5 декабря 2019, 17:20

Сегодня, 5 декабря, в ходе беседы с новым и старым составом парламента Александр Лукашенко сделал интересное заявление. С его слов, он запретил министру финансов Максиму Ермоловичу брать у Евразийского фонда стабилизации и развития (ЕФСР) последний, седьмой транш стабкредита на сумму 200 миллионов долларов, пишет «Интерфакс». Также президент сказал, что Беларусь не просит никаких кредитов у России. 

О том, чтобы дать Беларуси семь траншей финкредита ЕФСР на два миллиарда долларов, решили еще в 2016 году. Шестой транш наша страна получила в октябре 2018 года. Министерство финансов надеялось, что седьмой транш придет в апреле, но потом попросило продлить период доступности. И его продлили – до конца первого полугодия. Он истек 30 июня.

В ноябре представитель ЕФСР Андрей Широков сказал, что до конца года фонд ждет от Минфина Беларуси финальный отчет – о том, как за 2016-2018 годы реализовали кредитную программу. В Минске возмутились тем, что ЕФСР отказался давать Беларуси седьмой транш, но в беседе с журналистами Ермолович не захотел делиться реакцией беларуской стороны.

Как вот это всё объясняют эксперты

Чтобы понять, что происходит и как отказ от кредитов повлияет на ситуацию в Беларуси, мы связались с двумя экспертами – политическим обозревателем Артемом Шрайбманом, а также экономистом Львом Львовским. Они объяснили мотивы нашей страны – и попытались предугадать, как это повлияет на беларуско-российские отношения и экономику Беларуси.

Артём Шрайбман: «[Как высказывание Лукашенко связано с интеграцией?] Напрямую. Россия перестала выдавать кредиты Беларуси: не только последний транш кредита ЕФСР, но и 630 миллионов межгосударственного займа. Москва хочет использовать подвешенные кредиты как рычаг давления. Минск такими заявлениями хочет показать: «Не получится, нам не нужны ваши кредиты, обойдемся». Это попытка выбить козыри из рук собеседника перед сложными переговорами.

Насчет кредитов. Проблема не в том, что мы их не получим. Найдем на других рынках – или выпустим евробонды, например. Проблема в тех, что мы уже набрали, в том числе под БелАЭС. Вот это придется отдавать, и, вероятно, без рассрочек, как раньше».

Лев Львовский: «Эта новость означает, что в контексте переговоров с Россией Лукашенко понял, что независимость не может существовать без финансовой независимости. Логика Кремля примерно такая: «Мы даем много денег – и нефтью, и госзаймами, и через частные банки, почему тогда Беларусь все это берет, но не делает все, что мы им скажем по первому приказу – например, не признает Крым [российским]?» 

Долгое время модель правительства Беларуси была такая: брать деньги у всех, но ничего особого за них не давать. Теперь, видимо, эта модель дала сбой – из-за больших обязательств перед Россией под угрозой независимость республики. Лукашенко поручил не брать новые кредиты у России – это в полной мере политическое, а не экономическое высказывание: мол, нам независимость дороже, чем деньги.

Но насколько это серьезное изменение политики – мы не знаем. Пока что это громкие слова, которые раздаются в момент переговоров по интеграции. Последует ли за этим реальное изменение практики формирования и обслуживания госдолга – мы не знаем, рано судить.
Из того, что мы знаем на сегодняшний день (напомню: все материалы переговоров об интеграции засекречены, и мы почти ничего не знаем о том, за что конкретно там идет торг) – сама по себе эта новость означает, что Лукашенко не готов терять суверенитет за деньги. Две вещи: первая – укрепление надежды на то, что Беларусь останется полностью независимой; вторая – в экономическом плане в ближайшие годы нам станет сложнее, так как Россия – это главный и ключевой донор Беларуси.

[Где мы будем брать деньги?] У нас сейчас хоть и нет хороших темпов роста в экономике, но ситуация достаточно стабильная, поэтому желающих дать нам деньги в целом хватает. Это и европейские организации, и международные институты. В отличии от России, взамен на кредиты они не требуют тотального подчинения, но требуют принятия некоторых программ по модернизации экономики, законодательства и иногда даже по демократизации власти. На что конкретно наша власть готова пойти – тут надо смотреть в каждом конкретном случае.

Кроме того, перед тем, как брать деньги, нужно в первую очередь ответить на такой вопрос: «А нужно ли нам брать деньги и зачем?» Короче, все просто: взять есть где, и если Россия планирует использовать кредиты как оружие или средство к принуждению, то, вероятно, Беларусь может найти более приемлемые для себя источники рефинансирования».

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter
По теме
Популярное