Создатель сайта 1863x: «Я могу сидеть на самом деле в Москве на Лубянке, это возможно»

Герои • Саша Романова
Вчера в сети появилась информация о том, что создатель сайта 1863x.com задержан российскими силовиками. За пару дней до этого главред KYKY Саша Романова взяла интервью у человека под ником Jhon Silver, беларуса-феномена, который анонимно, в одиночку, не состоя ни в одной из партий, делает политический сайт с несколькими десятками тысяч просмотров в месяц. Цель этого интервью – показать, что Джон живой человек. Которому в данный момент, возможно, требуется помощь.

KYKY: Джонни, я начну со страшной истории о том, как выступала перед читателями на Открытой планерке «34 mag.net», и один парень задал вопрос: «А как вы относитесь к сайту 1863x»? Я ответила: «Мне близка любая инициатива, которая стимулирует беларусов на выделение жидкости: крови, слюны, пота и всего, что угодно». И тут этот чувак говорит: «А вам не кажется, что они выделяют гной»? Честно говоря, я заткнулась, потому что реально не знала, что ответить. Пользуясь случаем переадресовываю вопрос тебе – тебе не кажется, что ты выделяешь гной?

Jhon Silver: Как бы помягче сказать… Учитывая, что зачастую публика 34mag.net и KYKY.org выделяет слезы и хныч (пот и то редко – только когда убегает от кого-нибудь), им кажется, что я выделяю гной. Просто я лезу туда и копаюсь в том, в чем многие не хотят копаться. Зачем лезть в политические дебри? Зачем делать то, за что тебя могут посадить или закопать в лесу? Лучше, ха-ха, я буду изучать, где в Минске открылась новая булочная и писать про права гендеров. Но вот вопрос – что выделяю я? Конкретно я не считаю себя успешным медийным проектом, у меня политический уклон, поэтому я выделяю змагарим, то есть стремление к борьбе. Это сарказм и самоирония, но это так.

KYKY: Есть еще одна выделяемая жидкость – сперма. Как у тебя с ней?

Jhon Silver: Учитывая, что у меня уголовное дело за распространение порнографии, то с одной стороны, понимаю… Но с другой, мы сейчас с тобой разговариваем о какой-то примитивной либероидной шняге, которая мне скучна. Над всеми этими «мутками» всегда хотелось стебаться, потому что большинство проблем, которые обсуждает наша элита, интеллигенция и креативный класс – для меня просто смех. В моей жизни с 15 лет есть понятие политического хардкора.

KYKY: Почему ты меня сначала называл «бурболкой на болоте» в интервью «НН», а потом резко стал любить и писать, цитирую: «мой самый любимый сайт KYKY»? Это получилось из-за Дианова (блогер, который пожаловался в Министерство информации на материал сайта Kyky.org, из-за чего проект заблокировали – прим. KYKY) и блокировки Мининформом?

Jhon Silver: Ну, ты мне просто понравилась, может… Если без шуток, то в том, что я делаю, много клоунады и провокации, если говорить словами Михалка. У меня не было цели выставлять претензии и стебаться над журналистами. Может, вы прекрасные люди, и ночами тягаете бедных искалеченных собачек – я никого лично не знаю. Я просто проталкиваю определенную политику, в том числе и политику выхода из тусовок. Последнее время троллю Facebook, потому что считаю – все наши СМИ пишут для «фейсбучной» тусовки, и когда на «Свободу» или «Ниву» приходит молодежь, которая сидит Вконтакте, читает колонки 50-летних мужиков, она их не понимает. Эта же молодежь на KYKY читает посты незнакомых «фейсбучников», потом заходит на «Ситидог» и видит, где пять раз пожрать в Минске – им это, безусловно, ближе. Чего я к вам приставал, к «бурболкам на болоте»? Чтобы вы не были просто тусовкой людей, которые между собой знакомы, и в этом же варятся. Вот и все.

KYKY: Слушай, не кажется ли тебе Джон Сильвер, в смысле литературный герой, которым ты называешься, мудаком? Харизматичным, но мудаком, который предал братьев-пиратов ради гиней?

