«Волонтёры заменили больным детям семью: им некого ждать, кроме ирландцев»

Боль • Алиса Петрова
Ирландцы-волонтёры из фонда «Добра тут» за свои деньги построили в деревне Язовки дом для самостоятельного проживания для людей с инвалидностью. 18 сентября состоялось открытие, где выступали чиновники. По словам одной из волонтёров, о помощи ирландцев белорусскому государству не было сказано ни слова. KYKY выясняет у работников фонда, что же всё-таки произошло.

Я пришла на встречу с волонтерами в дом Вильяма О'Мара, директора фонда «Добра тут». Филиал Заводского района Белорусского общества инвалидов заключил с ним договор: очень тяжёлые дети могут находиться у ирландца дома с девяти до четырёх часов. Они обычно проводят время на первом этаже в большой комнате, где есть телевизор, специальные тренажёры, компьютер, стеллаж с настольными играми. Я спросила у постояльцев: «Как мне найти Тамару?» Хоть у них плохо поставлена речь, и мне, общаясь впервые, было сложно с первого раза их понять, я чувствовала, что эти люди настроены очень добродушно.

Официально фонд «Добра тут» открылся в 2008 году, но ирландцы помогают белорусским домам-интернатам уже 20 лет. «Добра тут» – это местный представитель ирландской благотворительной организации «Барренский Чернобыльский Проект» (Burren Chernobyl Project). «Мы работаем только с государственными учреждениями: интернатами, где живут дети с психофизическими особенностями, социальными центрами. Ведь инвалиды и малообеспеченные люди – самые незащищённые слои нашего общества», – рассказывает глава попечительского совета, Тамара Бухтеева.

В 1997 году директор фонда, ирландец Вильям (Лиам) О'Мара по приглашению Марии Михайловны, внучки Якуба Коласа, приехал в Червенский дом-интернат для детей-инвалидов и молодых инвалидов с особенностями психофизического развития. «Я был в шоке от увиденного, – вспоминает Лиам. – Мне это напомнило концлагерь: многие из постояльцев были грязными, голодными, худыми, без волос. Через какое-то время я снова приехал в Червенский интернат на неделю, но со мной были уже пять или десять человек. Я постоянно возвращался туда, и каждый раз со мной приезжало всё больше людей, которые хотели помочь этим детям. Приезжала гуманитарная помощь, строители – многое было сделано. Мы работали не только в Червене, но и в других интернатах».

Дом в Язовках – 45-й по счету проект, который ирландцы делают в Беларуси.

Что это за «дом для самостоятельного проживания с сопровождением»?

Девушка из Ирландии, Идель Смит (Edel Smith), вместе с друзьями долгое время работала в Червенском доме-интернате для детей с особенностями психофизического развития, который находится неподалёку. Но когда детям исполняется 18 лет, они меняют детский дом на «взрослый» – это сложно для них. Условия сильно отличаются. Идель и её друзья захотели сделать дом для повзрослевших детей, которых она полюбила за годы работы. Строить решили на территории Червенского психоневрологического дома-интерната в деревне Язовки. Там очень красивая площадка – раз, и хороший директор – два. В 2013 году был заложен фундамент, приехали строители, волонтёры, специалисты.

Дом в деревне Язовки

В Язовке люди с инвалидностью будут жить как семья, по шесть-восемь человек. «Мы хотим показать, что большие интернаты, как Столбцовский психофизический интернат в деревне Куль на 515 человек, не всегда необходимы. Можно жить отдельно в маленьких домах, как семья. На ваш взгляд, они больные люди, но мы видим, что они нормальные, просто у них нет семьи, которая способна им помогать». Пока в доме нет пожарной сигнализации, поэтому люди только начинают заселяться, но ещё не живут там. К ним будет приходить помощник. Их нужно научить, как стирать, готовить, убирать дом, ходить за покупками – они этого не умеют.

Сейчас Северная Ирландия строит рядом второй дом такого типа. Планируется завершить стройку в конце этого года или весной 2016. Всего планируется построить шесть домов недалеко друг от друга.

