Человек и эпоха. Из жизни ушел создатель культового клуба «Резервация»

Культ • Алиса Петрова
Денис Лондон делал Минск ярким и модным в те времена, когда здесь не было ни кофеен, ни клубов, ни креативных пространств. Самым знаковым детищем Дениса стал клуб «Резервация», где он работал арт-директором. KYKY попросил музыкантов Александра Помидорова и Александра Куллинковича, пиарщика Дмитрия Безкоровайного и диджея Игоря Гипса вспомнить про культовое место и его создателя.

Клуб «Резервация» находился на улице Беды, 4, в студенческой столовой – к слову, она и сейчас там есть. Когда точно открылась «Резервация», тусовщики не помнят – судя по всему, примерно в 1995 году. Внутри был один большой зал со сценой, а в торце находился бар, где можно было купить алкогольные напитки. Клуб мог «переварить» одномоментно четыреста человек. Самые массовые концерты были у находящихся тогда на пике популярности групп «Нейро Дюбель» и «NRM».

«Сейчас есть «Граффити», «TNT», «Репаблик», «Бар ili Клуб». В конце 90-х из тусовочных мест, по сути, оставалась одна «Резервация», – рассуждает пиарщик Дмитрий Безкоровайный. – Это место было инкубатором современной молодежной культуры. Многие музыканты начинали там свою карьеру». Из таких музыкантов можно вспомнить Александра Либерзона: его первые синт-поп эксперименты в «Резервации» довели до культового проекта «Кассиопея», которому поклоняется половина нашей редакции. Лидер «Нейро Дюбель» Александр Куллинкович добавляет, что в те времена клубы постоянно переходили из рук в руки – как тот же «Три поросенка» в ДК Тракторного завода. «Резервация» была стабильной – тогда клубы долго не жили.

Денис Лондон, фото из FB

Кто тусовался и что происходило в «Резервации»

В «Резервации» было правило – делай, что хочешь, только никого не бей. Понятное дело, алкоголь там лился рекой. В то время еще не было лицензий на продажу и вездесущих налоговых органов. Отсюда – непередаваемая атмосфера вольнодумия. «Это было расп**дяйство в хорошем смысле слова. Тогда не особо кто-то парился дизайном. Место, в котором были сцена и аппаратура, автоматически называлось клубом. Это сейчас клуб должен иметь интерьер, на стенах рюшечки развешаны – а тогда столовка столовкой», – резюмирует Александр Куллинкович.

Входной билет в «Резервацию» стоит один доллар. Место притягивало совершенно разных людей – на одной площадке находились те, кто вне стен клуба считали себя непримиримыми врагами, например, панки и «технушники» – вспоминает Александр Помидоров.

По его словам, попасть в клуб с улицы было не так просто: фейс-контроль, ожидание на входе, sold-out билетов. «Когда отмечался Новый год, происходили концептуальные вещи, акции, вечеринки, сопряженные с хэппенингами – иногда даже география пространства менялась. Денис Лондон первым сделал так, чтобы сперва в клубе шел концерт, а после сразу начиналась «технушная вечеринка». «В основном туда ходили были люди с припанкованным сознанием, которые слушали рок, много пили и много смеялись. Драк не помню – все было довольно мирно. Но всегда очень шумно и пьяно», – рассказывает Куллинкович.

Клуб «Резервация», 1998 год. Фото из FB Дениса Лондона

В клубе впервые выступили известные сейчас российские группы: например, «Tequilajazzz» и «НОМ». Для беларуского «Нейро дюбеля» было знаковым выступление с группой «Король и шут»: «Мы играли вместе несколько раз, и они нас разогревали – тогда они не были популярны», – говорит Куллинкович. В 1996 году в пику официозной Рок-коронации в клубе делали «Попс-коронацию». Ее победители выбирались среди альтернативных команд, причем «жутких и зубодробильных». Если лучшая группа Рок-коронациии получала хрустальную корону, то в «Резервации» вместо кубка были красные трусы в белый горошек очень большого размера.

Внутренняя кухня

Все ребята, которые делали «Резервацию», включая барменов и расклейщиков афиш, чувствовали себя одной семьей. В первый год вкалывали на чистом энтузиазме, чтобы развлекать себя и друзей. Вообще, особенных прибылей у клуба не было никогда – максимум, хватало на привоз звезды вроде «Tequilajazzz». Всю техническую начинку – колонки, пульт, свет, звук – на 80% ребята сделали своими руками.

«За новой музыкой мы регулярно ездили в Москву на рынок «Горбушка». Приезжали в 6 утра и по полдня выискивали что-то новое, – вспоминает резидент «Резервации» диджей Игорь Гипс. – Интернета не было, а потому общались по телефону. Чтобы не слишком тратиться, ходили звонить к знакомым, которые работали в госучреждениях. Помню, при мне Денис звонил Жене Федорову из «Tequilajazzz», чтобы договориться о концерте. Буквально за 10 минут рассказал концепцию клуба, и группа согласилась приехать, снизив гонорар в два раза.


Еще помню, мы накупили в Москве музыки и пошли в очень модный клуб «Республика Бифитер», где тогда выступал Найк Борзов. Денис сразу после концерта пошел в гримерку – договариваться о концерте в Минске».

Конец Резервации

Говорят, клуба не стало благодаря деятельности БПСМ (нынешний БРСМ) – по слухам, именно эта организация решила отобрать у музыкальных адептов помещение. На самом деле, история была следующей. В «Народную газету» читатели написали письмо о том, что «Резервация» – якобы рассадник наркомании. Буквально на следующий день в клуб пришла проверка, и его закрыли. «Ребята даже делали прощальный обед: накрыли стол на крыльце, где все сидели и пили водку», – вспоминает Дмитрий Безкоровайный.

После закрытия «Резервация» пережила несколько реинкарнаций. На том же самом месте некоторое время существовал клуб «Альтернатива», который скоро стал просто «А-клубом». Принципиально они ничем не отличались – тем более, что арт-директором там тоже был Денис Лондон. Потом Денис делал клуб «База», который находился уже на улице Петруся Бровки. Третьей его точкой был клуб NC на улице Октябрьской, 17, около завода «Кристалл». Он просуществовал до 2004 года – а после этого жизнь на «Хипстерштрассе» снова замерла на десять лет.

Клуб NC, фото: euroradio.fm

Денис Лондон ушел из жизни 9 октября. Ему было 44, у него был рак мозга. Денис был трендсеттером, который повлиял на целое поколение минчан, «выросших» в его клубах – в «Резервации», «А-клубе», а потом в NC. Таких людей нужно помнить, потому что они и есть – история этого города.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«Детей с аутизмом всё больше, и, возможно, фильм на эту тему достучится до человека, готового что-то менять». Беседа с Максимом Шведом

Культ • Алёна Шпак

Кажется, ребенок и диагноз аутизм – борьба одной отдельно взятой семьи. Но когда в эту цепочку включается режиссер, проблема приобретает общественную значимость. KYKY поговорил с документалистом Максимом Шведом, известным по фильмам «Только в Гродно» и «Быть вместе». Где научиться снимать такое кино? Сложно ли работать в кадре с людьми с РАС, и почему настоящими героями являются «прекрасные девушки, которые строили планы, рожали детей», а теперь ежедневно ведут борьбу за личное счастье?

Популярное