Джон Сильвер в мультфильме

Jhon Silver: Я раскрою страшный секрет – когда начинал делать сайт, я не знал, что из этого получится. Думал: если через год меня будет читать тысяча человек, я очень удивлюсь. Ну и просто регистрировал Facebook. Помню, что ночью. Не знал, какой ник взять, и рандомно выбрал первое, что пришло в голову. Насчет персонажа – по крайней мере, он был хитрый. Он выжил, ушел, пытался на разных стульях усидеть. Но когда я взял этот ник, я только потом подумал, что меня с ним будут ассоциировать.

KYKY: То есть ты не хочешь попугая, протез вместо ноги и жену-негритянку?

Jhon Silver: Тут уже лучше быть как Джек Воробей, у которого в партнершах Пенелопа Крус.

KYKY: А ты читаешь критику себя? Есть Сергей Комаровский, который в статье на «Перамога.орг» очень обижался твоей манере высмеивать классических оппозиционеров.

Jhon Silver: Про «Перамогу» объясню: это сайт сторонников Зянона Позняка, которые очень обиделись, когда я назвал их политическими импотентами. У них все очень просто в плане реакции – либо ты агент Лубянки, либо – за Зянона Позняка. Агентом Лубянки у них являюсь я, «Молодой Фронт», да и вы будете агентами Лубянки, если они с вами столкнутся. В чем конкретно была моя претензия? Если сравнить с американскими партиями, то БНФ как правые республиканцы – движение, довольно востребованное в обществе. При удачном стечении обстоятельств могли бы быть мощной политической силой, но они превратились в секту, и единственное из толкового, что они делают – занимаются чисткой Куропат, за что спасибо. Но как политической силы их нет. Я в какой-то статье об этом сказал, и фраза вызвала у них батхёрд. Они все очень серьезно воспринимают. Я называю их «нашими моджахедами», которые считают, что только кафиры и вероотступники и есть истинные носители. Но это узкие политические вещи, которые 99% беларусов не известны.

KYKY: Давай вернемся к идее про агента, только не Лубянки, а КГБ, что лично я в отношении тебя слышу гораздо чаще. Как по-твоему, зачем КГБ может понадобиться такой бойкий сайт про национальное самосознание, как 1863x?

Jhon Silver: Если без шуток, то у меня до столкновения со спецслужбами было много мифов о них. Это действительно закрытая структура, и откуда нам знать, кто они: хитроумные, как Мориарти, управляющие нами кончиками пальцев, или же троечники и дебилы, у которых просто есть сила, которой они пользуются?

Мориарти из сериала

На самом деле, в политике дебилизм и гениальность могут соседствовать. Даже я могу быть как сотрудником КГБ, так и тем, кем пытаюсь казаться. Меня только на полиграфе можно словить.

Естественно, если у меня анонимный проект, то как ему можно на 100% доверять? Все конспирологические версии абсолютно нормальны, я бы точно так же сам относился к людям, которые делают громкие анонимные сайты. Ну как громкие… В узкой среде.

KYKY: Но зачем сотрудникам беларуских спецслужб самосознание беларусов-то поднимать?

Jhon Silver: В теории, КГБ – относительно молодая генерация, которая по прошествии последних двадцати лет уже может себя считать беларусами. Нужно учитывать, что для нашей местной элиты, которая имеет свои бизнес-интересы, русский мир – это ужас. Придут же и отожмут у них все, что угодно. Почему бы не создать свой националистический проект? Власть себя сейчас загнала в ловушку, и единственным их теоретическим союзником может быть национально ориентированное общество. Больше у них нет никого. Более того, в мировых практиках есть такое понятие как возглавление революций спецслужбами, создание своих структур и личностей. Они мониторят ситуацию на несколько шагов вперед, видят, что в Беларуси запрос на национализм, и создают проект, чтобы его возглавить и в нужный момент слить. То есть я могу сидеть на самом деле в Москве на Лубянке, это возможно.