Так что же произошло на открытии дома 18 сентября

«Ситуация оказалась проще, чем нам показалось сразу, – начинает Тамара. – Наши чиновники более низкого уровня всегда пытаются прогнуться перед министерством». На открытие приехали замминистра (Румак Александр Алексеевич), председатель комитета по труду и социальной защите по минской области, ирландский посол из Вильнюса, Дэвид Нунан. Председатель Червенского райисполкома Алла Шахотько, по словам Тамары, за две секунды сломала сценарий, который представители фонда и директор придумывали вместе. В итоге скомкали это открытие, и ленточку перерезала Алла – никто не успел среагировать. Ирландский спонсор, Джон Смит, хотел произнести речь: как его дочь, Идель, собирала деньги, как они строили дом. А ему не дали сказать слово. «Он так хотел, так готовился, ждал!»

Кухня в Доме Лиама

«Разное представление о проведении таких мероприятий сыграло злую шутку. Её видение было таким: чиновники отрежут ленточку, потом все пройдут в актовый зал – и там Джон будет говорить речь, ему будут вручать грамоту и цветы. А ему там не нужно было – ему нужно было говорить перед входом в сам дом. Если бы чиновники отрезали ленточку, а Джон открыл дверь – всё было бы супер. А так Джон чувствовал, что он на этом мероприятии был никем», – рассуждает Елена о произошедшем.

После инцидента все извинились: от председателя Червенского райисполкома до замминистра.

«Нет нарекания к чиновникам – есть нарекания к более низкому уровню, который готов упасть ниц перед вышестоящими властями», – заключает Тамара.

Как у фонда происходит сотрудничество с государством

С самого начала фонд сотрудничает с государством, и оно никогда палки в колёса не ставило – наоборот, помогало. «Я так говорю не потому, что мы боимся государства, а потому, что к нам относятся очень лояльно. Иногда только немного замалчивали нашу значимость, потому что ваше государство всегда на первом месте», – резюмирует Тамара. Через департамент по гуманитарной деятельности ирландским волонтёрам предоставляются бесплатные визы. В Ирландии нет посольства Беларуси, поэтому виза делается в консульском пункте в аэропорту «Минск-2». «Любой вопрос на уровне замминистра всегда решаем. Например, к нам приехал англичанин, а ему не давали визу. Он сидел в аэропорту – ни туда, ни сюда нельзя было отправить. Этот вопрос мы решили за пару часов: заместитель министра Александр Алексеевич Румак взял на себя ответственность, написал письмо, и англичанина впустили в Беларусь».

KYKY: Вы также оказываете материальную помощь интернатам. Вы сами это инициировали или были случаи, когда к вам обращались за помощью?

Тамара: Нам постоянно приходят письма от разных учреждений. Вот, например, входящие письма: департамент по гуманитарной деятельности просит памперсы; Стародорожский интернат, где 38 лежачих, тоже просит памперсы; Червенский территориальный центр социального обеспечения населения просит постельное бельё. Если деньги приходят из-за границы, сумма регистрируется в департаменте по гуманитарной деятельности. Пишется план, на что они идут, и фонд освобождают от налогов. Департамент подчиняется напрямую президенту, поэтому всё идёт за его подписью: только он решает, пропускать деньги или нет. Если деньги тратятся «вживую» (например, купили в Дом Лиама телевизоры, на кухню что-то и так далее), то организация пишет в департамент дарственное письмо.

Комната в Доме Лиама

Многое, конечно, нигде не регистрируется вообще. Например, волонтёр купил для всех йогурты или конфеты и устроил праздник, отвёл в цирк, купил одежду. Но это их личные расходы. «С нас требуют, чтобы мы показали, какую работу провели люди, которые приехали к нам в страну по бесплатным визам, но за свои деньги. Поэтому пишем отчёты».

Сколько ирландских волонтёров работает в Беларуси

Каждый год здесь работает 200-220 волонтёров: ирландцы приезжают за свои деньги. «Меня всегда убивает вопрос: «Почему ирландцы это делают?» Они так воспитаны, это их христианская душа – только и всего. Они не делают это ради грамот и благодарностей. Некоторые говорят: «С них тогда меньшие налогов снимают» – ничего подобного!» – делится впечатлениями Тамара Бухтеева. Приезжают люди с хорошим социальным статусом: адвокаты, журналисты, полицейские, учителя, косметологи – и они иногда живут в ужасных условиях. Например, волонтёрам приходилось жить в старом здании интерната в Городище, в Брестской области, где были крысы. «Но уезжая, они плачут. Волонтёры заменили больным детям семью: им некого ждать, кроме ирландцев».

