотные, продвинутые, нам айтишники помогают».

О хоккеистах: «У нас бардака в хоккее хватает. Сядете в тюрьму, если провалите следующий сезон».

О музыке: «Я люблю народную музыку, откровенно говоря, полегче и покрасивее [чем классика]. У меня в библиотеке – подаренный баян. Супер». 

P.S. Редакции TUT.by вопрос задать не дали, так что о Деле БелТА разговора не велось.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«Я люблю животных, но не во вред своему здоровью». Почему веганы снова начинают есть мясо и становятся карниворами

Боль • Ольга Родионова

Вегетарианство шагает по стране. Кто-то отказывается от мяса по этическим причинам, кто-то — потому что это модно. На фоне волны популярности на Западе мясоедческой карнивор-диеты KYKY нашел троих бывших вегетарианцев и расспросил их о причинах смены пищевых привычек. Конечно, это не научно-популярный текст – здесь герои материала просто делятся личным опытом.

Популярное