KYKY: Как у тебя с физической формой?

Jhon Silver: Тебе свой торс показать?

KYKY: Если бы ты вышел на спарринг с Михалком, кто бы победил?

Jhon Silver: Я не избиваю стариков, это первое. Уважаю людей в возрасте, а ему уже 44 года. Лучше бы ты мне предложила хотя бы с Гурковым выйти (Виталий Гурков – многократный чемпион мира, заслуженный мастер спорта РБ по тайскому боксу, вокалист панк-группы BRUTTO – прим. KYKY). Я стараюсь поддерживать спортивную форму, просто 2015 год выдался непростым – не до тренажерок было. Но так – выносливый. Не скажу, что прямо спортсмен и имею награды, но нахожусь в нормальной физической форме.

KYKY: То есть Дианову бы навалял точно?

Jhon Silver: Дианову и ты бы наваляла.

KYKY: Ты часто выставляешь на посмешище конкретных людей: того же Дианова, или учительницу, которая постит в «Одноклассниках» портреты с Путиным и одновременно преподает в школе беларуским детям. Тебе не страшно за последствия? Я вспоминаю историю, как один знакомый журналист сильно пересмотрел свои взгляды на журналистику после того, как в селе повесился священник, про которого он написал, что тот гей. Ты не думаешь наперед о таких вещах?

Jhon Silver: Объясню. Если я кого-то атакую, то действую по вселенскому принципу: сила действия равна силе противодействия. Дианов был лидером молодежных акций протеста в 2011 году, на него надеялись люди, в том числе одна девушка, которая на этой акции потеряла ребенка, когда ее кинули в автозак. Многих посадили на 15 суток, отвезли в Жодино. Точно так же учительница Екатерина Кашо, которая выливала очень много ненависти к украинцам. Понимаете, эти люди зовут на войну, они как сатанисты служат силам зла. Если священник является геем, это его право, но если он растлевает пятилетних детей, то зачем мне переживать, что с ним будет?

Я же не агрессирую на божих одуванчиков. Я за свои статьи держу ответ перед всеми спецслужбами Республики Беларусь.

Пусть они держат ответ хотя бы перед медийкой, потому что из спецслужб к ним никто не лезет. Кашо сама уволилась из школы – ой, бедняжка. Я бы с удовольствем поменялся с ней местами. Пусть держат ответ за свои убеждения, вот и все.

KYKY: Ты поменялся бы местами с учительницей? То есть хотел бы преподавать в школе?

Jhon Silver: Нет, я имею в виду: то, что им грозит от моих статей – мелочи по сравнению с тем, что грозит мне в принципе. Все обращают внимание на эту уволившуюся Кашо, но новость о том, что уборщицу школы из Гродно уволили за поддержку Короткевич, считается совершенно нормальной. Или о том, что директор школы в Копыле давит на 10-классника за то, что тот носит майку с «Погоней» – все это пропускают мимо ушей, это привычно. Вот почему мне абсолютно не жалко тех, кого я атакую. Нельзя два года «стебаться с хохлов», а потом удивляться, что кое-кто тебя «деанонил».

KYKY: А если тебя раскроют? По тем же самым правилам информационной войны?

Jhon Silver: Надеюсь, я к тому времени успею привести себя в форму, чтобы не разочаровать тебя, в спортзал как-то выберусь... Но я не хочу, чтобы меня раскрывали потому, что придется переходить в политическую сферу, а мне не хочется быть политиком и вести общественную деятельность. Пусть бедный Антон Мотолько (знаменитый блогер и борец за права пешеходов – прим. KYKY) за всех отдувается. Но если раскроют – опять же, это судьба, будете знать, кто я такой. Хотя мое имя никому ничего не скажет, все пожмут плечами: ну окей.

KYKY: А чем тебе политики не нравятся?