В это воскресенье должна приехать мама одного из министров ирландского парламента. Женщина приезжает каждый год в течение десяти лет, причём ей уже за 70. Она заберёт четыре-пять человек из интерната в Дом Лиама, и будет заниматься ими. К разговору подключается Елена Пашкевич, бухгалтер: «Она не самая старшая из волонтёров: к нам приезжает 87-летняя женщина, Бэтти. Она сама собирает гуманитарную помощь в Ирландии, упаковывает и привозит. Бэтти специально приехала в Пинский детский дом, чтобы посмотреть, чем она может помочь. Ирландцы знают каждого ребёнка по имени, кто чем болен и кому нужна помощь». Вернувшись в Ирландию, волонтёры рассказывают своим друзьям и в следующий раз привозят их с собой. Так и привлекаются новые люди.

Один из их – Дэш, 68-летний мужчина из маленькой ирландской деревни. Он говорит мне: «Я езжу в Беларусь в течение восьми лет два раза в год: в феврале-марте на неделю и на две недели в сентябре. Я электрик, но делаю любую необходимую работу по дому. В Ирландии я работаю механиком и ремонтирую кухонное оборудование в McDonalds, Burger King, в отелях. У меня есть дочь и сын, который живёт в Австралии, жена умерла два года назад. Однажды разговаривал с парнем из Burren Chernobyl Fund, и он сказал, что сюда нужен электрик – я согласился. Я немного коммуницирую с детьми – в основном целый день работаю и возвращаюсь в квартиру. Иногда работаю в Язовках или хожу домой к детям и делаю что-то для них. Например, для одного парализованного парня сделал лампу над кроватью, чтобы он мог сам включать себе свет. За две недели невозможно сделать всё, но я пытаюсь, мне нравится».

KYKY: В организации есть волонтёры-белорусы?

Тамара: Есть. Была девушка, Катя Сутырина, с ней было семь-десять волонтёров. Они очень любили старичков, постоянно ездили к ним в Гродно. Потом Катя вышла замуж, и это движение среди белорусов затихло. Сейчас с нами работает хорошая ирландская группа – Chernobyl children's trust. Одна волонтёр, Мария Брин, вышла замуж за нашего парня и организовала неплохое волонтёрское движение здесь. Мы их приглашаем, и они работают в Червенском детском интернате.

Откуда ирландцы берут деньги

«Лиам, расскажи, как там собираются деньги, – предвосхищает мой вопрос Тамара. – А то многие думают, что для ирландцев деньги падают с неба. Лиам говорит: «Мы делаем для этого много дурацких вещей. Я могу брить бороду, стричь волосы, делать эпиляцию – так зарабатывать. По воскресеньям каждый из фонда «Burren Chernobyl Project», независимо от социального статуса, по очереди стоит возле церкви и просит у прихожан милостыню. Иногда где-то купим сувенир за евро, а в другом месте продадим за два. Были случаи, когда вместо подарков на свадьбу, день рождения люди просили дать деньги для детей или перечислить в интернат».

К разговору подключается Елена и с воодушевлением рассказывает, на какие ещё уловки идут ирландцы из фонда. «Однажды кто-то из них предлагал упаковывать сумки на кассе. Кто-то за это давал евро, кто-то – пять. У хозяина магазина одежды остались непроданные вещи. Он организовал показ мод, где их демонстрировали, после распродали и вырученные деньги отдали детям. Лиам тоже в нём участвовал».

Двор с качелями у Дома ЛиамаKYKY: Я полагаю, что вы только часть денег достаёте таким способом. Большую часть всё-таки люди из своего кармана дают.

Тамара: Иногда собирают по копеечкам, иногда дают свои деньги: человек может отдать 1000 евро на проект. Например, Идель вообще отдала 50 тысяч евро на дом для самостоятельного проживания в Язовках. Бывают и государственные проекты, но реже. Два раза в год мы получаем гуманитарную помощь, которую распределяем между интернатами: это памперсы, одежда, игрушки, обувь, даже мебель. И гостиница раз в два года даёт прекрасные шторы, покрывала, постельное бельё.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«Эверест». Штампы, которых нет в хронике восхождения

Боль • Макс Старцев

Фильм описывает реальную историю восхождения на вершину мира группы альпинистов в 1996 году, когда из-за перебора людей и погодных капризов многое пошло не так. Макс Старцев о премьере недели.

Популярное