Jhon Silver: Политики мне не то, чтобы не нравятся. Просто есть исторические законы: в авторитарных системах политическая партия, особенно долго существующая, становится копией власти. Поэтому я их и критикую, хоть лично не знаю ни Дмитриева, ни Лебедько. Но мне очевидно, что они попали в классическую ловушку и стали копией системы. Лебедько пятнадцать лет возглавляет «Объединенную гражданскую партию», как Лукашенко, который 20 лет возглавляет Беларусь, и точно так же давит молодых людей, которые хотят его заменить. Авторитаризм зачищает инициативу. В итоге остается лишь то, в чем нет угрозы. К сожалению, люди по-прежнему думают, что лицо прогрессивной Беларуси представляет Короткевич (Татьяна Короткевич – кандидат на выборах в президенты Беларуси 2015 года – прим. KYKY). Но это просто тусовочка «грантососов», которым не нужны никакие перемены. Ладно бы они сказали: «Ребята, мы ничего не можем, мы все провалили, уходим, поддержим советами молодежь». Нет, они продолжают сидеть, светить лицом, ничего не делать и вызывать негатив. Поэтому я отрицательно стал относиться к слову оппозиция – не к явлению, а именно к слову, потому что в Беларуси оно зашкварено.

KYKY: А кто для тебя идеальный политик?

Jhon Silver: Кто-то называет Вацлава Гавела, кто-то Махатму Ганди. Такие ты примеры хочешь?

KYKY: Ну, есть же еще бывший президент Хосе Мухик, который ходил на собрания в тапочках и легализовал марихуану в Уругвае…

Хосе Мухика перед церемонией вступления в должность нового министра финансов, декабрь 2013 г.

Jhon Silver: Тот, который живет бедно? Нет, я сужу о политиках по эффективности. Для меня самые лучшие политики – в Австралии, Новой Зеландии, Норвегии и Швеции – люди, имена которых хрен кто знает, но в этих странах все спокойно и мирно, они всегда в топах рейтингов. Я не знаю политиков Лихтенштейна или Дании – только видел фото датских девушек-консерваторов. Я не знаю имен, но они делают дело – вот это для меня образцовые политики: у них все зашибись, мне они нравятся, хорошие ребята.

KYKY: А ты смотришь беларуское телевидение? Как тебе удается находясь вдали от Беларуси поддерживать градус вот этого понимания того, что происходит?

Jhon Silver: Во-первых, я еще не так долго пробыл вне Беларуси, чтобы отдалиться. Во-вторых, я не сильно изменил привычки. Я не смотрю БТ с 2007 года, когда еще жил в Беларуси. Естественно, не хватает самого ощущения, когда ты едешь по городу, но по аналитике информация есть. Я не собираюсь как многие беларусы, которые уедут в Польшу или Германию, становиться немцем или поляком. Я собираюсь сюда вернуться, даже если будет угроза, что посадят. Сильного разрыва пока не чувствую, разве что немного атмосфера другая на улице, люди другие.

KYKY: Давай тогда про историю. Ты в заметках пишешь достаточно углубленные вещи. Ты историк по образованию? Как все эти факты скомпилированные получается вытаскивать на поверхность?

Jhon Silver: История – мое хобби с глубокого детства: всемирная, история Беларуси, великолепно знаю историю России, а потому для меня не проблема на эти темы писать. Собственно, почему я начал сайт делать? Видел, что будет через несколько лет. Профессиональные историки меня поймут – для молодого поколения сегодняшние события кажутся чем-то новым и удивительным: война, революция, кризис первый в их жизни. Но для историка, который подробно все изучал, это скука. С конца 15 века мы как нация только и делаем, что противостоим русским, начиная со второй половины 17 века выживаем в угрозе поглощения Россией, а с начала 19 века просто пытаемся не умереть под ее игом. Если рассматривать эту угрозу сотнями лет, то все понятно. А если брать годами или месяцами, то человеку не понятно ничего. Тут я абсолютно согласен с Зеноном Позняком, который еще в начале 90-х эти события предсказывал, потому что он сам великолепный историк. Все с него ржали, хихикали, думали, что он сочиняет. Но все сбылось, потому что в истории 80-90% идет по спирали, и у стран и обществ такие же естественные процессы развития, как у человеческого организма. Я знаю, что приблизительно может быть в будущем. В любом случае, Беларуси будет тяжко. Очень тяжко при любом сценарии.

KYKY: Идеального варианта нет?

Jhon Silver: Идеальный сценарий для Беларуси – если каким-то образом Александр Григорьевич решит уйти на покой, найдется консенсус между чиновниками и обществом, медленно, с беларускай паслухмянасцю проведут реформы и демократизируются. Это вариант котика, когда все будет мирно и хорошо.

Я бы хотел, чтобы так было. И такое может быть только при собственной активности беларуских масс, общества, когда без крови и революций мы зайдем на новую ступень развития.

KYKY: Есть аналог такого преобразования в мире? У кого так получилось?

Jhon Silver: Много стран за короткое время прогрессировали. Если обратить внимание на европейский вариант, возьмите Испанию или Польшу. У нас с Польшей, когда разваливался Советский Союз, экономический потенциал был примерно равен. В нулевые Польша стала расти, точно так же, как и Испания после Франко в 70-е. При нем Испания была захолустьем и отсталым регионом, а сейчас мы в принципе не скажем, что это плохая страна для жизни. Кроме того, есть показательный пример Северной и Южной Кореи: один народ разделили разные режимы. Беларуси просто нужен национальный демократический режим.

Нам нужно дозреть как нация – многие не любят это слово национализм, но мало кто понимает, что европейские страны, на которые они молятся – Англия, Германия – этот национализм еще сто лет назад пережили.

Именно для этого нам нужно много молодых здраво мыслящих людей, которые всем этим будут заниматься.

KYKY: Твой сайт всегда нормально открывается? Нет никаких заглушек?

Jhon Silver: Ну ты еще расскажи все способы, чтобы те, кто не обращал внимания, занялись этим. Все мои противники – тупые, а сейчас ты их научишь, и они начнут писать саппорты регистраторам доменов.

KYKY: Ты просто ответь: ты работаешь над этим, и оно занимает львиную долю времени, или они просто ничего не глушат?

Jhon Silver: Меня «досили», когда была история с Кириллом Силивончиком, которого посадили за репост Вконтакте, а я эту тему поднял – вот тогда прямо из центра Москвы атаковали. Захожу в поддержку хостинга, пишу: «Что у меня с сайтом»? Отвечают: «Вот такие-то айпишники досят, мы их заблокировали». С другой стороны, может, тьфу-тьфу, пока я аноним, за меня несерьезно брались? Хотя в принципе за меня уже серьезно брались. Но, возможно, все эти вещи делаются по команде, высчитывается целесообразность и прочее. Я же не «Хартия», зачем тратить деньги хакеров? Нет миллиона посетителей – пусть идет в задницу.

KYKY: Из-за того, что ты достаточно острожен, история видится так: проходит 20 лет, Беларусь движется к европейским ценностям, и Джона Сильвера, такого в сединах, приглашают быть экспертом на новом беларуском телевидении, сидеть в кадре и поучать юниоров. Тебя такая картинка устраивает?

Jhon Silver: Нет, я закрою проект, как только он станет ненужен. Уверен, что когда я это сделаю, через месяц сайт никто не вспомнит, кроме пяти людей. У меня аудитория в 15-20 тысяч человек, которые читают просто потому, что пока кто-то пишет. Надеюсь, придут более молодые, умные и талантливые, и скажут: «Пошел вон, старикан, ты ничтожество и калич, который все делал не так, мы можем лучше».

KYKY: Ты сейчас занимаешься самобичеванием. Не думаю, что твой проект забудется завтра. А спрашиваю я потому, что мне интересно, какой ты видишь свою роль в Беларуси мечты?

Jhon Silver: В Беларуси мечты я бы хотел ничего политического не делать и просто наслаждаться всеми социальными благами. Просыпаться, пить кофе и не читать, что кого-то посадили, ограбили, кому-то пришли угрозы, и где-то что-то обваливается.

KYKY: А тебе не кажется, что те люди, которые сегодня читают на «Ситидоге» про кафе и булочные, делают то же самое, что бы делал ты через 20 лет?

Jhon Silver: Так вот я хочу это делать тогда, когда для этого будут основания! Всему свое время.

KYKY: Но ведь всегда будет дракон, с которым нужно будет бороться…

Jhon Silver: Новые подрастут. Те, кому сейчас 15 – пусть готовятся через семь-восемь лет перенимать эстафету. Нам нельзя привязываться к личностям. Посмотри на ту же музыку: в 90-х – начале нулевых был NRM, потом они исчезли, и факел подхватил Михалок. Но Михалку уже 44, лет 15 он еще протянет – потом что?

Сергей Михалок, фото: Евгений Резник

Надо больше людей, действий и разнообразия, больше конкуренции.

Беларусы все ждут кого-то, кто за них вечно будет все делать, хотят махать рукой суперчеловеку, который полетел в небо. Это типичная совковая терпильская позиция, которую я конкретно из себя выжимаю.

Пусть идут нахрен! Нам надо подтягивать людей, чтобы они только на себя надеялись. Я сам пять лет ждал, кто же займется работой после 2010 года. Увидел, что никто не занимается и начал делать этот сайт. Я за то, чтобы в Беларуси было больше инициативных людей.

KYKY: Последний вопрос. Почему беларусы называют змагаров «упоротыми»?

Jhon Silver: Кто сказал, что змарагов называют «упоротыми» именно беларусы? Скорее всего, маленькая «фейсбучная» хипстерская прослойка. Змагаров, если рассматривать массовость, в десятки тысяч раз больше, чем вас, хипстеров. У меня же «макбука» с «айфоном» нет. Так, маленькая либероидная тусовочка называет «упоротыми» большую массу общества. Почему? Потому что им страшно. Человек, который говорит «упоротые», просто сцыт. Когда он боится действий другого, эти действия кажутся ему упоротостью и безумием. Почему я на вас наезжал за то, что вы наезжаете на Михалка? Мне смешно, что я с 2000 года слышу, мол, Михалок зарабатывает деньги на своей политизованности – учитывая, что сейчас Михалок допиарился до того, что он не может выступать ни в России, ни в Беларуси. Тот, кого хоть раз били дубинкой, тот, кто был в Окрестино, тот, кто знает, как вызывать адвоката, когда на него «уголовку» заводят, такой шняги не скажет. Сколько десятков беларусов сейчас воюет в Украине? Ребята сидели в Песках в Донецком аэропорту. Это те, которых киборгами называют. Пески – самый ад войны, где бомбили, где разбомблен каждый сантиметр земли. Вот там беларусы-добровольцы находились. А то хипстерье, которое сидит в айфонах щелкает – где они сейчас находятся? В «Малаке»? Нет, «Малако» закрылось, но не важно. Сидит такой в фейсбучке, ему тепленько и уютненько: «Ой, снова змагары кричат, такие упоротые. Надо же начать с себя! Надо пойти помыть лестницу» – но это не в обиду Антону Мотолько, я его уважаю. Но все это от того, что они боятся, что им дадут пиз*ы. Что их могут посадить, убить, сломать.

Люди, которые мне намного более симпатичны, говорят: «Мне страшно, я боюсь, поэтому тебя судить не буду». Это абсолютно честная нормальная позиция, ведь у каждого свой предел страха.

А те, кому мы не нравимся, пусть идут дальше сидеть в бар «Ў». Не хочу никого оскорблять, я же не из тусовок. Но мой посыл такой – пусть бы они хоть что-то делали.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

В минском суде журналиста сначала избили, а потом оштрафовали за «неуважение»

Герои • Павел Свердлов

Репортера TUT.by Павла Добровольского сначала избили, а потом оштрафовали на 9,5 миллиона за неповиновение милиционерам и неуважение к суду. Журналистское удостоверение не помогло. При этом в зале суда, где он мог бы проявить «неуважение», он не был.

Популярное